Душа мавки

Когда мы прибыли на место, солнце уже достигло зенита. На обочине рядом с точкой стоял трактор, дальше проходила глубокая колея, а за ней наши растянули ленту, чтобы любопытсвующие случайно не обнаружили распотрашённую нечисть. Орден уже успел оставить своего наблюдателя. Последнее время, учитывая обстоятельства, это вошло в норма. Он кивнул мне, не задавая вопросов. Смотрел на Арину, но делал вид, что всё в порядке вещей. Значит, приказ «не эскалировать» уже разошёлся.

Тело лежало у межи, в ложбинке. Существо напоминало старика с кожей, будто припорошенной землёй. Волосы напоминали сухую солому, а борода тонкие корешки. Оно было частью поля, и уж точно не чинило вред людям.

Я присел и принялся рассматривать тело и место вокруг него. Всё было сделано по одному и тому же лекалу, но вот вокруг имелись новые следы. Рядом с головой полевика имелось выжженное, тёмное пятно – небольшой круг. Даже земля в этом месте стала мёртвой. От неё веяло холодом. Я коснулся пальцами поверхности, зачерпнул немного пепла и понюхал. Пахло кровью и жжённой полынью. Видимо, этот след остался от той самой ритуальной чаши.

- Смотри, - сказал я Арине.

Она подошла осторожно, остановилась на расстоянии. В её глазах мелькнуло что-то, похожее на жалость.

- Сердце… - прошептала она. – Вынули.

- Да. И теперь я уверен: он собирает четыре стихии. Уже есть вода. Теперь, кажется, он нашёл подходящую землю. Остались воздух и огонь.

Арина вдруг вздрогнула, словно её ударили.

- Чаша, - прошептала она и прижала пальцы к вискам.

- Ты что-то о ней знаешь? – спросил настороженно.

- Образ… - пробормотала Арина, будто глядя внутрь себя.

Её взгляд стал расфокусированным.

- Камень… - выдавила она. – Тёмный, круглый, а на нём… чаша… ещё кость… и руны… не наши…

Она запнулась, и поёжилась.

- Ведагор… - прошептала она. – Он… говорил про такую чашу. Сильный артефакт…

Арина качнулась, словно былинка на ветру. Я поймал её за локоть, чтобы она не упала.

- Ладно. Хватит.

Мы сделали фотофиксацию, собрали золу, взяли образец земли из-под пятна. Я отметил в голове направление. Кажется, энергетический след вёл на юг, но я мог ошибаться. Необходимо было учитывать, что Кудеяр хитёр и вполне мог оставить ложный след. Не будет же он действовать столь неосторожно, ведя за собой охотника. Мне нужен был ритуал, способный распознать истину и отработать правильное направление. И тут я вспомнил лавку на Пятницкой.

Травник там был весьма непростым сумеречником. Он был одним из тех, кто торгует тем, что не любят держать в Орденских складах. У него можно было найти весьма экстравагантные ингредиенты.

- Едем, - сказал я Арине.

- Куда? - спросила она настороженно.

- В город, - ответил я, закидывая вещи в рюкзак. – Ненадолго.

Она вся сжалась, втягивая голову в плечи.

- Там… много людей.

- Я буду рядом, - попытался успокоить её.

Лавка на Пятницкой пряталась в узком, немноголюдном переулке. Сюда редко забредали случайные прохожие, зато сумеречный народ можно было встретить довольно часто. Снаружи – обычная вывеска: «Травы. Чай. Мёд».

Я толкнул дверь, и нас с Ариной встретил спёртый запах трав, смолы и благовоний. Мавка поморщилась и словно ощетинилась.

- Может, подождёшь снаружи?

Она отчаянно замотала головой и попыталась схватить меня за руку, но быстро погасила в себе этот порыв.

Травник коротко кивнул мне. Мы давно были с ним знакомы.

- Руслан, давненько ты не заходил. Значит, беда приключилась?

- У меня на работе всегда беды случаются, - с тяжёлым вздохом ответил я. – Нужны ингредиенты для мощного поиска по следу ритуальной чаши.

Он перевёл взгляд на Арину, и я увидел, как его зрачки чуть расширились: он чувствовал её природу.

- Это… кто с тобой? - спросил он осторожно.

- Неважно. Она под моей защитой. Больше тебе знать не следует.

Травник кивнул.

- Давай сюда то, что может мне помочь собрать нужное.

Я положил на прилавок маленький свёрток: образец золы из оврага и кость-подброс из своего дома. Травник взял, понюхал, поморщился.

- Выжженное колдовство, - поморщился травник. – Старое.

- Мне нужно найти энергетический след, привязанный либо к чаше, либо к человеку, творящего это колдовство.

Травник молча ушёл в заднюю комнату и вернулся с набором ингредиентов: корень девясила, сухой зверобой, пучок полыни, щепоть мака, кусочек осиновой коры, и маленький мешочек с серой, «мертвой» солью.

- Это для круга, - сказал он, раскладывая предметы по очереди. – Это для внутреннего взора. Это для памяти. А вот это… - он достал тонкую пластинку из дерева с выжженным узором. – Это чтобы не ослепнуть от того, что увидишь.

- Сколько? - спросил я.

- Три слова правды, - с усмешкой ответил травник. – Про то, что ты прячешь даже от себя. Всё остальное по прайсу.

Я молчал секунду. Потом достал деньги и задумчиво проговорил:

- Я боюсь, что однажды стану таким, как те, на кого охочусь. Я устал убивать. И я не верю Ордену.

Травник кивнул. В его глазах на секунду появился потусторонний блеск, словно искра, которая быстро потухла.

- Забирай, - сказал он, довольный моей оплатой.

Мы вернулись в дом уже под вечер. Акакий встретил нас ворчанием, но облегчённым: домовой ненавидел чужих, но ещё больше ненавидел неизвестность.

Я запер двери, зашторил окна, и разложил всё на столе. Обряд поиска – это сложная работа. Если сделать хоть что-то неправильно – получишь иллюзию. Арина сидела рядом, молчаливая, напряжённая. После поездки мавке явно было нехорошо, поэтому я предложил ей немного полежать в ванной, но девушка изъявила желание поприсутствовать на ритуале.

Поставив в центр стола глиняную чашку с родниковой, чистой водой, разложил по кругу травы: полынь, зверобой, девясил и мак. Всем известно, какими сильными магическими свойствами обладают эти растения. Они не только хворь из организма способны выгнать, да сил придать, но и нечисть отпугнуть, и мысли ясными сделать, и то, что скрыто, показать. В центр круга сыпанул горсть соли, чтобы всякая дрянь не прилипла, пока ритуал буду творить.