Страница 41 из 105
Глава 16
Аня
Обижена, да это вообще не о чём – я в ярости!
В самой настоящей ярости, какая есть. Домой пришла, бросила сумочку, кинулась на кровать и подумала поплакать. Но слёзы не шли, и решила пойти к Дуне - пожаловаться. Хотелось кому-то излить своё негодование и это точно должна быть не Оля. Потому что она начнёт защищать брата. Она слишком добрая.
- Нет, ты представляешь, - жаловалась я поварихе, - я в его комнате, в его объятьях и заходит эта развратная женщина - жена его брата. Я сразу поняла, между ними что-то есть. Она как будто к себе домой зашла в его комнату. А что если всё время так?
- Она и так у себя дома. Может, дверь перепутала?
- Да откуда я знаю, - капризно дернула я плечом в негодовании.
Дуня резала морковку на досточке и кидала в сковороду, а потом быстро перемешивала.
- Ты давай меньше придумывай, а то накрутишь себя, а потом будешь как все - злобной девицей, вечно следящей за своим парнем. Туда не ходи, сюда не ходи. Парни, таких не любят.
- А, по-твоему, это нормально, когда взрослая тётя заходит к нему в комнату? Что я должна думать? Это ещё неизвестно что между ними происходит.
- А она красивая?
- Нет конечно, такая, вся из себя зализанная, наколотая ботексом.
- Значит так, ревность хороша в малых количествах, но когда она всё заполоняет, дела не будет. Уймись. В конце концов, от тебя всё зависит, будь гордой и правильной.
- Тебе легко говорить. А я как вспомню, так передергивает всю.
Весь вечер впустую, а я уже чувствовала, что не могу без него ни одного дня прожить. И теперь ещё эта ревность. Полночи крутилась, вертелась, а наутро успокоилась. Теперь пусть побегает за мной, если у него это получится. Не факт что я вообще после вчерашнего на что-то соглашусь.
Как и предполагала, он прискакал на своей этой старомодной машине, ещё даже полдень не наступил. Папа уехал по работе. Как будто чувствуя что отца нет, Тимофей смело вошел в холл и, не дожидаясь когда горничная пойдёт меня звать, с видом хозяина начал подниматься по лестнице.
- Далеко собрался? - сказала я и повернулась в кресле. - Что-то я не помню, чтобы приглашала тебя.
- Так пригласи, - он обернулся, одарил своей обалденной улыбкой и стал вальяжно спускаться.
О, боже каждая его клеточка прекрасна. Он просто рубит меня наповал всем видом, и я забываю, что хотела сказать такого для него неприятного.
- Не буду я тебя приглашать.
- Что так сердито?
- А ты подумай хорошо.
- А, ты по поводу вчерашнего? Это случайность. Диана объяснила мне и своему мужу, что случайно зашла в комнату, по ошибке. Я конечно был возмущён подобной выходкой и хотел даже съехать из их дома, но они заверили, что такое больше не повторится.
Я слушала и верила каждому слову. Так просто всё объяснилось. Но дурацкие мысли, откуда-то лезут и лезут и заставляют дерзить и возмущаться.
Тимофей обернулся, посмотрел, нет ли кого поблизости, подошел к креслу и оперся руками навис прямо надо мной. Ну что это такое, я уже не хочу ни на что сердиться и ругать его, я не хочу быть той злобной девушкой. Хочу быть нежной, ласковой и покорной, пусть только коснётся меня.
И он коснулся губами моих губ. Я даже потянулась в ожидании большего. Чтобы его язык проник мне в рот и…
Он быстро отстранился, глянул на лестницу.
- Так что, я заеду за тобой вечером, часиков в девять?
Я разочарованно вздохнула и кивнула, потому что не было слов, этот… даже не знаю как его назвать, заставил меня обиженно замолчать.