Страница 22 из 51
— Я соврал, — сказал он тихо. — Я никогда об этом не жалел. Ни секунды. Я сказал это, потому что был зол. Потому что боялся. Потому что был мудаком. Но я никогда, слышишь, никогда не жалел, что Вера родилась.
Я молчала. В горле стоял ком. Я ждала этих слов три года. И вот они прозвучали — а мне всё ещё было больно.
— Почему ты не искал нас? — спросила я.
— Потому что думал, что не достоин. Потому что знал, что ты не простишь. Потому что трусил. Я убедил себя, что вам лучше без меня. Это было слабостью. Я признаю.
Я смотрела на него и видела: он не врёт. Его глаза — те самые глаза, что смотрели на меня с ненавистью три года назад, — теперь были полны сожаления. И страха. Он боялся, что я сейчас встану и уйду.
— Чего ты хочешь, Дмитрий? От меня?
Он помолчал. Потом подался вперёд и сказал — медленно, чётко, глядя мне прямо в глаза:
— Я хочу тебя, Кира. Не только как мать моего ребёнка. Я хочу тебя всю. Хочу просыпаться рядом с тобой. Хочу видеть, как ты стареешь. Хочу, чтобы ты снова была моей. Но я не буду давить. Если ты скажешь «нет» — я приму это и останусь отцом для Веры. Но если в тебе есть хоть капля того, что было раньше, — дай мне шанс. Один шанс. Я докажу, что изменился.
Я зажмурилась. Сердце колотилось где-то в горле. В висках стучало. Я пришла сюда с вопросами — и получила ответы. Но самый главный вопрос — тот, который я боялась задать себе, — всё ещё висел в воздухе.
Чего хочу я сама?