Страница 62 из 106
— Нет, все в порядке, — удивленно проговорила секретарша. — Сергея Григорьевича нету, только дежурный врач.
— И он.. не приходил?
— Нет. А что?..
— Ничего, — поспешно сказала Ася, — прости, пожалуйста. Просто ему кто-то позвонил, пока меня не было дома. Он уехал и до сих пор ни слуху ни духу. Я подумала, может, какое-нибудь ЧП.
— Асенька, здесь его точно не было. Позвони друзьям, наверное, там что-нибудь.
— Хорошо, я так и сделаю. Спасибо, извини, что побеспокоила.
— Не за что.
Ася опустила трубку и в растерянности потерла виски. Кому еще звонить? Володьке Петухову, Сережкиному закадычному другу? Или Соне и Руслану — там, может быть, плохо Сониной матери, она после тяжелой операции, вдруг что неладное, вот они и попросили помочь.
Ася подумала и начала набирать номер Володьки. В это время на площадке грохнул приехавший лифт. Она замерла с трубкой в руках.
В скважине заскрежетал ключ. Дверь распахнулась. На пороге появился Сергей, без шапки, в расстегнутом пальто.
— Что? — испуганно проговорила Ася, глядя на его лицо, бледное с желтизной. — Что стряслось?
— Ничего. — Он старательно вытер ноги о половичок и принялся раздеваться.
— Куда ты ездил?
— Соня позвонила. Матери стало хуже, подозревали, что открылось внутреннее кровотечение.
— Я так и думала. — Ася подхватила из его рук пальто, повесила на вешалку. — Как там?
— Обошлось. Кровотечения нет, но я на всякий случай отвез ее к нам. Пусть понаблюдают пару дней.
— Я тебе пыталась прозвониться на сотовый, но он был выключен. А Лина сказала, что тебя в больнице нет.
— Я не поднимался в отделение. А сотовый.. я проглядел, деньги на счету закончились. Сейчас по дороге карту купил, еще не успел активировать. Ты давно дома?
— Почти два часа. Сережа, ты такой бледный, просто как мертвец. Там.. точно все в порядке, у Сони? Ты ничего от меня не скрываешь?
— Нет, Зайка, что ты. Просто только что по пути чуть не поцеловался с «газелью». Водитель за рулем то ли пьяный в дупель, то ли совсем зеленый. Прет, не глядя, по встречной, лоб в лоб, я едва вырулю.
— Господи, этого еще не хватало, — Ася перекрестилась на икону в углу, — идем, я тебя покормлю. Там Нинюся котлеты спалила, но ничего, есть можно. А на гарнир картошка и салат.
— Зайка, я не хочу.
— Не будешь ужинать? Но ты же голодный, они ведь тебя там не кормили.
— Кормили, слегка. Мне хватило. — Сергей осторожно отодвинул Асю в сторону и скрылся в ванной. Громко зашумела вода.
Ася подождала немного, но Сергей не выходил. Она вернулась на кухню.
Степка лениво ковырял вилкой в развороченной котлете.
— Папа вернулся?
— Да. Ты так ничего и не съел.
— Неправда, я ел. А это не жуется.
— Дай сюда. — Ася резким движением вытащила тарелку у него из-под носа, счистила объедки в миску, предназначенную для соседской эрдельтерьерши. — Пей кисель и иди убирай игрушки. Скоро спать ложиться, а у тебя в комнате ни пройти ни проехать.
— Да иду я, иду, — Нинюсиным тоном проворчал Степка, — ты чего такая злая?
— Я злая? — Ася застыла возле раковины. — С чего ты взял?
— У тебя лицо такое.. — Степка скорчил уморительную физиономию, — и голос.. грубый, как у волка.
Ася улыбнулась.
— Стёпушка, я не злая. Просто я волновалась: Нинюся приболела, папы долго не было. Иди к себе, я скоро приду, посуду только приберу.
— Угу. — Степка скрылся в коридоре.
Ася убрала кастрюли в холодильник, ополоснула тарелки и чашки, аккуратно составила их на полку. В отдалении хлопнула дверь ванной.
— Сереж! — крикнула Ася. — Чаю-то хоть тебе налить? С мармеладом.
— Потом.
Она пожала плечами. Заверещал телефон.
— Да, — сказал Сергей, — да, сейчас. Иди, тебя Кристя.
Ася бросила взгляд на часы — только десять минут девятого.
— Я с ней из спальни поговорю, — сказала она Сергею.
— Говори откуда хочешь, мне без разницы.
Ася бегом пронеслась мимо него по коридору и, плотно прикрыв дверь спальни, сняла трубку с параллельного телефона.
— Ты уже пришла?
— Только что. Что ты хотела? — Голос у Кристины был усталый и какой-то непривычно бесцветный.
— Кристя, ты не в настроении? Может, перенесем нашу беседу на завтра?
— Нет, все о'кей. Я тебя внимательно слушаю.
— Кристя, я сегодня была идиоткой.
— Ты уже давно идиотка, — спокойно заметила Кристина.
— Нет. Кристя, нет, все не так. Прости, я не могу быть с тобой до конца откровенной..
— Что ты называешь откровенностью? Молчишь, стиснув зубы, как партизан, изъясняешься загадками, чахнешь на глазах и хочешь убедить меня в том, что целиком и полностью мне доверяешь? Извини, подруга!
— Это ты меня извини. Я.. мне вовсе не так плохо, как могло сегодня показаться. Вообще.. у меня все хорошо, просто здорово.
— Ты за этим мне звонила? Чтобы успокоить?
— Да, за этим. Когда-нибудь я тебе.. потом, попозже..
— Ой, ладно, не нужны мне твои секреты, — нарочито-равнодушным тоном проговорила Кристина, — главное, больше так не реви и постарайся поправиться хотя бы на пару килограммов.
— Обязательно, — Ася засмеялась, — ты точно не злишься на меня?
— Аська, ты дура. Чего мне злиться? У меня стишком много своих собственных проблем, чтобы рваться разрешать чужие. Прости, я устала, пойду приму душ и лягу пораньше. Приятных тебе сновидений.
— И тебе также.
Ася покинула спальню и на цыпочках зашла в детскую. Нинюся тихонько похрапывала на диванчике в углу, Степка возился в груде наваленных на полу игрушек.
— Так и не убрал. — Ася укоризненно покачала головой.
— Ну сейчас, — шёпотом сказал Степка, — дом дострою и сразу все соберу. Мы завтра с утра пойдем?
— Да. Часов в одиннадцать.
— А обедать где будем? — Он с надеждой вскинул на нее глаза. — Можно в кафе?
— Можно. При условии, что ты немедленно станешь человеком и начнешь за собой убирать.
— Да-да-да, — скороговоркой пробормотал Степка и принялся швырять в коробку игрушки.