Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 66 из 70

— Муж держал ребенка на руках, жена кинулась его спасать. Ты наказал всех троих, включая невинного ребенка! — казалось, Артемия запустит молнией в Создателя.

— Да-а-а. Не хорошо получилось, — задумчиво произнес Создатель.

Я распрямила спину и посмотрела с тревогой на сына. Он был в порядке, а мы с Элем дымились, получив молнией с небес. Не зря я ругалась на них… Иногда.

— Будем исправлять. Пара, встаньте передо мной, — получив наказание мы не смели ослушаться. — Чтобы впредь не было ошибок, соединяю вас. Никакой ритуал развода не сможет разъединить вас. Магия Любви накрепко свяжет.

— Нет!

— Да!

Прозвучало одновременно от нас с Элем. Артемия быстро подошла к нам и забрала Берта. В миг нас окружила серебристая дымка. Я рванулась прочь, но поздно, магия не отпускала.

Эль поймал в свои объятия.

— Аматия, люблю тебя, — тихо сказал, но я не собиралась сдаваться.

— Бартис, сделай что-нибудь.

— Аматия, вы все равно поженитесь! — донеслось от предателя.

— Я тебя женю! — пригрозила брату.

— Нимф? Могу и тебя поженить, — раздался голос Создателя.

Сразу за серебристой дымкой стало тихо.

То ли эльфы были не женаты и испугались, то ли бегство Бартиса впечатлило.

Магия Любви делала свое дело. Как бы я ни сопротивлялась, она упрямо притягивала меня обратно к телу эльфа, прошивая нас насквозь.

— Создатель! Я нимфа-хранительница, и ты должен выслушать мою волю! — вспомнила и попыталась использовать последний шанс.

— Можешь, — согласились небеса. — Говори.

— Я не хочу этого брак. Он слишком больно сделал мне! — выкрикнула Создателю, в надежде пресечь очередную скороспелую свадьбу.

— Почему он смог сделать тебе больно? — грозно пророкатало сверху.

— Потому что люблю его! — честно ответила Создателю. — Именно поэтому испытала боль из-за его недоверия!

— Я тоже ее люблю, и хочу жить с ней в браке! — выкрикнул эльф.

— Пара, выбранная магией Любви, соединяется навеки. Никакие ритуалы не смогут вас развести! — прозвучал приговор с небес.

Эль прижал меня к себе, выбора не осталось. Серебристая дымка носилась вокруг.

— Люблю тебя, — шептал между поцелуями Эль, которыми собирал мои слезы, невольно катившиеся по щекам.

— Наказаны оба, по справедливости, — раздалось с небес. Магия вошла в наши тела, вновь благословляя. — Вы лишены магии до тех пор, пока вновь не начнете доверять друг другу.

— Создатель! — возмущенно воскликнули мы вместе с Артемией. Эль покорно склонил голову.

— Ребенок пострадал невинно. Ему магию вернем, — произошла пауза, во время которой на небесах слышались голоса.

Артемия вышла вперед с Бертом на руках.

— Возвращаем магию ребенку! — пророкотало с небес, и в маленькое тельце малыша вонзилось сразу восемь молний.

Я ахнула и от ужаса потеряла сознание.

Когда пришла в себя, первым делом подскочила и кинулась искать Берта.

— Аматия, успокойся, — тихо произнесла Артемия.

— Берт, — выдохнула и с тревогой посмотрела на нее.

— Всё хорошо. Мальчик в порядке. Ему вернули магию. Создатели решили подстраховаться, и все отдали ему частичку своего дара. Теперь он владеет всеми восемью магиями.

Меня это известие не обрадовало.

— Зачем? — подозрительно спросила Артемию.

— Так решили Великие создатели. Иногда их поступки нам не дано понять, — Артемия пожала плечами. — Ты мужа хочешь видеть?

— Нет, — ответила сквозь зубы.

— Не упрямься. Вы же любите друг друга, — мягко произнесла Артемия.

Я молча от нее отвернулась.

Мы с Бертом жили в доме у моих родственников. Совершенно не хотелось возвращаться к эльфам. Когда Эль прилетал общаться с сыном, оставляла их и уходила, иногда Артемия составляла им компанию. Мужчина не очень хорошо понимал, что нужно ребенку.

— Аматия, я очень хочу, чтобы мы снова жили семьей, как прежде. — однажды сказал Эль.

Покосилась на него и вышла. Мне давно хотелось ночью слышать стук сердца любимого мужа. Рядом с ним снились удивительно замечательные сны. Но я держалась.

Время бежало. Берт начал сидеть и лопать фруктовое пюре. Было забавно смотреть, как Эль старается накормить сына лакомством, а Берт смешно морщит носик, показывая, что папочка не угодил с меню.

— Эльф должен есть цветную капусту, — он старался ласково засунуть невкусное блюдо в рот сыну.

— Верилика, ты только посмотри на эту прелесть! — раздался голос Шансореса на нашей кухне.

Пара вошла, и я увидела округлившуюся фигуру эльфийки. Она вся сияла и опустила взгляд, заметив наш интерес.

— Вы с пополнением! Поздравляю! — кинулась на шею Верилике, а потом дракону. — Ребята, как я за вас рада!

Эль нахохлился при виде Шансореса, но к сестре подошел с улыбкой и обнял, поздравляя. Мне перешла почетная обязанность накормить наследника Эуларии пюре из цветной капусты. Сын моему появлению обрадовался.

Пока гости рассаживались и обменивались государственными новостями, я, напевая и пританцовывая, запихивала еду в маленький ротик. Сынок рос похожим на папу. Красивый, взгляд не отвести. Темные глазки начинали сверкать при малейшей эмоции, а темные волосики вились, как у нимфа, чем приводили в восторг Бартиса.

Неожиданно меня сзади обняли руки Эля. Он подхватил мой танец, который я показывала Берту, и мы запели вдвоем. Сын радостно хлопал в ладошки и лопал невкусное пюре из овощей. При виде его радости мы не смогли остановиться и продолжили исполнять танец.

— Придется вмешаться, что скажешь, Берт? — раздался голос дракона рядом.

Сын перевел радостный взгляд на дракона, развел пухленькие ладошки, и между ними засверкала темная дымка, а потом Берт хлопнул, и мы с Элем оказались в знакомом гроте.

Первым делом посмотрела на стены, по ним побежала черная мгла. Магия дракона опять запечатывала нас.

— Только не это, — простонала я, продолжая держать в руках чашку с пюре и ложечкой.

— Драконья магия, — произнес Эль.

— Спелись, — согласилась с ним.

— Выбраться не получится, — осматривался в очередной раз муж.

— И даже еду с собой выдали, — улыбнулась на пюре. — Будешь? — предложила Элю.

Эльф сглотнул, но покачал головой.

— Пока не настолько голоден, — ответил он.

— А ты этим сына кормил, — напомнила ему.

— Да уж, — вздохнул Эль. — Не холодно? — притянул к себе.

— Зябко, — немного приукрасила.

От воспоминаний меня потряхивало. Теплые ладони постарались пройтись по всему телу, обогреть.