Страница 34 из 62
— Это правда? – круглолицый повернулся к Эльзе. – То, что она рассказала, – правда?
Та молчала, опустив голову.
— Значит, не хотим говорить.. – круглолицый вздохнул. – Придется подключить Ахмета!
Бородач выступил вперед, его маленькие глазки вспыхнули мрачным огнем, в руках появился огромный нож с длинным широким лезвием вроде мясницкого.
— Ну что, – круглолицый склонился над Эльзой, – будешь говорить со мной или отдать тебя Ахмету?
Эльза испуганно взглянула на бородача, потом перевела взгляд на круглолицего, облизнула губы.
— Итак, что вы знаете о снегире? – повторил мужчина.
— Я правда не знаю, о чем вы говорите!
— Значит, предпочитаете иметь дело с Ахметом.. ну, приступай! – он повернулся к бородачу, тот подошел к Эльзе, прикоснулся к ее шее кончиком ножа, провел по коже, словно примериваясь.
Эльза задрожала всем телом и вскрикнула:
— Не надо! Пожалуйста, не надо! Если бы я знала, о чем вы спрашиваете, я бы все сказала! Но я ничего не знаю!
— Не знаешь? – процедил мужчина, внимательно вглядываясь в ее лицо. – Не верю! Если ты ничего не знаешь о снегире, то что ты делала в том офисе?
— Это.. это.. – Эльза закашлялась, словно подавившись словами, и снова замолчала.
— До чего же упорная! – в голосе круглолицего прозвучало невольное уважение. – Что же с тобой делать? Если и правда отдать тебя Ахмету – нет гарантии, что ты заговоришь, а после его методов ты уже будешь отработанным материалом.. вот что, – он потер руки, как будто пришел к какому-то трудному решению. – Мы – люди современные, цивилизованные, зачем это средневековье – пытки и все такое, когда существуют современные препараты, которые в два счета развязывают язык самым упрямым? Ахмет, давай сыворотку!
Молчаливый бородач ушел в тот конец комнаты, который мне не был виден, и тут же вернулся с металлическим подносом, на котором лежали два шприца и несколько ампул.
— Не беспокойтесь, дамы, – круглолицый потер руки. – Шприцы у нас одноразовые, так что никакой инфекции я вам не занесу, а уж как эта сыворотка повлияет на ваш рассудок.. за это я ответственности не несу, нужно было отвечать на вопросы! Бывает, что от этой сыворотки человек превращается в растение, хотя, случается, и нет. У меня слишком маленький опыт по этой части, статистика еще не накоплена. Ну, приступим..
— Не надо! – вскрикнула Эльза.
Круглолицый не обращал на нее внимания. Как и на меня, впрочем. Он отломил кончик ампулы, наполнил один из шприцев. Ахмет подошел к Эльзе, сжал ее руку, закатал рукав. Круглолицый вонзил иглу под кожу, сделал инъекцию. Эльза резко побледнела, закусила губу. Я следила за происходящим как завороженная.
Закончив с Эльзой, круглолицый повернулся ко мне и усмехнулся:
— А ты, племянница, не думай, что отсидишься. Сейчас ты посмотришь, как действует на людей эта сыворотка, а потом мы с тобой тоже поговорим. И я посмотрю, умеешь ли ты говорить о чем-нибудь, кроме голубцов!
Эльза тем временем порозовела, глаза ее потемнели от расширившихся зрачков, на лбу выступила испарина.
— Я смотрю, сыворотка начала действовать! – оживился круглолицый. – Ну что ж, начнем, мадам! Как вас зовут? Только на самом деле, псевдонимы мне не нужны!
— Эльза, – равнодушным тоном ответила женщина, – это мое настоящее имя. Мои родители были из поволжских немцев. Девичья моя фамилия Пройслер, но я рано вышла замуж и взяла фамилию мужа – Мартынова, так что теперь я Эльза Мартынова..
— Хорошо, больше не надо! Теперь посмотрим, насколько вы правдивы. Сколько вам лет?
Эльза на мгновение замешкалась, но затем проговорила резко и отрывисто, словно слова сами вырвались изо рта:
— Сорок один.. но через месяц будет уже сорок два.
