Страница 46 из 70
Топнула ножкой. Ну, я ему покажу! Такой ответственный момент — выбор платья на свадьбу к друзьям, а он уснул. И не отделается шуточками типа «ты для меня без одежды красивее». Мне нужно новое платье! Вот решение всех проблем. А что у нас носят в Драконьей стране? У кого бы узнать про их моду?
— Бартис! — влетела в комнату брата, — Где узнать, что сейчас носят в стране драконов?
— Шубу, как минимум, и сапоги теплые, — припечатал брат.
— Ка…какую шубу? — села на стул — спасибо, рядом оказался.
— Зима сейчас, — как маленькой объяснил Бартис. — А еще Академию закончила. Ты климат соседних стран не учила?
— Учила, — буркнула ему.
Ну, как учила? Вечером пробежалась по строчкам, а на экзамене Эулария досталась, а там, как и у нас, вечное лето. Потому про шубы я только сейчас от Бартиса узнала. Между прочим, могли бы климат по платьям преподавать. Я бы навсегда запомнила, когда и у кого что носить нужно. Тогда бы точно запомнила, что в стране драконов сейчас зима.
Влетела в комнату и со всего размаху уселась на спящего мужа.
— Эль! — выкрикнула я.
Он подскочил, ошарашено оглядываясь и пытаясь понять, что случилось.
— Ты почему не сказал, что у драконов сейчас зима? — подозрительно на него посмотрела.
Почему-то мне показалось, он специально до последнего не хотел говорить, чтобы потом сообщить об отсутствии необходимой шубки. Впрочем, я не представляла, где в стране нимф можно ее найти. И вообще, из чего пошита загадочная шубка?
— Мне нравилось, как ты платья примеряешь, — мурлыкающе проговорил Эль и заерзал подо мной.
— Сильно понравилось? — поддержала его игру.
Подняла край рубашки и пошла пальчиками под нее, переступая, как ножками, по кубикам. Живот напрягся, проступили упругие мышцы. Добралась до груди и, упершись ноготочками, стала медленно спускаться вниз, дошла до пояса и нырнула внутрь. Обхватила ладошкой налитое достоинство и подняла глаза на Эля.
— Где, говоришь, можно шубку купить? — заморгала ресничками.
— Издеваешься? — сквозь зубы ответил муж.
Я погладила, отпустила пальчики, снова сжала.
— Очень серьезно спрашиваю, — подарила ему самую обещающую улыбку.
— Будет тебе шубка, — выдали мне правильный ответ.
— Самая красивая? — решила уточнить.
— Для моей красавицы все самое красивое, — он приподнялся, подхватил меня за руки и притянул к себе на грудь.
Я его поцеловала нежно-нежно за будущую шубку, потом оторвалась и спросила:
— А мне на свадьбу одеть нечего, — жалобно протянула ему.
Веселый смех был мне ответом.
— Обещаю, на свадьбе ты будешь самая красивая!
Он приподнял мои бедра и ловко, как к себе домой, вошел в ожидающее его лоно. Руки направляли и придерживали, задавая темп. Вскоре меня покинули вообще все мысли о шубке. Я целовала любимые губы, не в силах оторваться от них. Руки Эля сняли с меня платье и теперь ласкали грудь, перекатывая сосочки между пальцев. Затем он приподнялся и поцеловал их губами. Остались лишь мы вдвоем в этом мире, больше никого не существовало. Мы унеслись на крыльях страсти и растворились в ней. Ладонь Эля легла на низ живота, и пальцем он нашел чувствительное место, его движения были короткими и сильными. Двойное удовольствие от его пальцев и естества быстро довели меня до экстаза, и я упала на грудь мужа, чувствуя, как внутри прокатывается волна за волной, принося негу и удовольствие от нашей любви.
Ненужные платья были разбросаны по кровати и полу, а мы счастливые прижимались друг к другу. Не хотелось отпускать любимого мужа ни на минуту. Эль переложил меня под бочок к себе, и под мирный стук его сердца я уснула, сквозь сон почувствовав, как меня накрыли заботливые руки. Никогда не думала, что быть замужем интересно и приятно.
Шубка в стране нимф не нашлась, не первой необходимости предмет одежды. Эль закутал меня в свой плащ, сам завернулся несколько раз в теплую одежду, обнял меня крепко руками, и нажал на ящерку в перстне.
— Не пугайся, сейчас будет холодно, — успел прошептать он мне и поцеловал.
Мамочка! Так холодно мне не было ни разу! Я распахнула глаза, а Эль быстро тащил меня к огромному огню, назвав его камином. На меня накидывали шкурки животных и растирали ручки, пока зубы весело отплясывали танец, выбивая музыкальный ритм.
— По-по-почему так холодно? — тряслась всем телом.
С одной стороны обжигал огонь, а с другой холодный воздух, который поступал при вдохе, замораживал маленькую меня.
— Аматия, это зима, — немного виновато произнес Эль. — Может, не надо было отправляться сюда? — в полголоса произнес он.
— Если я сейчас не согреюсь, то уже будет все равно. Я замерзну и буду ледяной статуей, — простучала ему зубами.
— Жаровни с огнем! — крикнул муж.
Потом быстро вернулся и налил вина полный бокал, протянул мне. Трясущимися руками взяла и большими глотками выпила до дна. Горячо внутри стало, но я всё равно не согрелась. Эль еще налил полный бокал, снова выпила, и протянула ему, чтобы наполнил. Муж с сомнением посмотрел на меня, но послушался.
— Это драконье вино, — предупредил Эль.
— Мне уже все равно, от чего умереть. От холода или от вина, — посмотрела ему в глаза и выпила снова все до дня, не почувствовав терпкий вкус крепкого алкоголя.
Зашла прислуга и занесла жаровни с горящими углями, расставили их повсюду. На мою замерзшую особу посматривали неодобрительно, но сказать что-либо они себе не позволили. А было, на что посмотреть. Мое отражение в стекле огромного шкафа говорило, что от красавицы остался только красный нос. Остальное было укутано и спрятано под колючими тканями и мехом животных.
— Еще вина? — спросил Эль, когда закрылась дверь за прислугой.
— Еще, и побольше! — кивнула ему головой под меховым нарядом.
— Аматия, ты пол бутылки крепкого вина выпила, — предупредил заботливый муж, но все равно налил.
А моей бабочке на плече всё равно было холодно, не согревала ее озябшая кожа. Серебристое создание вылезло из-под одеяния и полетела к огню греться. Уселась на край камина и с любопытством уставилась на открытый огонь.
— Ты только к огню не лети, — ласково сказал Эль, пальцем проведя по серебристым крылышкам.
Бабочка доверчиво провела усиками по его пальцам и повернулась к огню, словно послушалась.
Потянулась к бутылке, что оставил Эль, и грохнулась на пол, а сверху меня накрыл ворох одежды.
— Тия! — кинулся ко мне муж.