Страница 28 из 50
— Примите, матушка Северина, дар монастырю от смиренных рабов ваших, — поклонилась Нина. — За ваши молитвы.
На следующий день некая купчиха — тучная дама в фиолетовом платье, гостившая в монастыре третью неделю — увидела сервиз на обеде у настоятельницы и лишилась дара речи.
— Что это? — спросила она, вертя в руках чашку. — Что это за чудо?
— Фарфор баронессы вон Торн, — скромно ответила настоятельница. — Ей сами Заступники помогают.
— Сами Заступники? — купчиха перекрестилась. — Я хочу такой же. Нет, лучше! Два! Нет, три сервиза!
Нина, приглашенная к обеду, сидела и пила чай из своей же чашки, стараясь не улыбаться.
— Три сервиза — это шестьсот золотых, — сказала она. – И то только для вас, госпожа фон Штольц, следующая партия будет дороже…
— Беру! — купчиха хлопнула по столу и достала кошель. – Вот задаток, двести золотых.
— Через месяц будет готово.
Через месяц заказ был выполнен.
Нина работала дни и ночи, обжигала, расписывала, глазуровала. Крестьяне помогали — месили глину, таскали дрова, чистили печи. Лизхен не отходила от стола, подавая инструменты и отгоняя мух. Но рук все равно не хватало.
Купчиха приехала сама — в сопровождении трех телег, двух служанок и мужа, который все время кряхтел и жаловался на дорогу.
— Не дорога, а каторга! — ворчал он. — Баронесса, добираться до вас – сущее мучение.
Купчиха расплатилась сполна, погрузила сервизы в телеги, переложила корзины соломой и укатила.
Через неделю в Грандфельд пришло письмо.
«Дорогая баронесса. Вся столица говорит о вашем фарфоре. Я показала сервиз своим гостям, и теперь все хотят такой же. Заказы прилагаю. Не откажите, сделайте такую милость. Матушка герцога, которая обедала у меня вчера, была в восторге и сказала, что напишет сыну.
С глубочайшим уважением, купчиха Анна фон Штольц».
Нина перечитала письмо трижды.
— Лизхен, — сказала она служанке, кружась по комнате от избытка чувств. – Это успех.
— А герцог? — робко спросила Лизхен.
— Ах, оставь свои фантазии… Лучше сходи и проверь, хорошо ли устроили новых работников из города.
Знала бы Нина, чем ей обернутся эти работники…