Страница 5 из 43
Одно плохо, когда он к вечеру добирался до дома - если добирался - он уже не мог боготворить Лану. Он даже часто не мог поцеловать на ночь беременную жену. Просто падал и засыпал с одной лишь мечтой, чтобы его никто не трогал... К сожалению, этой способности Ланы - подпитывать энергию за счет чужих эмоций - у него не было. Лана улыбалась ему мягко, сочувственно, как это умеет только она, невероятно нежно целовала его сама - прямо в лобик - и... звала с собой Кайла. Это было больно. Гораздо больнее, чем со все дури плетью по заднице. Но он, измотанный вконец бесконечными делами, ничего не мог с собой поделать. А ведь семья и Лана были для него всегда на первом месте. Ну, это он хотел так думать...
Но когда он впервые взял на руки малыша Эрика, его мир перевернулся. И перестал быть прежним. Ланс понял, что не сможет спокойно работать - и подвергать свою жизнь опасности - зная, что его славный паренек сейчас с кем-то другим. Не ему, Лансу, достанутся его первые улыбки, не с ним он научится следить за игрушками, будет хватать чьи-то - не его! - пальцы, не при нем впервые сам перевернется на животик. Хорошо, если это будет Лана или Кайл, но жена тоже в конце концов займется любимой работой, и придется нанимать няню...
А если что-то случится во время опасных заданий? Его мальчик реально может остаться без отца. Ланс стал трусом? Да, быть может. Но он ощущал, что не может по-другому. Его жизнь стала драгоценной в этот миг. Такой важной, такой значимой. Аж дух захватывало!
И он ушел. Просто, чтобы быть рядом, пока сынишка растет. Может быть, на время, может, и навсегда, он не загадывал особо.
Сейчас уже все привыкли, конечно, что папа Ланс сидит дома, и этот дом под его надежной защитой, на самом-то деле. Он знал, что сделает все возможное, чтобы его любимым было хорошо, и вырвет сердце любому, кто хотя бы вздумает посягнуть на спокойствие его близких.
Он сам очень хорошо понимал, что именно здесь он на своем месте.
И еще теперь он - отец, и его душа капля за каплей перетекает в этих, бесконечно любимых сорванцов, наполняя его самого новым смыслом, мудростью, терпением и... новой изумительной силой.