Страница 5 из 70
— Хорошо, эльф вмешался, а то обиженный дракончик как раз собирался кинуться на Аматию. А что она могла придумать в ответ, не представляю, — развел в стороны руки довольный брат.
— Какой эльф? — повысила голос Артемия.
— Эльтезиан, — сообщил довольный брат.
У меня осталась последняя надежда. Может, бабушка не знает, что привороженный эльф, и этот, как его, Эльтезиан — одно лицо?
— Слышал, наследник Эуларии примет участие в играх с Летающим ядром, — произнес Наитир.
— Кто⁈ — повернулась к жениху.
— Эльтезиан единственный наследный принц Эуларии, — проинформировал мой ученый жених.
Великие создатели! Я пропала! Как можно умудриться так удачно сделать ненаучное приворотное зелье вечного порядка. Молниями по попе не обойдешься. Стояла, потупившись в пол, на котором красиво росла травка, цветочки цвели, и не возникало никакого желания смотреть на присутствующих. И вообще мне пора отсюда бежать, да хоть к драконам. Ах, нет, там же этот как его? Шансорес живет! Значит, к гоблинам, на худой конец к людям подамся. Без жениха, правда, останусь. Невольно скосила взгляд на Наитира, и мне не понравился его взгляд. Кажется, он догадался о личности привороженного объекта.
— Аматия, ты знаешь эльфа, выпившего твое зелье? — спросил Наитир.
— Ты что? Когда бы я с ним знакомилась? Влетел, забрал ядро, сказал: «О, лимонад!», выхватил стакан из руки и быстро выпил, — я говорила чистую правду, ни разу не передергивая.
— Перефразирую вопрос, — взгляд Наитира стал совсем внимательным. — Эльф привороженный и эльф Эльтезиан — одно лицо? — пришпилил меня вопросом жених, как бабочку в своей коллекции.
Кстати, никогда не понимала эту сторону его научной деятельности. Как можно ради какой-то науки лишать жизни прекрасные создания?
— Аматия! — окрик бабушки вернул меня из рассуждений на научную тему.
— Что? — похлопала глазками, стараясь вспомнить, про что был последний вопрос.
— Привороженный — это Эльтезиан? — бабушка не отказала себе в удовольствии громыхнуть молнией для острастки.
— Ну, да. — протянула я виновато.
— Кто привороженный? Я что-то пропустил? — вклинился Бартис, на миг забыв, что ему с его синяком под глазом лучше не привлекать внимание.
— Аматия на лабораторной напоила эльфа приворотным зельем, — сообщила ему Артемия.
— И вовсе не поила! Он сам стакан из рук выхватил! — обиделась на великую несправедливость.
Артемия в задумчивости уставилась в окно, за которым пели и перескакивали с ветки на ветку райские птички. Проследила за ее взглядом и засмотрелась — красота!
— Приворот надо снять! Немедленно. Нам не нужны проблемы с эльфами. Дело политикой пахнет, — вынесла вердикт Артемия.
Ах, как я с ней согласна! Конечно, надо снять приворот! Я согласно закивала, подтверждая каждое слово. Может, пронесет и не будет наказания?
— Есть проблема, — раздался голос Наитира.
— Что еще? — повернулась к нему Артемия.
— Аматия начала читать заклинание не с начала, и, как я понял, не помнит слов, с которых начала.
Наитир внимательно меня рассматривал, будто прикидывал, с какой части тела начнет меня препарировать, как несчастных лягушек, чтобы узнать начало фразы в привороте.
— Великие создатели! За что наказали мой род нерадивой ученицей? — воскликнула Артемия, поднимая глаза к небу.
Я тоже покосилась. Практика показывала, что создатели частенько отвечали бабушке на ее вопросы. Но в этот раз Великие решили ответ на животрепещущий вопрос отложить. Поэтому взгляд синих глаз Артемия перевела на меня, будто я могла ответить вместо них!
— Артемия, я постараюсь разобраться и восстановить формулу заклинания. Мне нужно просмотреть тетради и несколько книг по приворотным зельям, — серьезно кивнул Наитир и пошел к выходу.
— Ты про привороты вечного порядка тоже посмотри, — сказала ему, стараясь помочь.
— Что⁈ Вечного порядка⁈ Ты прочитала приворотное заклинание вечного порядка⁈ — Наитир оказался потрясен.
Вообще-то потрясены были все. Бабушка молчала и прижимала руку к сердцу, Бартис в восхищении смотрел на меня, и только присутствие строгой родственницы не позволяло смеяться и хохотать над очередным промахом. Наитир вообще завис. Кажется, в его умной голове не было решения этой задачки.
— Тогда делаем так! — стукнула кулачком по ладони Артемия. Странно, обошлась без молний. — Свадьба с Наитиром, и как можно скорее. Аматия, из дома ни ногой! В охрану купидонов наймем дополнительно. Сколько времени соревнования будут идти? — повернулась бабушка к Бартису.
— Еще неделю, — ответил довольный брат, похоже, взбучка за драку отменяется.
— Значит, свадьба через три дня. Раньше не успеем. Надеюсь, эльфы улетят к себе, и всё закончится, — последнюю фразу бабушка произнесла задумчиво.
— Три дня, — согласно кивнул Наитир.
— Три дня! — в священном ужасе прошептала я.
— Три дня, — довольно потер руки брат.
Как дошла до комнаты, помню плохо. Я, конечно, люблю Наитира, и замуж за него хочу, но не через три дня! Жених мой замечательный, умный, тонко чувствующий нимф. О таком претенденте мечтают многие мои подружки. Обычно нимфы очень темпераментные и ветреные молодые люди, и женятся, повзрослев окончательно, лет в пятьсот, а некоторые и старше. А Наитир молодой, всего-то сто десять лет, хотя серьезный и решительный. Не удивительно, что его кандидатуру мой род одобрил. Меня, конечно, иногда терзали сомнения, как Наитир смог уговорить своих родных на скорую женитьбу, но в разумности жениха никогда не сомневалась.
Например, мой брат Бартис. Сколько он девчонок успел поменять! Причем с каждой самая большая и вечная любовь, а потом разбежались, разлетелись. Приходит новая любовь, причем опять на всю жизнь. Мои родственники махнули на мальчишку рукой: все нимфы одинаковы.
А я хотела сначала Академию нимф закончить, не собиралась скоро замуж выходить. Начнут шептаться, строить предположения, всплывет история в лаборатории. Почему мне все время везет? Бартис если куда-нибудь влезает, все незаметно проходит. Но мои проколы становятся известны всем.
Мама объясняет необычное «везение» моим даром. Вроде любимица Великих создателей, поэтому ко мне притягиваются все возможные события. Я родилась с отметиной покровительницы Любви, у Артемии такая же. Когда-нибудь, со временем, в очень далеком будущем, я стану хранительницей рода, но сейчас мне это представляется с трудом.