Поединок

Джейми опешил так, что не сразу сообразил: в результате он стоит перед парнем в совершенно голом виде и, кроме того, тот наверняка видел все, что Фрейзер здесь выделывал, корчась в судорогах от обжигающего снадобья. Более глупую ситуацию сложно было бы себе представить, и Джейми, раскрыв рот, тупо смотрел на бесстрастного дворецкого, даже не пытаясь что-либо предпринять.

– Простите, сэр, – наконец осмелился нарушить неловкое молчание камердинер, – Меня послал Его Светлость. Разрешите вам предложить кое-что для вашего за.. хмм.. для ваших ран, – он скромно кивнул куда-то в район его колен и показал глазами на поднос в своих руках, который Джейми сейчас только заметил. – Вот здесь лед и отличная мазь, сэр. Милорд просил меня передать для вас.

По мере того, как он говорил, белки Джейми наливались кровью, а глаза вылезли из орбит, искажая его физиономию гримасой свирепости. Том, с беспокойством наблюдая за изменениями в лице гостя, задним ходом постепенно пятился к двери, и, в результате, последняя фраза из его перехваченного спазмом горла, прозвучала совсем тихо.

– ПШШШОЛ ВОН! – проревел, наконец, потерявший всякий контроль шотландец, мгновенно превращаясь в яростного берсерка и снося на своем пути всяческие препятствия рыком осатаневшего льва, чей трубный глас разносится по саванне на много миль. – Убирайся от меня, дьявол тебя разрази, со своим чертовым милордом, и оставьте меня, наконец, в покое!

Дверь за исчезнувшим камердинером мягко и быстро закрылась. Джейми минуту смотрел ему вслед, тяжело дыша и медленно приходя в себя после нелепой вспышки гнева. Н-да-а… Вот же дьявол! Но тут он с крайним удивлением увидел, как дверь опять отворяется и серьезная, хотя и совсем мальчишеская физиономия Тома, просовывается в приоткрытую щель.

– Я мог бы помочь вам, милорд, если пожелаете, с вашими... хм-м... проблемами. Я умею, не беспокойтесь.

Ответом ему был смачно врезавшийся в дверь кувшин из-под воды. Благо он был железный и не рассыпался от удара на мелкие кусочки. Но Том уже успел предусмотрительно захлопнуть тяжелую створку,  на которой тут же осталась основательная вмятина.

Давая выход гневу, Джейми изо всех сил пнул босой ногой тяжелый медный таз, попавшийся на дороге. Таз гулко звякнул об стену, отлетев в дальний угол комнаты, а виновник его полета схватился за ушибленную ступню и запрыгал на одной ноге, трезвея от боли.

«АААА!! Да будь оно все проклято!» – в порыве неутолимой ярости он схватил табурет, на котором лежали мыльные принадлежности, тут же разлетевшиеся в разные стороны, и разбил его обо все, что попалось под руку. Больше всего досталось ванне и столбику кровати.

Потом, слегка выдохнувшись, он плюхнулся на матрац, с жалостной гримасой растирая ноющую ногу. Клэр неодобрительно качала головой, и он посмотрел на нее виновато. Ну да, согласен, парень тут ни при чем, он искренне хотел помочь. Раздражение потихоньку отпустило вместе с силами, которые совсем оставили его, и он откинулся навзничь, с наслаждением вытягиваясь на безупречно чистой и бесконечно мягкой кровати. Забытое ощущение. Боже мой, какое забытое ощущение, внезапно вызвавшее в его душе шквал нежелательных эмоций!

Дверь, скрипнув, опять чуть-чуть приоткрылась, и, приподняв тяжелую голову, Джейми потрясенно и, даже, с некоторым восхищением увидел, как рука камердинера осторожно пропихнула в щель поднос со льдом и лечебными снадобьями, но, черт его раздери, если он смог бы сейчас пошевелиться, чтобы встать.

– Эй, Том! Будь добр, принеси еще чего-нибудь... выпить! – только и смог крикнуть он.

Ну что, в конце-то концов, должна же быть хоть какая-то польза изо всей этой дурацкой ситуации. Грех не воспользоваться!

– Конечно, милорд! – радостно донеслось из-за дубовой двери. – Один момент, милорд! Уже несу!

Джейми уронил голову на свежие душистые простыни и в изнеможении закрыл глаза. Чертов мир мягко кружился...