Страница 2180 из 2296
Чем все это я делала? Ножом. Ааа??? Я же не сказала, что выходя в подобных случаях из дому, у меня всегда в камуфляже есть всё, что и положено — от ножа в набедернных ножнах, тем более у меня их при себе всегда три. Привычка такая. Один — большой тесак, типа нашей охоты или амеровского Ka-Bar, вот этот, что и сейчас при мне. Второй — мультитул со всякими-всякими инструментами. И ещё третий, но вот он более приземленный — это была китайская реплика со старого советского набора, там где нож, ложка и вилка, со всеми остальными прибамбасами.
Потратив на всё про всё примерно с полчаса, получила в этом мире первое творение, сделанное своими руками. Пока разогревалась обеденная порция из ИРП-а, я раздумывала о будущем. Понимая, что не обследовав полученную в свое личное владение территорию, я так и буду метаться между плитой на берегу, этим местом у воды, и ещё даже ненайденным укрытием, где мне придется ночевать. Раздумывала — с чего же мне начать все эти дела? В то время я даже и не осознавала окончательно — что я точняк попала. И попала конкретно. Не знала — куда? Судя по погоде — это была примерная широта нашего Крыма. Возможно — Средиземноморье. Что вполне возможно, придётся провести всю жизнь тут одной — в роли женского Робинзона. Правда, вот только разбитого парусника вблизи берега не наблюдалось, даже когда я была на верхушке холма. В обозримом окружении –тишь и благодать. Ни единого громкого звука, типа рычания крупного животного или человеческих криков, не было слышно. Только тихий шелест волн на берегу, что еле-еле доносился сюда, и пение птиц, которые оккупировали многие кусты и деревья, лакомясь их плодами.
Пока то да сё, и программа начерно выкристаллизовалась. Насытившись — пошарила по окрестностям, нашла гроздь бананов, что уже были настолько спелыми и жёлтыми, и пока донесла их до стола, они уже начали открывать свою оболочку. Закусив обед такой шикарной то ли ягодой, то ли фруктой, отнесла отходы как можно дальше от этого места, и найдя небольшой овражек, всю органику туда и сбросила. Потом вымыла в ручейке мордашку, и отправилась на поиски неизведанного, правда предварительно подняв свои вещи на нижние ветки ближайшего дерева, но не пальмы или кипариса. На тех закрепить что-либо тяжёлое было практически невозможно.
— Ну и что полезное ты в тот раз выходила?
— Ага! Так тебе и расскажи. Кстати — я своей болтовней тебя от собственных, и, вероятно, важных проблем, судя по тому, как свободно общаешься со своим далёким руководством, не отвлекаю? Ведь уже минут десять, как я тебя развлекаю своими россказнями?
— С чего бы это? Я очень внимательно выслушиваю историю попадания и не оскотивлевания и первого человека и сообщества, с кем сам лично общаюсь. Тем более этот человек и его сообщество вероятнее всего, вольно или невольно, но войдет в состав нашей Независимости.
— Нифига себе наглость! Не спрося, нас пытаются женить. О, как? А как это понимать — первого… с кем лично общаюсь?
— Спрашивать о вашем согласии или не согласии, поверь, ещё очень рано. Всему свое время. А как понимать? Очень даже просто. Обычно такого рада беседы проводит с претендентами наш Командир. Вот она, по всему видно, хотя я и знаю её с малых лет, наработала за прошедший месяц в этом столько опыта, что лично мне и не снилось.
— Хмык? Неужели у тебя, Иваныч, ваш Глава, или как ты на него сказал Командир — женщина?
— Да-да, но скорее всего — девушка. Она только чуть-чуть постарше тебя.
— И ты ей подчиняешься? Во всём?
— А чего тут такого? Она своим трудом, имиджем, настойчивостью, да и всем остальным — заработала такое право.
— И сколько же вас таких, во всем подчиняющихся бабе?
— Да скорее всего на этот момент наверное уже человек триста, тем более с мелочью. А что?
— Ну нихрена себе! И это вы всего за месяц столько нашли и уговорили к соединению с собой одиночек и малых групп? Как так?
— А у вас сколько людей?
— Ну вообще-то это и правда тайна. Но раз пошла такая пьянка… Семьдесят два человека. Но на головном острове, на Выборге, нас постоянно проживает всего лишь чуть больше сорока человек.
— А почему это так?
— Может быть я всё-таки закончу свой рассказ? Или ты так спешишь? А в нем, в свое время, и будет раскрыт секрет, почему у нас именно вот так, а не иначе.
— Блин блинский. Со всей широтой русской души я перед тобою извиняюсь. Продолжай — надеюсь, сильно надеюсь, что больше прерывать не буду.
— Ну так вот. Так как, с одной стороны горку свою я уже частично осмотрела, то разумно решила продолжить это дело по кругу, стараясь ни на что постороннее не отвлекаться. Но, как можно было сразу догадаться, этот мой вариант не прошел — незнакомого и интересного вокруг было столько, что лишь успевай крутить головой. Тут были и разные-разнообразные пальмы, и не поодиночке они росли, а целыми рощицами одного типа или сорта. Точно и правильно в этих деревянных терминах не разбираюсь — так как не садовод с дачником впридачу уж совершенно. Нашла и лимончики, дикие, маленькие, и кислые до ужаса. И на мандаринки в другом месте напоролась — но эти были сладенькими и приятными, несмотря на всё тот же мелкий размер. Видно все они были из породы дичек. Так они ж, вроде говорят, не деревья.
Вот так, топая по ровным местам, и перебираясь через овражки с редкими завалами сушняка, а то и обходя всяко-разные кустарники — и с разными там растущими ягодками, а то и колючие до ужаса. Как будто это обычная русская акация, но не привычная, южная деревянная, то есть высокая, а низенькая — кустиковая, кустовая. Раз в такую пакость с размаху влетела, хорошо что хоть не глубоко — но выбралась с огромным трудом, зато практически без потерь, если не считать за такие пару-тройку колючек, что застряли в штанах. И вот, пробираясь по кругу этой моей возвышенности — а я уже практически смирилась с тем, что судьба-жестянка забросила меня к хренам собачим неизвестно куда, и тем более с какой целью. Вдруг неожиданно вываливаюсь на продолговатую поляну — что, как впоследствии мы определили, была расположена практически на противоположной стороне холма, относительно ближнего берега моря. И вижу практически в её центре рубленую сараюшку, и буквально сразу же определяю, как говорится — на глаз, что она тут стоит буквально несколько дней или же недель.
С чего я сделала такой вывод? Не догадываешься?
— Я те чё? Следак? Или детектив какой?
— Ндааа??? Это же элементарно, Ватсон! Ведь брёвна, из которых её там собрали — беленькие, только-только вышедшие из калибровочного станка.