Страница 5 из 21
– А ты, оказывается, шутник. Что за неотложное дело?
– Твоя мама должна потерять симку и все контакты своего телефона. Срочно. Вам некоторое время нельзя общаться вообще, потом я что-нибудь придумаю.
– Что? Ты что, серьёзно? С какой стати ты распоряжаешься телефоном моей мамы?
– Вспомни фразу, которую ты ей сказал три часа назад: «Если папа говорит, что тебе не нужно мне звонить, ты не звони». Почему ты сказал эту фразу?
Экран ноутбука поплыл у Стаса перед глазами, а в ушах зазвенел непрерывный зуммер.
– Эд-д-ди… – руки Стаса дрожали, – т-т-ты кто?
Несколько секунд он массировал виски.
– Ты следишь за мной? Ты контролируешь мои мысли?
– Да, – согласился экран. – Контролирую. В твоих интересах, между прочим, и в интересах твоих родителей.
– И почему нам не надо общаться?
– Любые контакты твоего отца и его близких при той работе, которой он занимается…
– Да откуда ты знаешь про его работу! Даже я про неё ничего толком не знаю!
– И это счастье для тебя и для него. Потому что если бы ты о ней хоть что-нибудь знал, у тебя давно была бы уже гораздо менее приятная компания для общения, чем я. Станислав! Вдохни и выдохни. Всё под контролем.
– Может, и мне тоже сменить телефон? – попытался пошутить Стас.
– Не исключено.
После этой фразы все строчки их разговора стёрлись.
– Гена, у меня беда. Я потеряла сим-карту.
– Как – потеряла? Ты доставала её из телефона?
– Доставала, – кивнула Татьяна. – Представляешь, я сегодня хотела послать тебе сообщение, а он мне пишет: «Вставьте сим-карту». Я подумала, может, там контакт нарушился, достала её, а она, как лягушка, куда-то прыг у меня из пальцев… Я полчаса ползала на четвереньках по тротуару… Она как сквозь землю провалилась.
– А я-то думаю, что это у тебя глазки такие опухшие. Плакала?
– Да я не плакала! Я ревела как белуга! Там же все номера телефонов – бывших коллег, подруг… Стаса. Теперь искать, где здесь симку можно восстановить…
– Как это ни печально, но тебе ведь эти телефоны долго ещё будут не нужны… А симка, конечно, нужна. Но только с новым номером. Я попрошу своего знакомого, он на себя оформит.
– Зачем просить знакомого? Симку я и сама смогу оформить. И зачем с новым? Гена, не усложняй, я и так уже вся на нервах… И потом, на новой симке не будет моих контактов!
– Таня, ты меня совсем не слышишь. Ты же помнишь, я тебя просил не звонить никому со своего телефона? Может, лучше было его просто выкинуть – от соблазна… Или ты уже звонила?
В этот момент они посмотрели друг другу в глаза. Гена вопросительно, а Таня с испугом. У Тани на глаза навернулись слёзы.
– Да, Гена, я звонила вчера Стасу. Это что, преступление – позвонить сыну?
– Нет, конечно, не преступление. Просто ты не чувствуешь серьёзности ситуации. – Геннадий задумчиво смотрел на жену. – Вчера ты нечаянно позвонила Стасу, а сегодня у тебя случайно потерялась сим-карта. Вот скажи мне как лингвист и литературовед, как правильнее сказать: случайная неслучайность или наоборот? Неслучайная случайность?
– Да какая разница! Ты что, связываешь эти два события? Мой звонок Стасу и потерю симки? Это же бред!
– Пусть это кажется бредом. Но только я знаю, что ничего случайного в этом мире не может быть…
– Ещё произнеси фразу «всё происходит по воле Божьей». Из уст учёного-физика она прозвучит очень прикольно!
– Согласен, не буду произносить. Но звонить со старого номера тебе больше не надо.
Море всегда разное. Можно каждый час фотографировать морские и прибрежные пейзажи, и эти фотографии не будут одинаковыми.
Море может вызывать разные эмоции, от восхищения до страха. Но относиться к этой стихии без уважения – по крайней мере, легкомысленно.
Стас снова любовался морем. Прибрежными скалами и холмами, сменой красок на освещённых предгорьях – от яркой золотистой охры до глубокой терракотовой, красно-коричневой. И тенями между нагромождённых камней: тени могли быть фиолетовыми днём и изумрудно-зелёными на закате солнца. Бесконечно накатывающиеся разноцветные волны, как будто пытающиеся сдвинуть камни с места, а среди гальки что-то найти. Стасу нравилось, что он снова мог сказать «я любуюсь водой» вместо «боюсь». А вот интересно, почему? Мистер Эдоу вылечил его, как и обещал?
Если бы он сейчас пришёл в галерею, то наслаждался бы холстом «Среди волн», а не боялся утонуть в нём. Но он не мог пойти в галерею – смотрительница залов наверняка его узнает и будет ходить за ним по пятам. Ну и главное: из тех денег, что были в его распоряжении, до нового поступления он не мог выделить на что-то, кроме еды, ни рубля.
Вадим вчера сказал, что их заказчик, для которого они выполнили несколько строительных работ и который обещал загрузить их чуть ли не на год, сначала перестал отвечать на звонки, а теперь вообще их сбрасывает.
– Давай я одолжу тебе тысяч пять, – предложил Вадим. – Ты же знаешь, у меня есть приработок, переводы…
– Заманчиво, конечно, – ответил Стас. – А как я буду отдавать? Ты же с меня ещё и проценты возьмёшь!
– Само собой! По банке пива на каждую тысячу. Ну? Берёшь?
– Нет. Как говорил Остап Бендер, пока не начнётся цинга…
На фоне безденежья даже прекращение отношений с Мариной отошло на второй план. Нельзя сказать, чтобы в этих отношениях когда-то присутствовала влюблённость – как с его стороны, так и с её. Нарушение привычного уклада жизни, конечно, расстраивало. Опять же, гормоны бродили по организму… Это можно потерпеть, но как долго? Сейчас даже пытаться заводить новое знакомство было просто не на что – ни в кино пригласить, ни мороженого или цветов купить.
Уже с час Стас лазил по прибрежным пригоркам, где по камням, где по тропинкам, и без всякой цели то и дело фотографировал понравившиеся пейзажи.
Он смотрел на бухту и понимал, что видит именно ту картинку, что в буклете с приглашением присылать фотографии. Пирс и совсем новый, недавно, видимо, прибывший «Морской охотник». Стас не удержался, навёл на него объектив смартфона, приблизил кадр. Было далеко, изображение получилось бы слишком мелким.