Страница 13 из 59
— Вы как будто недовольны тем, что Валя предпочла Федору Павла, – сказала Ольга.
Ирина Даниловна тихонько рассмеялась.
— Что вы! Как я могу быть недовольна? Тем более Павел и Валентина женаты уже семь лет. Просто.. – Старушка замялась, очевидно, желая сказать что-то еще, но одновременно не решаясь на это.
— Что просто? – переспросила ее Ольга, отчего-то чувствуя волнение.
— Да нет, ничего, – после небольшой паузы ответила Ирина Даниловна. – Впрочем.. впрочем, да, я действительно недовольна тем, как поступила Валюша. Вернее, не недовольна, а скорее удивлена.
— Удивлена чем? – не поняла Ольга.
— Видите ли, ведь Федя спас Валюшу. Вытащил из комнаты, где начинался пожар.
— Федя? Добродеев?! – выпалила Ольга.
— Да. А почему это вас так удивило? – Старушка недоуменно округлила глаза.
— Нет, я просто так, – поспешно проговорила Ольга, стараясь взять себя в руки и подавить охватившее ее возбуждение. – Расскажите, пожалуйста, как это произошло.
— С удовольствием. Мы с мальчиками и Валей сидели в классе и готовили материалы для стенда. Внезапно выяснилось, что не хватает какой-то краски. Я послала Валю в подсобку к завхозу. Она убежала и долго не возвращалась. Так долго, что мы все стали волноваться, а Федор особенно. Кончилось тем, что он прекратил свою работу и пошел следом за Валей вниз, на первый этаж.
Мы с Павлом остались в классе и вскоре услышали шум и крики за дверью. Испуганные, мы выскочили в коридор и тут же почувствовали запах дыма и гари. Все, кто был на этаже, с криками «Пожар! Горим!» неслись вниз. Побежали и мы. Вернее, бежал один Паша, а я, как могла, поспевала за ним – мне ведь на ту пору было уже под семьдесят.
— А дальше? – сгорая от нетерпения, перебила Ольга. – Что произошло?
— Мы спустились на первый этаж и увидели Валюшу. Она лежала без сознания на скамейке, а рядом с ней на корточках сидел Федор. На нем лица не было. Вокруг толпился народ: учителя, школьники.
Павел первым подскочил к скамейке. То ли от волнения, то ли просто случайно, он поскользнулся на недавно вымытом линолеуме и упал, ударившись лбом об ее острый угол. Из ссадины потекла кровь, но Паша не обратил на это внимания.
— Что случилось? – закричал он.
— П-проводка загорелась, – заикаясь, ответил Федор, – Валя наглоталась дыма и.. вот, – он с убитым видом кивнул на лежащую без чувств девочку.
— Это я во всем виноват, – в отчаянии проговорил завхоз, стоявший рядом. – Давно надо было выбросить эту проклятую лампу.
— Какую лампу? – ничего не понимая, пролепетала я.
— Да девчонка зашла в подсобку аккурат в то время, когда я вышел. Видно, стала искать свою краску сама и решила лампу включить, чтобы лучше было видно. Вставила штепсель в розетку, а провод закоротило. Ну, ее и шарахнуло прилично. Если бы не паренек, – завхоз указал на Федю, – не знаю, что было бы. Я вернулся, увидел, что проводка горит, и кинулся вызывать «ноль один». А девчонку не заметил: она от удара током сознание потеряла, лежала на полу, в дыму ее не видать было. Так бы и задохнулась, кабы приятель не подоспел и не вытащил ее из этого ада. Молодец! – Он с уважением поглядел на смутившегося Федора и прибавил ободряюще: – Да не переживай, оклемается твоя подружка. С минуты на минуту «Скорая» приедет, ее в два счета в норму приведут.
— Я пойду, встречу машину, – встрепенулся Федя.
Видимо, сидеть в бездействии возле Валюши ему было невмоготу, хотелось как-то действовать, чтобы ей помочь.
— Беги, – согласился завхоз.
Федор ушел. Я села рядом с Валей, положила ее голову себе на колени, стала звать по имени. И вскоре ее ресницы дрогнули, она открыла глаза. Я была так счастлива, что она жива, что с ней ничего страшного не случилось! Тут вернулся Федя в сопровождении врачей. Валю погрузили на носилки и увезли в больницу на обследование.
Я ездила ее навещать, хоть мне это было тяжеловато – больница находилась довольно далеко от моего дома. Павел и Федя тоже ездили к Вале, возили ей передачи, ждали, когда ее выпишут. Честно говоря, я не сомневалась, что теперь, после всего случившегося, Валя выберет Федю. Но.. она вышла из больницы, и вскоре я увидела их на улице вместе с Пашей. А затем и весь класс стал говорить о том, что у них роман. Федя грустил, хотя старался не показывать виду. Он ведь любил Павлика и считал, что завидовать ему стыдно. Однако я видела, что ему тяжело.
..Ирина Даниловна замолчала, очевидно, погрузившись в давние воспоминания. Молчала и Ольга, потрясенная только что услышанным. Наконец она овладела собой и спросила у старушки:
— Значит, Валя не оценила героического поступка Федора?
— Выходит, что так, – ответила та.
— И вы не пытались расспросить ее о том, почему она так поступила?
— Нет, милая. Зачем? Сердцу не прикажешь. Если она полюбила Павлика, что толку ее переубеждать? К сожалению, в реальной жизни героев не всегда ждет награда, вот Федя и испытал это на собственной шкуре.
— Понятно. – Ольга задумчиво кивнула. Она уже представляла реакцию Виталика на то, что расскажет ему через пару минут.
Налицо явный обман. Валентина Плотникова не знает правды о том, кто ее спас. Когда она очнулась от обморока, учительница сказала ей, что ее вынес из горящей подсобки друг. Она увидела рядом Павла с рассеченным лбом и решила, что это он. По всей видимости, Павел не стал ее в этом разубеждать. Вот так и объясняется ее решение выбрать из двоих друзей именно Плотникова, и вовсе ни при чем здесь чувства, как наивно полагает Ирина Даниловна. Но самое удивительное во всей этой истории, что Добродеев легко согласился отдать свои лавры другу. Ничего не сказал ни Валентине, ни учительнице, фактически помог Павлу обмануть обеих. Почему?
В это время в дверях кофейни показался Виталик.
— А вот и мой муж, – проговорила Ольга и помахала ему рукой.
— Очень приятный молодой человек, – сказала Ирина Даниловна и встала. – Я, пожалуй, пойду, не буду вам мешать. Мне было очень приятно провести время в вашей компании, Олечка. Скажите, у вас детишки есть?
— Пока нет. Но обязательно будут. Минимум двое, – произнес подошедший Виталик.
— Виталь, познакомься. Это Ирина Даниловна. Она в прошлом учительница. Мы с ней случайно разговорились и вот ждем тебя.
— Очень приятно. – Виталик поклонился старушке.
— И мне приятно. Счастливо вам, молодые люди. – С этими словами Ирина Даниловна пошла к выходу. Кнопочка трусила за ней.
— Как твои успехи? – спросил Виталик, садясь на место старушки.