Страница 69 из 70
Эпилог
— Аматия! — прогремело над парком.
— Что они опять натворили⁈ — в сердцах спросила Эля.
— Берт и Эолана дети, им необходимо шалить, — пытался успокоить муж, пока я скакала на одной ноге и обувала туфлю на высоком каблуке по последней драконьей моде.
— Но не на свадьбе! — возмутилась спокойствию мужа. — Эль, займись детьми, пока они не разнесли дворец!
— Они не смогут, — благодушно отмахнулся муж, поправляя рукава у камзола.
— Наши смогут, — мрачно предрекла я.
Мощный взрыв потряс дворец до основания.
— Берт! Эолана! — воскликнули мы одновременно с мужем и вылетели в коридор.
Там стелился черный дым. Еще и пожар! И это в день свадьбы! Мы устремились к эпицентру взрыва.
В огромной зале, где готовилась свадебная церемония, всё было в клубах черного дыма.
— Эолана! — воскликнул Эль от неожиданности, поймав крылатое существо черного цвета.
Как он смог ее опознать, осталось непонятно. При ближайшем рассмотрении я угадала под слоем копоти свою дочь-нимфу. Буквально некоторое время назад это была прекрасная легкокрылая девочка с огромными бантами, которые вплели в белоснежные косы. Воздушное платье потеряло нарядный вид, оно было прожжено в некоторых местах и дымилось.
— Аматия, я предупреждал! — прорычало рядом с нами.
Обернулась. На меня смотрело подкопченное нечто, которое сверкало белками глаз и обожженные ручки тянулись к моей шее. А совсем недавно это был милый зануда, нимф Наитир.
— Сейчас мы тебя отмоем, — примирительно произнесла жениху и окатила его водой.
Сажа сошла с лица Наитира, но злое выражение осталось. Пора порхать крылышками, и поскорее. Свадьба опять не удалась.
Сегодня мы в третий раз пытались провести обряд между Наитиром и его драконицей. Той самой, которую он нашел в яйце, потом высидел и вырастил. Молодой невесте сейчас примерно столько же лет, сколько мне, когда Наитир пытался на мне жениться. То есть всего сто лет.
Моя Эола вбила себе в голову, что Шахрессе выходить замуж рано, и старалась всеми силами предотвратить попытки сочетать браком эту парочку.
Шахресса обучалась вместе с Бертом и, разумеется, Эолана сдружилась с драконицей, став с ней подружками. Но нимфочка слишком молода, всего-то пятьдесят лет, и не понимала, что Наитир с Шахрессой давно любят друг друга. А драконица никак не могла объяснить моей дочке необходимость свадьбы.
Берт активно помогал сестре строить каверзы из любви к озорству. Молодой эльф с его обладанием и восьмью видами магии мог сотворить любое «чудо» прямо из воздуха. Ему были подвластны все стихии, и Шансорес активно обучал черной магии. В общем, парень получился добрый, активный и любитель пошалить.
Оба наших с Элем ребенка оказались непоседами, за что мы расплачивались, нервно вздрагивая при каждом взрыве или крике.
Влюбленная Шахресса стойко терпела выходки брата с сестрой, и лишь вздыхала при очередной сорванной попытке.
— Что здесь происходит⁈ — прогремел в клубах дыма голос Шансореса.
Эолана пискнула и спряталась за спину Эля. Черного дракона она побаивалась, после того как он выпорол ее, поймав, когда она подсыпала приворотный порошок в булочки на дворцовой кухне.
Нимфа любви пыталась оправдаться своим предназначением соединять людей, но черный дракон остался неумолим, сломал хворостину и отходил шаловливую нимфу по мягкому месту. После этого Эолана старалась пореже попадаться Шансоресу на глаза.
Но сегодня уйти от возмездия разозленного Наитира и строгого Шансореса ей, видимо, не удастся.
— Это я виноват! — вынырнул из клубов дыма Берт.
— В этом я не сомневаюсь! Я тебе говорил, что черный литан нельзя смешивать с зеленым ферилом в пропорциях больше, чем один к четырем, — выговорил ученику Шансорес.
— Я их магией закрепил. Хотел сделать с отстроченным действием, — пытался оправдаться мой сын.
Получился он на удивление красивым, очень похожим на отца. Смоляные брови и ресницы придавали удивительно трогательное выражение красивому лицу. Черные длинные локоны, которые он по обыкновению убирал в узел на затылке, сейчас разлохматились и свисали прямо как у Эля.
Невольно перевела взгляд на мужа. Прекрасный мой эльф. Платиновые волосы оттеняли фарфоровую бледность кожи. Он выглядел благородным и властным. Последнее пришло к нему постепенно.
Заботы об Империи легли тяжелым бременем на плечи совсем молодого эльфа. Но мы справились. «Мы», конечно, звучит смело, просто я старалась быть тенью рядом с мужем. Мы доверяли друг другу и поддерживали.
— Очень интересно, зачем тебе понадобился взрыв отсроченного действия, — вмешался Наитир.
— Для фейерверка, — буркнул Берт. — Мы хотели после церемонии выписать салютом ваши имена на небе. А оно рвануло.
— Нужно было сернистый гильдон добавить, тогда бы хватило времени для закрепления и отсрочки, — произнес Наитир.
— Сернистый гильдон не поможет, он лишь заставит разрушаться ферил, — произнес Шансорес.
Всё, эти трое для брачной церемонии были потеряны как минимум на день. Эолана выпорхнула из-за спины отца и с интересом посмотрела на спорящих мужчин.
— Никогда не понимала пристрастия к химии. Привороты мне нравятся больше, — произнесла дочь.
Вот что с ней делать? Как объяснить подростку, что приворот очень серьезная вещь?
— Нимфа Аматия, свадьбы не будет? — робко спросила меня не состоявшаяся невеста.
— Будет! — решительно произнесла я.
— Тия, ты бы не горячилась. Может, отложим? — постарался остудить мой пыл муж.
— Нет, уж. Собрались на свадьбу, значит, обряд проведем. Пошли, — потянула за руку Шахрессу. — Наитир! Будем проводить обряд! — поставила жениха перед фактом.
— А как же? — Наитир в недоумении развел руками.
— Меня ничего не смущает. Шахресса, тебя смущает? — невеста мотнула головой. — Значит, двое против одного. Обряд проводим! Сейчас же!
Когда я напевно начала произносить слова заклинания призыва магии Любви, Эль потихоньку стал очищать зал. В открытые окна уносился черный дым, а сажу муж смыл водой. И в зале почти можно было находиться. Почти, потому что мокрый пол не способствовал перемещению. Кто пробовал, громко шлепался, и старался, поднявшись на ноги, больше не двигаться.
Серебристая дымка соединила нимфа и драконицу, давая благословление паре, и вошла в их тела. Совершенно неожиданно Наитира и Шахрессу окутало темное облако, и мой сын стал произносить слова благословления на драконьем.