Страница 12 из 103
Я выхожу из кабинета и «Le Salon». Когда свежий ночной воздух ударяет в лицо, я вдыхаю свободу. Замкнутые пространства никогда не были моей стихией, но после тюрьмы они стали чертовым кошмаром.
В конце концов, мое место не на земле.
Я перехожу улицу к строящемуся зданию. На самом деле, все строительные работы приостановлены, так как я позаботился о том, чтобы они нашли изъяны в архитектурном проектировании. Это идеальное место и высота, чтобы следить за «Le Salon» издалека.
Я перепрыгиваю через асфальтированные ступени и направляюсь на крышу, затем вытаскиваю камень, за которым спрятал свой кейс. Достаю снайперское снаряжение и размещаю винтовку AWM между недостроенными перилами так, чтобы ничего не было видно.
Шепот и боль в левой руке возвращаются с новой силой, стоит мне взять снайперскую винтовку. Я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и иду напролом.
На крыше «Le Salon» стоит она, как гордая гиена. Она всегда на крыше, вероятно, потому что доступ туда закрыт для всех остальных.
Шорты и майка Туман прилипают к ее телу, как вторая кожа. Ее волосы все еще в том самом чертовом узле, пока она бьет по боксерской груше, висящей на металлическом шесте.
Удар ногой. Удар кулаком. Удар ногой. Удар ногой. Удар кулаком.
Ее любовь к муай-тай никуда не делась.
— Зачем выбирать одно, если можно совместить? — говорила она, когда была Бунтаркой. Моей Бунтаркой.
Но Бунтарки больше нет, как и того дурака, который держал ее там, где не следовало.
Все это чертово время я наблюдал издалека, ожидая момента, чтобы прокрасться обратно в ее жизнь.
Она хочет спасти Инка? Что ж, знаешь, блять, что Туман? Инк никогда оттуда не выберется. Я сделаю своей миссией, чтобы Яд покинул этот ад. Я должен ему за то, что он спас мне жизнь десять лет назад во время совместной снайперской операции на Ближнем Востоке. Я никогда не был настолько рассеян, чтобы промахнуться, но из-за нее я умирал миллион чертовых раз.
Я смотрю на нее через прицел.
Я закончил смотреть.
Закончил, блять, ждать.
Пришло время ей платить по счетам.