Страница 22 из 38
9
9
Новое начало
Стажировка началась в понедельник.
Ася вошла в стеклянные двери бизнес-центра с пропуском на шее и сжимающимся от волнения сердцем. Компания называлась «ПромТехИнвест» — солидная, с историей, с офисом на двенадцатом этаже и видом на весь город. Ее непосредственным руководителем оказался мужчина лет тридцати по имени Артем Сергеевич — высокий, с приятной улыбкой, в дорогих очках и с манерами человека, который привык нравиться.
Он встретил ее у лифта, показал офис, познакомил с командой. Первые недели прошли спокойно. Она училась, вникала, задавала вопросы. Артем Сергеевич был внимателен. Слишком внимателен, как она поняла позже. Задерживался у ее стола без повода. Клал руку на спинку ее стула, когда наклонялся посмотреть документы. Говорил «Асечка» — и это резало слух, но она не подавала виду.
Однажды он пригласил ее на рабочую ярмарку — «для расширения кругозора, это часть стажировки». Ася согласилась. Потом был деловой обед. Потом — еще один. Она не отказывала. Ей не екало, не трепетало — но было приятно. Обычное человеческое внимание. Никто никогда за ней так не ухаживал.
Яр появился внезапно.
Был обычный рабочий день. Ася сидела за своим столом, разбирала документы, когда по офису пронесся шепот: «Инвесторы приехали». Она подняла голову — и замерла.
Он шел по коридору. В темно-синем костюме, с идеальной укладкой. За ним — трое: юрист с непроницаемым лицом, помощник с портфелем и Молчун.
Яр не смотрел по сторонам. Он шел, как ходят по своей территории. И все — гендиректор, финансисты, юристы — подбирались, выпрямляли спины, поправляли галстуки.
Ася вжалась в стул. Она надеялась, что он ее не заметит. Но он заметил. Проходя мимо, бросил короткий взгляд — и ничего не сказал. Только уголок губ дрогнул.
Ее пригласили в переговорную через десять минут — как стажера, который ведет протокол. Она села в уголке, с ноутбуком, и старалась быть незаметной.
Но Яр был заметен.
Он был самым молодым в этой комнате. Но его слово весило больше, чем слова всех остальных вместе взятых. Гендиректор нервничал и тер ладони. Финансовый директор избегал смотреть ему в глаза. Юристы говорили осторожно, как по минному полю. А Яр просто сидел и слушал.
И говорил — когда считал нужным. Коротко. Ровно.
— Квартальная отчетность не сходится. Я хочу видеть движение средств за последние полгода. Все контракты. Все субподрядчики. До завтра.
— Это большой объем работы... — начал было гендиректор.
— Срок до завтра, — повторил Яр. И улыбнулся. От этой улыбки никто не расслабился.
Когда совещание закончилось и все начали вставать, он бросил на Асю еще один взгляд. Короткий. Всего на секунду. Но ей хватило. В этом взгляде было обещание. Не угроза — хуже. Обещание какого-то отдельного разговора, которого ей не избежать.
Она вышла из переговорной с ватными ногами. Артем Сергеевич догнал ее в коридоре. Взял под локоть — услужливо, предупредительно.
— Асечка, вы в порядке? Вы побледнели. Может, воды?
— Я в порядке, — она высвободила локоть. — Спасибо.
— Этот Зорин — жуткий тип, правда? Молодой, а уже такая хватка. Вы не находите его пугающим?
— Нет, — сказала она. — Не нахожу.
И ушла.
Развязка наступила через несколько дней.
Ася задержалась в офисе допоздна — разбирала архивные папки для квартального отчета. Артем Сергеевич уехал, офис опустел. Она сидела в переговорной и вдруг замерла.
Платежные поручения. Договоры займа. Переписка с подрядчиками, которых не существовало.
Она не была финансистом. Но она была отличницей. И она умела читать документы. Через час у нее на руках была ясная картина: кто-то внутри компании готовил схему по выводу средств. Инвестиции — в том числе от «Зорин и партнеры», — уходили в фиктивные контракты. Еще полгода — и компания подаст на банкротство. Инвесторы останутся ни с чем.
Она сфотографировала все. Сложила папку обратно, как было. И вышла из офиса на ватных ногах.
Дома она сидела над фотографиями час. Думала. А потом открыла телефон и отправила сообщение с одной из них.
«Нужно поговорить. Это важно. Не про нас (напечатала и стерла). Про твой бизнес».
Ответ пришел через минуту.
«А я уж думал, ты никогда не напишешь». Она читала и как будто слышала его голос в голове. Следующее сообщение: «Завтра. В шесть. Отправлю машину. Я за городом».
Машина была не «Гелендваген». Черный седан с тонированными стеклами и водителем, который не задавал вопросов. Они выехали за город, миновали ворота с охраной и остановились у виллы.
Это было похоже на Италию. Терраса с колоннами. Бассейн с голубой водой, в которой отражался закат. Тишина.
Он ждал ее на террасе. В светлых домашних брюках и белой футболке. Без обуви. Со стаканом чего-то холодного в руке.
— Ну, — сказал он вместо приветствия. — Докладывай.
Она села. Выложила телефон, открыла фотографии. Он смотрел молча. Лицо стало тем самым — холодным, просчитывающим. Когда она закончила, он помолчал. Потом кивнул.
— Хорошо. Я разберусь.
— И все?
— А что еще? Ты дала информацию. Я ей воспользуюсь. — Он покрутил стакан в пальцах. — Спасибо.
Она моргнула. Спасибо? От него?
— Ты спасла моему отцу пару миллионов, — пояснил он. — Я умею быть благодарным. Иногда.
Она уже хотела встать и попрощаться, когда он вдруг достал из-под стола папку. Открыл. И подвинул к ней.
— А это тебе мой подарок.
— Что это? — спросила она. Но он не ответил, лишь глотнул из стакана.
Фотографии. Она и Артем Сергеевич. В кофейне. На ярмарке. На деловом обеде. Ничего криминального.
Замерла на секунду, переваривая увиденное. Затем медленно закрыла папку. Ровно положила ладонь сверху и подняла глаза.
— Ты следил за мной? — она подняла глаза.
— Я присматривал.
Она кивнула — коротко, будто ставя галочку в списке его прегрешений. Поджала губы.
— С какой целью?
— Акт великодушия. — Он усмехнулся. — Видишь бездомного котенка — хочется убедиться, что его не переедет первый встречный грузовик.
Она не улыбнулась.
— Я не котенок. И не просила тебя присматривать.
— Не просила. — Он откинулся в кресле. — А ты знаешь, что у твоего очаровательного руководителя есть пикантные предпочтения?
Она напряглась.
— Он любит мулаток. И темнокожих шлюх. Регулярно. У меня есть адреса, если интересно. А вот ты ему зачем — это вопрос. Ты не в его вкусе. Значит, ты ему для чего-то нужна. Для чего?