Планета лжи

— Ну хорошо, свинкой. Понятно. Но убили — за что?

— За то и убили — искали шифры, коды для криптовалюты. Какая-то бандитская группировка. Они давно его шантажировали. Угрожали Катьку украсть. Мать тоже запугивали. Димка даже хотел уехать из России, но почему-то остался. Может, думал, что пронесет. Не пронесло. — Толик понизил голос. — Они вломились к нему в квартиру. Избили до полусмерти. Пытали. Не знаю, сказал он им что-то или нет. Наверное, сказал, под пыткой особо не помолчишь. Сволочи! Такого человека загубить! И ведь никого так и не нашли.

— Не нашли убийц? — не поверил Олег.

Иванов грустно покачал головой.

— И не найдут, поверь. Такие дела никогда не распутывают. Кто-то на этом поимеет миллионы долларов. А Катя осталась вдовой. Ты только, Олег, делай вид, что я тебе ничего не говорил. Семья не хочет, чтобы обсуждали убийство, пытки. Андрей Сергеич журналистам круглую сумму отвалил, и те написали, что Димка просто умер, без подробностей.

Толик замолчал, сосредоточенно поддевая вилкой кусок селедки с блюда. Олег тоже молчал. Услышанное повергло его в шок. Он понятия не имел, чем занимался Бородачев. Иванов сказал — лет двенадцать, а то и больше. Выходит, он уже тогда, в годы их дружбы, увлекся криптовалютой, но ничего не сказал Олегу. Ушел в другую фирму — вероятно, потому, что там было больше возможностей. Если бы Олег принял тогда его предложение, вполне вероятно, он тоже был бы сейчас сказочно богат. И мертв..

— А я не понимаю, как это — зашифровать код от биткоинов? — спросила Наташа у Иванова.

Олег почти забыл о том, что она сидит рядом, всецело поглощенный мыслями о Бородачеве. Он хотел сказать ей, чтобы она молчала и не задавала глупых вопросов, но не успел. Толик оживился и охотно стал объяснять, в чем суть дела.

— Понимаешь, программисты, занимающиеся криптовалютой, могут зашифровать коды в чем угодно. В любых файлах, с помощью криптограммы. Это может быть хоть компьютерная игра.

— Ого! Ничего себе. — Наташа округлила глаза. — Игра! Никогда бы и не подумала.

Рука Олега дернулась, и он опрокинул рюмку Иванова. Водка пролились на скатерть.

— Эй, ты чего? Поосторожней, — недовольно произнес тот и заново налил себе из графина.

Олег продолжал сидеть не двигаясь, точно оцепенев. Наташа тихонько потеребила его за плечо.

— Олеж, с тобой все в порядке? Ты какой-то бледный. Душно здесь, да?

— Душно, — бесцветным голосом повторил Олег и вытер выступившую на лбу испарину. Ему страстно и неудержимо захотелось выйти на воздух или хотя бы подойти к окну. Он резко встал и начал продираться через сидящих за столом людей. Те машинально, не глядя, пропускали его. Олег выбрался на свободу и ринулся в прихожую.

— Олег, вы куда? — раздался за его спиной голос Димкиной матери. — Уже уходите?

— Да.. нет.. я.. на минутку.. — пробормотал он себе под нос.

Женщина не расслышала его слов, но деликатно замолчала. Олег схватил куртку и вышел на площадку. Следом выскочила Наташа.

— Что происходит, Олежа? Тебе нехорошо? Может, нужно было выпить кофе?

— Погоди. — Олег сморщился, как от боли.

Однако ему не было больно. Голос Наташи мешал ему вспомнить то, что было много лет назад..

Лес, берег водохранилища, пляж. Тарелки с фруктовым желе, стоящие на вышитом полотенце. Солнце в ветвях могучего дуба. Загорелый Димка, растянувшийся на соломенной циновке. На его спине поблескивают капли — он недавно вылез из воды. Мокрые волосы зачесаны на косой пробор. Перед Димкой раскрытый ноутбук. Он щелкает по клавиатуре и весело поглядывает на Олега, копошащегося у берега.

— Эй, пловец, иди сюда! Желе растает.

Олег выходит из воды и бежит к циновке. Хватает одну из тарелок и ложечкой поддевается вишню.

— Вкусно! А ты? — Олег вопросительно смотрит на Бородачева. Он не против съесть и его порцию. Тем более желе действительно тает на солнце.

— Я пока не хочу. — Димка смеется, обнажая белые зубы, и продолжает щелкать по клавишам. — Можешь съесть все сам.

Олег лопает сначала из одной тарелки, потом из другой. Во рту у него кислый привкус. Десны и небо немного саднит. Набитый желудок тихо бурчит.

— Чего ты там делаешь? — Он подходит к циновке, садится рядом на корточки и смотрит на экран. Там одна из игр, которую они на прошлой неделе придумали вместе.

— Ничего. Так. — Димка загадочно улыбается и сворачивает файл.

Олегу обидно. Димка явно что-то недоговаривает. Но солнышко ласково припекает, приятно шелестит зеленая листва под порывами теплого ветерка, и в животе такая сытость, что обида быстро проходит, улетучивается, как мелкие перистые облачка на небе, оставляя лишь глубокую и ясную синеву. Через пять минут оба, и Олег, и Димка, лежат бок о бок на циновке, подставив спины солнечным лучам и крепко зажмурив глаза..

— Что ты так на меня смотришь? — обиженно проговорила Наташа. — Я же волнуюсь за тебя. У тебя малокровие и пониженное давление. Мало ли что?

— Проекты.. — коротко произнес Олег и сглотнул.

— Что — проекты?

— Я знаю, зачем твоему дяде было нужно, чтобы я продал проекты Зимину!

— Зачем? — Наташа растерянно похлопала ресницами.

— Он же забрал их у него! Якобы посмотреть. Он не хотел просить у меня. Боялся, что я догадаюсь!

— О чем догадаешься? Олежа! Прекрати говорить загадками!

— Вадим Васильевич знал, что в них, в этих черновиках!

— И что?

— Коды от криптовалюты! Бородачев в юности зашифровал коды в наших играх. Им были нужны эти файлы. Все. Они не знали, какие именно содержат коды. А «звездное небо» тут совершенно ни при чем! Оно никого не колышет, кроме Зимина. Он, дурак, понятия не имеет, зачем шеф заставил его отвалить миллион.

Олег вдруг замолчал, точно в рот ему вставили кляп, и посмотрел на Наташу, стоящую напротив него на площадке. Она выглядела совершенно спокойной, только подбородок едва заметно дрожал.

— Ты хочешь сказать.. дядя.. он.. но как? Я.. не понимаю.. не может быть..

Олег осторожно обнял ее за плечи и ощутил, как трясется ее тело.

— Он как-то связан с теми, кто напал на Бородачева. Тот под пытками выдал им тайну. Назвал имя того, у кого есть зашифрованные файлы, то есть мое. Эти сведения дошли до Вадима Васильевича, и он решил воспользоваться этим.

Наташа молчала, глядя себе под ноги. Олег вдруг кашлянул, сдерживая смешок.

— Ты чего? — Она посмотрела на него как на сумасшедшего.

— Вспомнил Емелю. Каким мерзавцем и отморозком он мне казался! А выходит, это было детское кино, наподобие «Ералаша».