Страница 35 из 50
Он вспомнил письмо Нины — «не прошу о милости, прошу о справедливости». Вспомнил, как она ударила его подносом, когда он позволил себе лишнее. Вспомнил ее руки — в глине, в ссадинах, с обожженной ладонью.
И вдруг понял.
Она не просто терпела. Она выживала. Все это время. В доме, где ее били, обирали и называли пустоцветом.
— Я уничтожу их, — прошептал он. — Клянусь Заступниками, я сотру их в порошок.
Он подошел к двери и распахнул ее.
— Секретаря ко мне! — крикнул он в коридор.
Через минуту близорукий худощавый секретарь стоял перед ним с пером и бумагой.
— Пишите приказ, — герцог говорил отрывисто, чеканя слова. — Немедленная доставка в замок Эрнстальский служанки Лизхен — из города, где ее держат. Под охраной. Лично.
— Слушаюсь.
— И вторым приказом — доставить ко мне управляющую замка фон Торнов, Марту. Живой и здоровой. Для допроса.
— Слушаюсь.
— И пусть мои люди проверят, есть ли у вдовствующей баронессы Хелен драгоценности, числящиеся в описи приданого баронессы Нинель. Если есть — изъять до выяснения.
Секретарь замер с пером на весу.
— Ваша светлость, это может быть воспринято как…
— Как что? — герцог посмотрел на него тяжело. — Как восстановление справедливости? Как защита моей подданной от клеветы и воровства? Пусть воспринимают как хотят. Я отвечаю за порядок на своих землях. Выполняйте.
— Слушаюсь, ваша светлость.
Когда секретарь вышел, герцог подошел к окну.
Внизу, во дворе, барон фон Бюл разговаривал с егерем — показывал рукой на лес, обсуждал завтрашнюю охоту.
Герцог смотрел на него, но видел другое.
Он видел женщину, которая могла попросить у него все — деньги, защиту, титул — но попросила дорогу для крестьян и справедливость для служанки.
И он понял, что не сможет остаться в стороне.
— Черт бы ее побрал, — сказал он в пустоту. — Черт бы ее побрал, эту женщину.
За окном начинался дождь.