Страница 18 из 69
Глава 10
Анастасия:
Два месяца пролетели с тех пор, как я стала женщиной Ярослава. Теперь я могла чаще оставаться у него, не терзаясь сомнениями в правильности происходящего. С его родителями познакомиться так и не довелось. Когда они внезапно нагрянули, я лежала дома, с высокой температурой. Мама и Валя, словно ангелы-хранители, неотлучно ухаживали за мной, а подруги, поддерживали морально, созваниваясь каждый день по видеосвязи. Даже Князев справлялся о моем здоровье. Их забота согревала душу.
Выписавшись из больницы, я пригласила всех одноклассников, кто проявлял обо мне беспокойство и присылал домашние задания, в уютное кафе.
— Нам тебя ужасно не хватало, — с грустью проговорила Олеся, рассеянно ковыряя вилкой свой десерт.
— Да, правда. И Князев ходил все время как в воду опущенный, — шепнула Марина про Руслана, надеясь, что остальные не услышат. Сам же Рус как раз отлучился в уборную.
— Почему ты решила, что это как-то связано со мной? — тихо спросила я в ответ.
— Ой, да только слепой не видит, как он тебя взглядом пожирает, — усмехнулась Маринка. — Кстати, поговаривают, что он бросил Карину. Я тоже заметила, что он все время проводит с дружками.
Князев вернулся из уборной, бросил на нас мимолетный взгляд, сел на свое место и погрузился в экран телефона.
В этот момент зазвонил мой телефон.
— Алло.
— Здравствуйте, ваша мама попала в аварию и находится в больнице… — я замерла, слушая бесстрастный голос женщины на другом конце провода, судорожно пытаясь запомнить адрес больницы.
Как только я закончила говорить, все взгляды устремились на меня. Я, наверное, была белее мела. Первым опомнился Князев.
— Что случилось? — он мгновенно оказался рядом.
— Мама в больнице… в тяжелом состоянии, — пролепетала я дрожащим голосом. Он обнял меня, достал из кармана крупную купюру, бросил ее на стол, подхватил меня на руки и усадил в машину. Спросив адрес, он приказал водителю ехать как можно быстрее.
Всю дорогу он не выпускал меня из объятий, тихо успокаивая. Я всхлипывала, уткнувшись в его плечо.
В больнице долго не могли найти данные о моей маме, а потом девушка за стойкой регистрации, с выражением глубокого сочувствия в глазах, сообщила, что мама скончалась в реанимации…
Мир рухнул, боль утраты пронзила меня. Я не могла поверить, что мамы больше нет. Как же Валя? Как я теперь буду без нее? Князев держал меня крепко, чувствуя, как содрогается мое тело от рыданий. Он что-то говорил, но слова не доходили до моего сознания, тонули в гуле отчаяния. Казалось, прошла вечность, прежде чем я смогла хоть что-то соображать. Руслан не отходил от меня ни на шаг, организовал все необходимые формальности, позвонил Вале и даже вызвонил Валентина Ивановича сына мамы. Когда приехала сестра, я разрыдалась с новой силой, увидев ее растерянный и испуганный взгляд. Валя обняла меня и, несмотря на свой юный возраст, держалась на удивление стойко, словно понимала, что сейчас именно она должна быть моей опорой...
Похороны прошли как в тумане. Я видела лица одноклассников, подруг, но не чувствовала их сочувствия, не слышала слов поддержки. Ярослава не было, его проект утвердили и он на длительное время уехал в командировку. В тот момент меня это не волновало. Я была погружена в пучину горя и не замечала ничего вокруг. Вечером, когда похороны остались позади, словно дурной сон, я невольно стала свидетельницей разговора Валентина Ивановича с женой. Их слова, как осколки стекла, ранили слух.
— Я тебе говорю, они здесь чужие! Гнать их надо, пока не поздно, пока не решили, что им тут что-то принадлежит! Наследства захотят, квартиру оттяпают, вот увидишь! — шипела жена Валентина Ивановича, в голосе её клокотала злоба.
— Ну как я их выгоню? Ты подумай сама! Они же дети совсем, пусть живут пока, — робко возразил он.
— О дочери своей подумай! Ей скоро в институт, в престижный! Где ты деньги возьмешь? – не унималась она. — Так что решай: или ты сам их вышвыриваешь, или я! — отрезала она, словно сталью.
Больше я не могла слушать. С трудом взяв себя в руки, я пересказала услышанное Вале. Мы решили, что оставаться здесь больше нельзя. Я набрала номер Ярослава, самого близкого мне человека, и, дрожащим голосом, объяснила ситуацию. Он, не раздумывая, предложил нам с Валей пожить у него. Валя сразу согласилась, а у меня просто не было сил спорить. Впереди простиралась непроглядная тьма неизвестности, жизнь без мамы, и я боялась, что мне не хватит сил выдержать это. Но я знала одно: ради Вали я должна быть сильной.
Сборы были стремительными и безмолвными. Мы упаковали самые необходимые вещи в старые мамины чемоданы, стараясь не шуметь, чтобы не привлекать внимания злобной тётки. Валя, как маленький испуганный зверёк, жалась ко мне. В её глазах плескался такой вселенский страх, что сердце моё разрывалось от боли.
Ярослав прислал за нами такси. Водитель молча погрузил чемоданы в багажник, и мы, словно воры, покинули дом, ставший вдруг таким чужим и враждебным. Всю дорогу до квартиры Ярослава мы ехали молча. Валя дремала, привалившись ко мне, а я смотрела в окно на мелькающие огни города, пытаясь осознать, что моя жизнь перевернулась с ног на голову.
Квартира Ярослава встретила нас тишиной, на столе стояла ваза с фруктами.
Валя немного оживилась, рассматривая развешанные на стенах фотографии Ярослава, его дипломы и награды. Она, казалось, забыла о своём горе, увлеченно рассказывая мне о его школьных достижениях и победах в олимпиадах. В этот момент я поняла, что у нас есть, за что бороться, ради кого жить.
Мы остались в квартире Ярослава. Он звонил почти каждый день, интересовался нашими делами, подбадривал и успокаивал. Его поддержка была для нас спасительным кругом в бушующем океане горя и неопределенности. Я стараюсь погрузиться в учёбу скоро выпускные экзамены, Валя ходит в школу. Жизнь постепенно налаживается, хотя боль утраты никогда не покидала наши сердца. Но мы знали, что вместе мы справимся со всем.
Однажды, щелкнув ключом в замке, в квартиру вошла женщина, смутно напоминавшая Ярослава. Ухоженная, с точеной фигурой, которую подчеркивало безупречно сидящее платье, она источала ауру дорогой красоты, говорящую о немалых усилиях и средствах, вложенных во внешность.
С хозяйским видом окинув взглядом прихожую, она застала нас с Валей в гостиной. Изогнув тонкую бровь, брезгливо процедила:
— А вы еще кто такие?