Прятки с тенью

— Очень странно.. – протянула я. – И что, интересно, им здесь понадобилось? Сам знаешь, брать у меня нечего.

— Я-то знаю, – возразил Федор. – А они могли не знать. Может, они обходят такие полузаброшенные дома и ищут – не оставили ли хозяева что-нибудь ценное.

— Ну, не знаю.. – я спустила ноги с кушетки, попыталась встать. Голова, правда, кружилась, но в общем я чувствовала себя лучше, чем можно было ожидать.

— Ты лежи! – переполошился Федор. – Вроде бы ты легко отделалась, но отдохнуть все равно надо. Я тебе сейчас чаю принесу.. чай тебе сейчас точно не повредит..

Он вышел из комнаты, а я огляделась и задумалась.

Может быть, мне действительно привиделась вся эта таинственная сцена – люди в комбинезонах, драка, выстрел из пистолета с глушителем? Уж больно это похоже на сцену из какого-нибудь примитивного американского триллера..

С другой стороны, вот же – бок печки разломан, дыра зияет, тайник открыт..

Я встала, чтобы посмотреть поближе, подошла к печке, внимательно пригляделась.

И тут увидела в стене рядом с печкой аккуратную круглую дырочку с опаленными краями. Из чистого любопытства я нашла гвоздь и пошуровала им в этой дырочке.

И выковыряла из нее смятую, деформированную пулю.

Значит, ничего мне не привиделось. Была эта странная потасовка в темноте, были эти люди с пятнами вместо лиц и выстрел из пистолета с глушителем..

Что вообще происходит? Ко всем моим неприятностям не хватало еще мне криминальных разборок!

В голове назойливо звенели сотни комаров, как будто я в июне месяце нахожусь вечером возле озера. И сквозь эту музыку пробивалась одна здравая мысль: все это неспроста. Никакие это не грабители, станут они являться в черных комбинезонах с фонариками и стрелять из пистолета. Эти люди пробрались ко мне в комнату с определенной целью. Им было нужно что-то конкретное.

Я потрясла головой и сообразила, что именно. Ведь они пытались открыть тайник в печке. У меня это получилось совершенно случайно, а у них – нет, тогда тот мужик просто расковырял кирпичи, изразцы, между прочим, разбил, вон осколки валяются. В общем, тайник они открыли, нашли там пустую коробку из-под леденцов и очень расстроились. Хотели меня допросить с пристрастием. И судя по тому, как больно они меня связали, допрос был бы очень качественный. Серьезные люди эти двое, особенно женщина.

Тут я сообразила, что та тетка в пальто с большим песцом, что приходила ко мне вчера, имеет к произошедшему самое прямое отношение. Тех было двое и этих двое. Вчера они думали прийти нахально, но тут Федя вовремя вмешался с топором.

Вот, кстати, насчет Феди. Где он, интересно, шлялся, когда эти двое в квартиру вошли? То дома сидит как сыч, из комнаты не выходит, то его днем с огнем не сыщешь! Ведь шум какой эти двое устроили, когда печку ломали! И потом, когда дрались.. Если бы он дома был, непременно услышал!

Так или иначе, этим двоим не дали меня допросить. Вмешался кто-то незнакомый и выгнал их из квартиры. Почему же этот герой не вырубил их и не вызвал полицию? Ну мало ли какие могут быть у человека причины не поднимать шума. Тем более я сама здесь на птичьих правах, ни к чему мне внимание полиции..

Еще вопрос: что же эти двое так упорно ищут? В коробке из-под леденцов я обнаружила только старую тетрадку с записями. Не скрою, читать их было интересно, прямо как роман исторический, но ни за что не поверю, что из-за этой тетрадки такой сыр-бор! Значит, в тайнике было что-то ценное. Но теперь его там нет, мало ли кто мог взять, прошло-то лет сто, не меньше. Но эти двое ни за что не поверят, что я ничего не знаю. Вот навязались на мою голову!

