Отличница для хулигана

17 глава

Я резко вскинула голову и уставилась на потолок.

Звук был таким, будто на бетонный пол уронили что-то тяжелое. Несколько человек также посмотрели наверх, но почти сразу отвели глаза и тут же потеряли интерес к тому, что там происходило, а кто-то даже засмеялся.

– Что там такое? – вопрос, полный непонимания и беспокойства, сам сорвался с моих уст.

– Ничего, – Настя поспешно махнула рукой, – Наверное, стулья свалили.

– Здесь есть стулья? – я уставилась на нее.

– Когда-то были.

Очень информативный ответ. И нелогичный, если обдумывать сказанные ею слова.

Я взглянула на Артема – он тоже смотрел наверх, но выглядел при этом спокойным. Только немного изменил свою позу: напряженно выпрямился и убрал руки из карманов джинс.

– На втором этаже опасно? – я не могла не задать этот вопрос.

– Очень опасно.

– Тогда почему туда вообще все ходят?

– Потому что у некоторых отсутствует инстинкт самосохранения.

Маша коротко улыбнулась.

– Он сейчас описал почти всех, кто здесь находится.

– Тебя тоже? – я повернулась к ней.

– Ее тем более, – рядом вновь раздался голос Артема. – Она не ходит на второй этаж, но инстинкт самосохранения у нее отсутствует точно также, как и у всех здесь присутствующих.

Он сказал это отрешенным, спокойным голосом, без какого-либо веселья. И почему-то в голове из-за этих слов промелькнула мысль о том, что он знает о Маше гораздо больше, чем остальные.

Но ни Маша, ни Артем не собирались посвящать никого в ее личность и ее жизнь за пределами этого заброшенного здания.

На втором этаже снова что-то начало греметь, только в этот раз вслед за раздавшимся шумом сверху послушался чей-то громкий голос, едва не переходящий в крик, а затем и истерический смех.

– Никто не собирается проверить, что там происходит? – я окинула большую толпу взором.

– Если бы там вдруг произошло что-то чересчур серьезное, то мы бы сразу это поняли, – ответила Настя.

– И каким же таким образом?

– Наверху бы резко стало тихо.

Я вновь оглядела помещение внимательным, обеспокоенным взглядом.

Здесь было слишком много людей, громкой музыки, разговоров и смеха. В подобном шуме действительно можно было не заметить не только упавшие стулья.

– Вы умеете успокаивать, – пробормотала я, вложив в свои слова сарказм.

– Мы и не пытаемся тебя успокоить.

– По вам заметно.

Уголки Настиных губ слабо дрогнули.

Она ничего мне на это не ответила и поспешно вернулась к своему рассказу, который был прерван внезапным шумом.

К сожалению, сосредоточиться на ее рассказе у меня больше никак не получалось. Я продолжила время от времени поглядывать наверх, словно там происходит что-то страшное.

Вскоре со второго этажа спустился незнакомый мне парень – он спускался быстро, придерживаясь рукой за металлические перила (эти перила выглядели так, словно могли в любой момент отвалиться).

Следом за ним спускалась девушка в короткой куртке.

Даже на лестнице они продолжали громко спорить – это было понятно по их лицам, остановкам и движениям, – но из-за музыки я не могла расслышать ни единого слова.

Единственное, что было понятно – ничего страшного и опасного и правда не случилось.

– Видишь? – словно прочитав мои мысли, Артем слегка наклонился ко мне, – Все живы.

– Пока что, – я скрестила руки на груди.

– Ты знала, что у тебя очень оптимистичные мысли? – Воронцов тихо хмыкнул.

Я отвернулась и тут же наткнулась взглядом на Даниила – тот стоял в другом, противоположном, конце помещения и разговаривал о чем-то с долговязым парнем в черной толстовке. По крайней мере, так казалось на первый взгляд – на самом деле он глядел в нашу сторону.

Вернее, на одну из нас.

Я тут же повернула голову и уставилась на Машу – та смотрела на Даниила в ответ, с неким вызовом в глазах. Казалось, что между ними идет странная, молчаливая война.

– Я правильно поняла личность человека, ради которого ты сюда приезжаешь? – я слегка придвинулась к ней и спросила об этом тихо, старалась произнести это как можно спокойнее.

– Не совсем понимаю, о чем ты, – она коротко глянула на меня и тут же отвела взгляд.

– О Данииле. Мне теперь кажется, что вы друг другу интересны.

– Мы друг другу не интересны, – она тут же отринула это, воспротивилась моим словам.

– Откуда такая уверенность? Вы только что смотрели друг на друга.

– Я его слишком хорошо знаю, чтобы интересоваться им, – она вновь взглянула на меня и отодвинулась подальше, словно от чумы.

Маша смотрела на меня с неким напряжением и подозрением, из-за чего я вообще пожалела о том, что завела эту тему. – Ты его не знаешь, так что не обманывайся его благородными фразами про принятие чужого выбора с его стороны.

– Не пугай ее, – Настя с неодобрением посмотрела на Машу, но в ее глазах я также отчетливо увидела любопытство, вызванное чрезмерной разговорчивостью Маши.

– Я ее не пугаю, просто предупреждаю, – на несколько секунд Маша задумалась, словно подбирала правильные слова, – Он любит делать вид, будто считается с чужими словами и мнением других людей, но если ты скажешь или сделаешь что-то не то, что будет наперекор ему, то он сделает все, чтобы испортить тебе жизнь.

Я снова посмотрела в сторону противоположной стены, но на этот раз возле нее Даниила не оказалось.

– Почему ты говоришь о нем так, будто он стихийное бедствие, не меньше?

– Стихийное бедствие нельзя обвинить в наличии злого умысла и осудить за намеренный вред, а его можно, – произнесла Маша.

– Пойдем отсюда, – неожиданно сказал Артем, заставив взглянуть на него.

– Почему именно сейчас? – я нахмурилась.

– Потому что ты уже несколько раз нервно посмотрела в сторону выхода.

– Я не нервничаю.

– Конечно, – его согласие прозвучало настолько спокойным и неубедительным, что мне сразу же захотелось начать спорить с Воронцовым.