Страница 109 из 128
— Я думаю, что действительно не знаю Констанцию… — неторопливо и задумчиво отозвался Кинг.
— И узнавать не стоит.
Она сжала кулаки.
— Почему ты говоришь это? У вас была любовь, а потом вы дружески расстались. Что-то одно из этого должно было настроить тебя к ней хорошо, разве нет?
— Я прекрасно к ней настроен. Но дам совет от бывшего учителя: тебе это не нужно.
— Это не совет. Это лишь твое мнение.
— Как и любой совет. Но скажи, Артур, я хоть раз ошибся?
Оба замолкли, и Констанция взмолилась, чтобы они снова начали разговор, так как в тишине огромного кабинета любое ее движение могло быть услышанным.
— Она довольно изменилась, — сообщил вдруг Кинг, кажется, вопреки совету продолжавший размышлять о Констанции.
Это льстило, она хотела услышать больше и вместе с тем боялась, что слова, не предназначенные для ее ушей, случайно ранят.
— Да, Артур, она уже не робкая овечка, слушавшаяся каждого твоего слова.
— Меня это никогда в ней не привлекало, — тут же отозвался он.
— Теперь Констанция — озлобившаяся на тебя женщина. Вместе со злым языком, отсутствием четкого понимания, что есть хорошо, а что — плохо, слепой целеустремленностью и всяким отсутствием романтичности, нежности, сентиментальности и прочего, она — идеальный кандидат на роль киллера, если потребуется избавиться от тебя.
Кинг рассмеялся. Констанция и сама с трудом сдержала горький смешок, что, правда, не мешало злиться на Илью.
— Думаю, ты самое чуть-чуть преувеличиваешь.
— Игнорируй мои слова, но потом не говори, что я не предупреждал. И не подумаю спасать, если однажды обнаружу, что она наставила пистолет на твою голову.
Констанция состроила возмущенное лицо, но этого, разумеется, никто не увидел. Хорошо, что Кинг, кажется, не воспринимал услышанное всерьез.
— Зачем ты встречался с ней, если она так плоха? — в голосе Артура явно слышалась насмешка.
Повисла небольшая пауза.
— Производственная необходимость.
В дверь постучали. Спустя несколько мгновений Илья раскатисто отозвался:
— Проходите!
Это была Арина. Она растерянно оглядела собравшихся и спросила, где Юджин.
— Прячется под столом, — отозвался Илья. — Идите, проверьте.