Проклятье Снегурочки

5

Высокий седой травматолог внимательно и сосредоточенно осматривал снимки.

— Перелом. Со смещением. Нужна операция.

— Как операция? – Аглая не выдержала и разрыдалась.

— Да не убивайтесь вы так. Операция несложная. В больнице пробудете три дня от силы. Потом домой. Сейчас вас проводят в палату, сегодня полежите, а завтра с утра мы вас прооперируем. Позвоните, чтобы вам привезли все необходимое.

— Мне некому позвонить, – всхлипнула Аглая. – Соседка уже и так сидит с моим сыном. А муж улетел в командировку.

— Ну есть же еще кто-то, родители, подруга, например.

Аглая вспомнила про Виолетту и кивнула.

В палате уже лежали две женщины, одна со сломанной ногой, другая с перебинтованной головой. Молоденькая медсестра сделала Аглае укол, после которого боль в руке стала значительно меньше. Аглая укрылась одеялом, удобно устроила голову на подушке и набрала Виолетту.

— Глашка! С Новым годом! – заорала та в трубку.

— И тебя с Новым годом!

— Что с твоим голосом? Перепила вчера?

— Ох, Виол.. – Аглая не сдержалась и снова заплакала.

— Глашенька, что случилось? Что-то с Димой?

— Нет, слава богу. Виол, я в больнице. На меня сегодня утром напали двое отморозков, сломали руку со смещением.

— Обалдеть! – ахнула Виолетта. – Бедная! Как же так? Их нашли?

— Ищут. Слушай, Виол, у меня завтра операция. Мне вещи нужны, халат, тапочки и прочее. Можешь съездить ко мне и привезти? Там в квартире соседка с Димкой сидит.

— Что за вопрос? Конечно, сейчас съезжу. Ты мне напиши в эсэмэске, что привезти. Я по списку все возьму. И адрес больницы скинь.

— Хорошо.

Аглая отложила телефон. Глаза после укола начали слипаться. Она легла на здоровый бок и провалилась в сон..

Ей снилась Снегурочка. Она стояла на дорожке у подъезда и смеялась. Не просто смеялась, а хохотала Аглае в лицо.

— Так тебе и надо! Будешь знать теперь.

— Почему вы меня так ненавидите? – спросила ее Аглая. – Вы ведь должны быть доброй. Снегурка – сказочное существо. Внучка Деда Мороза.

— Заткнись, – зло проговорила Снегурочка. – Не тебе меня учить.

Она развернулась и пошла по дорожке. Аглая смотрела на ее узкую спину и худенькие плечи. Ей было тоскливо и больно. Хотелось заплакать, но слез не было.

Внезапно кто-то обнял ее сзади. Аглая обернулась и увидела отца.

— Не плачь, – сказал он.

— Я не плачу. Скажи, тебя когда-нибудь проклинали? – Она пытливо заглянула ему в глаза.

— Проклинали? – Он задумчиво покачал головой: – Нет. Никогда. А почему ты спросила?

— Так просто, – сказала Аглая.

Снегурочка тем временем почти скрылась из виду. Вдалеке маячила только голубая точка. Аглая хотела что-то сказать отцу, но тот тоже исчез. Она стояла одна посреди улицы под порывами ледяного ветра..

— Глаша! Проснись, Глаша!

Аглая с трудом открыла глаза. Над ней склонилась Виолетта.

— Спишь? Я все принесла. Все, что ты написала. Вот. Тут тапочки, халат, чашка, бутылка воды. – Она поставила на тумбочку большой пакет.

— Спасибо, – охрипшим со сна голосом поблагодарила Аглая.

Рука снова болела, с каждой минутой все сильней.

— Бедняжка. – Виолетта ласково погладила ее по голове. – Как тебе так не повезло? В Новый год!

«Проклятье», – хотела сказать Аглая, но промолчала.

— Ты очень бледная. Тебе больно? – Виолетта сочувственно заглянула ей в лицо.

— Немного.

— Я позову сестру.

Она вышла. Вскоре пришла медсестра и сделала еще укол.

— Когда операция? – спросила Виолетта.

— Завтра.

— Ясно. Ну я пойду. А то Архип ждет. Он вчера пришел, и мы помирились.

— Здорово, – обрадовалась Аглая. – Как там дома у меня? Как Димка? Справляется с ним Зоя Федоровна?

— По-моему, вполне. Пока. Если что понадобится, звони.

Виолетта ушла. Пришло сообщение от Виктора. «Я на совещании. Пока не могу позвонить. Как вы?» «Неважно, – написала Аглая, – я сломала руку. Со смещением. Завтра операция». В ответ пришли растерянные смайлики и эсэмэс: «Позвоню через час».

Аглая, с трудом двигаясь, переоделась в халат, попила воды и снова улеглась. Мысли ее все время возвращались к Снегурочке. Это она виновата в том, что с ней случилось! Ее проклятье наслало на Аглаю беду.

Телефон непрерывно звонил и принимал эсэмэски. Писала мать, писали отец, ученики, неизвестно откуда узнавшие, что Аглая в больнице, коллеги по работе и даже директриса. Вечером зашел врач.

— Ну как дела?

— Нормально, – сказала Аглая.

— Не переживайте, все будет хорошо. Перелом, хоть и со смещением, не такой уж сложный. Срастется через месяц-полтора. Но руку нужно будет беречь. Не дай бог, толкнут в транспорте или на улице.

Доктор ушел. Через полчаса позвонил наконец Виктор.

— Глашка, что стряслось? Как ты умудрилась?

Аглая терпеливо пересказала ему историю нападения хулиганов.

— Гады! – разозлился Виктор. – Я их из-под земли достану. Вернусь и отыщу. Ты заявление в полицию напиши. Пусть их закроют по полной!

— Напишу.

— Как Димыч? Он на даче?

— Нет, дома остался. С соседкой.

— Аглаюшка, ты держись, не дрейфь. Ты у меня сильная, справишься! Я буду звонить. Целую. – Виктор отключился.

Аглая посмотрела на соседок: те спали, завернувшись в одеяла – в палате слегка сквозило. Она тоже укуталась поплотнее и провалилась в сон.