Страница 10 из 21
Хорошо, что Стас предусмотрительно запихал флешку между стеблями роз. Сейчас он заставил себя наконец поднять взгляд. Ярко, но со вкусом накрашенное миловидное лицо… Девица, посмотрев ему в глаза, выхватила из его рук букет и бросила на правое сиденье.
– Мне кажется, я тебя где-то видела. Ты, случайно, не Маринкин хахаль? Передавай ей привет.
Дверца машины захлопнулась, двигатель с турбонаддувом взревел и сорвал авдотью с места.
– Погоди! От кого? – Стас адресовал вопрос удаляющимся огням машины.
Он уже вполголоса пробормотал: «А деньги?» – и в этот момент обернулся. Детина в свитере взглядом показывал ему: на тротуаре валялась пятитысячная купюра. Теперь он смотрел на Стаса с явным уважением.
—Что мы имеем?– вопрошал Иван Иванович.– Красная «ауди-80» 1988 года рождения. Хозяин – владелец СТО[7] на улице Денисова. Как раз вчера он праздновал пятидесятилетний юбилей, и цветы предназначались ему. Валентина Шпакова двадцати восьми лет от роду, которая была за рулём машины, – его сожительница. Круг подозреваемых может быть достаточно большим, но в первую очередь это работники СТО. Авдотья постоянно паркуется там как в гараже. Работников пять человек, Валя для них своя в доску, они вместе не первый год увлекаются дрифтингом… Вот, пока всё.
Через два дня вечером Стас, разогревая ужин, услышал гудок телефона – пришло сообщение: «Загляни в почтовый ящик».
Первым желанием было вскрыть этот обычный почтовый конверт, на котором, однако, не было никаких надписей, вообще никаких. В последний момент, почти физически ощутив сопротивление в пальцах рук, Стас остановился. Отыскал пустой целлофановый пакет из продмага, положил в него находку.
– На конверте нет отпечатков пальцев, кроме твоих, Стас. Купюры – десять штук по пять тысяч – вообще только что напечатаны. Кстати, как и та, что ты подобрал на тротуаре возле бара. Сообщения на твой последний новый номер приходили… из Турции. Причём каждый раз с другого номера. Это всё подтверждает простую мысль: они – и это необязательно турки, а даже, скорее всего, не турки – не хотят оставлять следы, потому что это всё для них крайне важно. Честно говоря, я их понимаю. И так они в попе. И всё, что они могут, – разузнать о наших новых разработках, это очень нужный им шанс…
– Валерий Александрович, мне сегодня мысль приснилась. Почему бы мне на гонорар за фотографии не купить машину?
– И что же ты хочешь купить за пятьдесят тысяч, Стас? Самокат?
– Примерно столько или чуть больше стоит «немка», та же авдотья или мерс выпуска конца восьмидесятых. И ей прямая дорога сразу на СТО, где я и познакомлюсь сразу со всеми подозреваемыми.
– Не так уж глупо, как кажется на первый взгляд, – одобрил Иван Иванович. Они как раз вошли в кабинет каплейта с Петром Петровичем. – Эти машины при надлежащем досмотре ещё полста лет проходят, в отличие от тех, что выпущены в двухтысячных. Теперь ресурс машин до пяти лет не дотягивает. Наш «пассат» уже весь ржавый.
– У меня как раз есть знакомый, который такие машины пригоняет, – добавил и Пётр Петрович.
– Уговорили! – Рокотов поднял руки вверх. – Не поймаешь шпионов-бандитов, так хоть покатаешься…
Спустя три дня они все вместе рассматривали фотографии работников СТО.
– А вот этот молоденький пацан – он кто? Он же не в их команде.
– Он младший брат вот этого, Гриши. Постоянно крутится в мастерской. Не в последнюю очередь потому, что по-детски влюблён в Валю…
– Погоди-ка, – сказал Иван Иванович. – Не он ли заходил в твой подъезд как раз перед тем, как ты достал из почтового ящика конверт с деньгами? Помнишь, мы пацана с камеры срисовали?
– И ещё его миниатюрный силуэт больше всего похож на пассажира в том «пассате»-такси, что за тобой следил.
– Мы, получается, вычислили курьера, – сказал Рокотов.
– И роль Вали тоже, похоже, выросла в наших глазах.
– Да. До старшего курьера.
Был уже поздний вечер, когда в квартиру Стаса кто-то позвонил. Посмотрев не без опаски в глазок, Стас слегка оторопел, но дверь открыл. Перед ним стояла Марина.
– Здравствуй, Стас. Я тебе звонила и на почту писала… Но телефон ты уже сменил, да? А почту не читаешь… Можно мне войти?
Стас пропустил Марину, закрыл дверь и теперь молча смотрел на неё. Она почти неуловимо изменилась – повзрослела, что ли? И даже красивее стала.
– А ты что же, приехала к маме в гости? С мужем?
– Мама умерла. Я даже не смогла приехать на похороны.
– Прости, я не знал. Сочувствую.
– А замуж я так и не вышла. Я приехала к тебе, Стас. Сможешь ли ты простить меня?
Стас молчал. К такому повороту событий он явно был не готов. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.
– Стас… – Было очевидно, что Марина с трудом сдерживает слёзы. – Конечно, это с моей стороны просто наглость, но если можно… разреши мне остановиться у тебя. Хотя бы на два дня, на день… Если ты меня прогонишь… Я постараюсь быстро найти жильё, у меня просто нет возможности жить в маминой квартире…
– Сейчас.
Стас всё так же молча ушёл в свою комнату, убрал со стола на полку бумаги, закрыл ноутбук.
– Проходи. Будешь спать в моей комнате, я – у родителей. Сейчас дам постель. Да, и полотенце. Если хочешь есть, найди что-нибудь сама в холодильнике.
Утром Стас как можно тише умылся, собрался, сделал себе бутерброд и убежал на работу раньше обычного. Ключ оставил Марине на кухонном столе. На работе так поздно он никогда не задерживался и домой шёл как будто в гости. Марина встретила его сдержанной улыбкой.
– Я тебя не спросил вчера, – сказал Стас, – тебе надо было, наверное, оставить денег?
– Нет, спасибо, у меня есть. Я приготовила ужин, он ещё не остыл.
«Что ж, – отметил Стас, – это вкуснее, чем моя холостяцкая еда…»
Стас старался не встречаться с Мариной взглядом. Но поневоле обращал внимание на движения её тела под домашней одеждой. С удивлением отмечал изменения в своём отношении к Марине. Мало того, что он так быстро привык к тому, что она снова появилась в его жизни. Он уже чувствовал влюблённость, которой раньше никогда не было.
Следующий день был до самого вечера изнурительно жарким. Сегодня Стасу не хотелось задерживаться на работе, он даже с небольшим нетерпением думал, дома ли Марина.
Марина была дома, и ей, очевидно, тоже было жарко. Она вышла встретить его в прихожую. На ней был только полупрозрачный лёгкий халат – и больше совсем ничего. Но она ничуть не смущалась.
– Стас! Скажи, у тебя сохранились наши фотки? Мне хочется их посмотреть…
Он открыл ноутбук, нашёл фотографии.