Кстати, я вспомнила и ту тетку, которая подошла ко мне в кафе и представилась старой подругой моей матери. Я поймала ее на вранье и не поехала с ней. Но что ей на самом деле было от меня нужно? Хотела куда-то заманить? Не была ли она тоже связана с той подозрительной парочкой? Может быть, она хотела где-то меня продержать, чтобы у тех двоих было время порыться в моей комнате?

Мои безрадостные мысли были прерваны приходом Феди. Он открыл дверь ногой, потому что руки были заняты большой разделочной доской. На ней, как на подносе, стояли чашка с чаем, пакет овсяного печенья и – на бумажной салфетке! – большое красное яблоко.

— Кушать подано! – возвестил Федя голосом заправского мажордома. Или камердинера, не знаю, чем они различаются.

— Феденька! – умилилась я. – Что бы я без тебя делала! Просто не представляю!

После чая в голове перестали роиться комары и мошки. Федя был настолько любезен, что помог мне прибраться в комнате и ушел наконец к себе.

Утром я спала долго, никто меня не тревожил. Во сне показалось, что звонит мобильник, я вскочила резко, так что голова отозвалась чугунной болью. Мобильник не звонил, никому не было до меня никакого дела. К тому же кончились на нем деньги, нужно было срочно заплатить хоть сколько-нибудь, потому что без связи я остаться не могла, Вася будет звонить, раз обещал.

Выйдя на улицу, я опасливо поглядела по сторонам. Никто за мной не бросался, никто меня не преследовал. Сегодня дул резкий, пронизывающий ветер, и руки без перчаток сразу замерзли. Делать нечего, придется ехать в то самое кафе искать перчатки. Маловероятно, что найду, но попробовать стоит.

Снова ехала я в несусветную даль сначала на метро, потом на набитом автобусе. Кафе было открыто, и давешняя девица все так же скучала за стойкой.

— О, привет! – она обрадовалась мне, как родной, и вытащила откуда-то снизу мой пакет.

— Вот уж спасибо! – с чувством поблагодарила я. – У меня и так все плохо, так эта мелкая пакость просто из колеи выбила! Знаешь, как это бывает..

Неудобно было сразу сбежать, получив свое, так что я заказала кофе и сухое пирожное. Тут в кафе вошли две девчонки. Пока они долго и с предвкушением выбирали мороженое, я отошла к дальнему столику.

Пирожное вкусом напоминало сухую штукатурку, зато кофе был отличный.

Я посидела немного за столиком. Не хотелось уходить так сразу, теперь кафе не казалось мне таким ужасным.

Я предусмотрительно убрала перчатки в карман и от нечего делать пролистала тетрадку. Зря я, наверно, таскаю ее с собой, бумага старая, пожелтевшая, переплет потрепанный, кажется, что тетрадка сейчас распадется на отдельные листочки. Еще бы, много лет лежала себе в тайнике, в тишине и покое, а тут сырость, дневной свет, механические воздействия..

Вот уже обложка отваливается. Я развернула тетрадку и заглянула под обложку. Показалось, что там что-то есть.

Я осторожно потрясла тетрадку, и из-под ее обложки выпал картонный прямоугольник.

Это была самая обыкновенная открытка.

То есть, конечно, не самая обыкновенная, не такая, какие дарят сейчас на дни рождения, на Восьмое марта, День святого Валентина и прочие популярные праздники – со всякими уморительными щенками в очках, котятами в чепчиках и прочей белибердой, и не такая, какие лежали в комоде у моей мамы – с букетами ландышей или гвоздик или с видами кремлевских башен.

Нет, эта открытка была старинная, дореволюционная, и на ней была изображена молодая дама в пудреном паричке и роскошном платье с кринолином из переливчатого бледно-голубого шелка, расшитого блестящими камушками.

На шее у этой дамы было поразительное ожерелье, сверкающее множеством бриллиантов, посредине красовался овальный камень необыкновенной величины. В общем, красота немыслимая, принцесса из сказки.