— Очень хорошо. А теперь перейдем к делу, к тому, что меня на самом деле интересует. Что вы знаете о снегире?
— Снегирь – такая птичка, – выпалила Эльза не задумываясь. – Прилетает зимой, грудка красная.. – Вдруг она запрокинула голову и запела: – За окошком снегири греют куст рябиновый..
— Заткнись! – взвыл круглолицый. – Замолчи сейчас же!
— Вы спросили.. – тусклым голосом проговорила Эльза.
— Я тебя спросил не об этом.. – он мрачно взглянул на женщину и продолжил: – Что вы делали в том офисе?
Эльза побледнела, вжалась в кресло и заговорила совсем другим, взволнованным и вибрирующим голосом:
— Мне приказал Учитель. Он приказал мне принести то, что ему очень нужно, то, что он искал сотни лет. Я послушно исполняю волю Учителя..
— Что за бред? – переспросил круглолицый. – Какой еще Учитель? Какие сотни лет?
— Учитель будет недоволен.. – забормотала женщина. – Учитель покарает вас..
— Ох, как я испугался! – хмыкнул мужчина. – Прямо поджилки задрожали! Еще раз спрашиваю: кто такой Учитель?
— Учитель – это.. – Эльза хотела сказать еще что-то, но губы ее затряслись, по подбородку потекла ниточка слюны, глаза потухли, в них проступило бессмысленное сонное выражение, и все лицо оплыло, как подтаявшая свеча.
— Черт, – выдохнул круглолицый, – как неудачно! Сыворотка подействовала слишком быстро, теперь от нее нет никакого прока..
Он повернулся ко мне и проговорил резким, раздраженным тоном:
— Видишь, что бывает с теми, кто чересчур упирается? Сейчас я займусь тобой. Может быть, ты предпочитаешь сохранить рассудок и сама расскажешь все, что знаешь?
— Да я правда ничего не знаю.. – ответила я искренне. – Только, боюсь, вы мне не поверите..
— Правильно боишься! – подтвердил круглолицый. – Я тебе не верю! Придется попробовать на тебе сыворотку правды!
В это время за его спиной бесшумно приоткрылась дверь, которую я раньше не замечала. В комнату вошел пожилой человек, одетый со старомодной тщательностью и, пожалуй, даже с изяществом. На нем было черное кашемировое пальто, шелковый шарф. Но самым заметным, самым важным в его облике были глаза – темные, выразительные, завораживающие. Я почувствовала, что эти глаза затягивают меня, как два бездонных колодца.. у меня больше не было своей воли, своих мыслей – я готова была делать все, что он прикажет мне.
Пожилой человек отвел глаза, и ко мне снова вернулась способность рассуждать.
Во-первых, я вспомнила, где видела этого человека: мы встречались в доме-музее писателя Скабичевского..
Затем я удивленно перевела взгляд на своих мучителей.
Круглолицый стоял спиной к пожилому незнакомцу и еще не видел его, но Ахмет.. Ахмет стоял к нему лицом, но ничего не делал, ничего не говорил. Он застыл, как каменное изваяние, на его лице было странное выражение растерянности и удивления.
— Ахмет, шприц! – приказал круглолицый.
Ахмет не шелохнулся.
Шеф удивленно повернулся к нему и тут заметил, что в комнате появился пожилой незнакомец.
— А это еще кто? – он потянулся к пистолету, но загадочный человек погрозил ему пальцем и негромким, густым, завораживающим голосом проговорил:
— Раз-два, раз-два, тяжелеет голова.. три-четыре, три-четыре, веки стали словно гири..
— Что за черт.. – протянул круглолицый вялым, полусонным голосом. – Кто ты такой..
В руке у старика возникли золотые часы на цепочке. Часы медленно, ритмично раскачивались, и круглолицый человек послушно следил за ними взглядом.
— Пять-шесть, пять-шесть, лучше будет вам присесть.. – продолжил старик свою считалку, и круглолицый послушно опустился на пол, привалившись спиной к ножке стола.