Призрачный шанс (П)

Глава 32

Глава 28

Лайла

Книжные Стервочки

Синди:

Господи, кто-нибудь уже дошел до двадцать четвертой главы

?

Лайла:

Нет!!!

Лайла:

Только без спойлеров, умоляю, о боже, я так хочу почитать, прямо умираю

Белла:

Вам давно пора перейти на аудиокниги

Белла:

Я дочитала

Синди:

УЖЕ

?

Белла:

В этом и заключается вся прелесть аудиокниг

Синди:

Я прямо физически ощущаю твое самодовольство

Белла:

Завидуешь

?

Лайла:

Вас срочно нужно познакомить с иммерсивным

7

чтением

Пока Киран не переступил порог дома, я даже не осознавала, как сильно нервничаю, собираясь устроить ему сюрприз. Сердце бешено колотится, словно крылышки колибри, и унимается лишь тогда, когда его лицо озаряет улыбка. Напряжение буквально испаряется, стоит Кирану сбросить с плеча спортивную сумку и подхватить Эмми на руки.

Его взгляд встречается с моим и замирает.

— Спасибо, — шепчет он, и в голосе слышится такое глубокое волнение, что я невольно застываю.

Прежде чем успеваю выяснить, почему его глубокие, как океан, глаза кажутся непривычно уставшими, Киран отворачивается, но сразу же застывает, заметив лежащее на диване огромное худи-одеяло.

— Это...

— Эмми выбирала, — не сдержав смешка, признаюсь я. — Как только увидела, я просто не смогла ей отказать.

Он поднимает вещь; забавные золотистые ретриверы, которыми усыпан флис, точь-в-точь такие же, как на наших с Эмми толстовках.

— Из-за нее самому уже хочется купить щенка.

— Я тоже сдерживаюсь из последних сил.

Эмми вырывается из объятий Кирана и с разбегу плюхается на диван. Киран садится рядом и тоном, граничащим с приказом, заявляет:

— Ты ведь остаешься?

Мне бы поехать домой, оставить их вдвоем, позволив побыть вместе и пообщаться, но почему-то под пристальным взглядом Кирана я понимаю, что просто не в силах отказать.

Я устраиваюсь по другую сторону от Эмми; сердце окончательно тает, когда малышка протягивает ручки в обе стороны, забавно сжимая и разжимая крошечные пальчики.

Улыбнувшись, я вкладываю ладонь в ее.

— Конечно останусь, ты еще спрашиваешь? «Девочки Гилмор» да еще и в компании самого любимого человека? Перед этим невозможно устоять.

— Приятно знать, что я твой любимый человек.

— Во-первых, вообще-то речь шла о твоей очаровательной дочке, а во-вторых, не забывай о правилах.

Он озадаченно хмурится, но тут же понимает, на что я намекаю, подмигивает и беззвучно, одними губами произносит:

— Даже не стыдно.

Мысленно фыркнув, я устраиваюсь поудобнее, зарываясь поглубже в диван, пока Киран включает серию.



Обычно, стоит кому-то включить «Девочек Гилмор» и поставить передо мной тарелку с едой, как мозг послушно отключается. Но сейчас только и могу что кожей ощущать пристальный, замерший на мне взгляд Кирана.

На коленях у него примостилась миска, до краев наполненная разноцветными колечками «Фрут Лупс», а рядом стоит еще одна – с глазированными хлопьями. Киран то и дело комментирует происходящее на экране, объясняя все Эмми с таким важным видом, будто приобщает ее к великому таинству; и все же сквозь болтовню я обостренно чувствую каждую секунду затишья. Те самые мгновения, когда из динамиков едва слышно доносится звук, а в разожженном Кираном камине тихонько потрескивают поленья: в эти минуты я кожей ощущаю его взгляд.

Он словно вообще не сводит с меня глаз.

Полчаса назад, примерно на середине второй серии, Эмми тихонько засопела, и я ничуть не удивлена. Ни одна маленькая девочка физически не способна бодрствовать после одиннадцати вечера; честно говоря, я вообще поражена, как она продержалась, но списываю такую стойкость на ударную дозу поглощенного сахара.

В итоге приходится сидеть на диване собственного босса и изо всех сил впиваться взглядом в экран, делая все возможное и невозможное, чтобы случайно

не

посмотреть в его сторону.

Правда, все усилия летят к чертям, когда Эмми начинает ворочаться во сне и мгновенно успокаивается, стоит Кирану переложить ее на сгиб локтя и прижать головой к своей груди.

Вам когда-нибудь доводилось видеть, как огромный, под два метра детина с резко очерченными скулами, умопомрачительными голубыми глазами и невероятными татуировками на обеих руках нежно прижимает к себе ребенка за просмотром «Девочек Гилмор»?

Нет?

Очень зря, потому что зрелища сексуальнее в жизни не найти.

Что за странное ощущение вызывают привлекательные мужчины, нянчащиеся с детьми? Почему в женском мозгу со звуком дзынь-дзынь-дзынь мгновенно загорается одна-единственная мысль: «Трахни его!»?

Утешу себя верой в то, что с подобным сталкиваются абсолютно все девушки. Если нет и я одна такая ненормальная, то у таблеток, кажется, только что обнаружилась очень странная побочка.

Более того, от такой картины внутри все сжимается, причем вовсе не от возбуждения. Нет, чувство совсем иное, и рождено оно отнюдь не волнением.

Рискну признаться: Киран – именно

такой

, непривычно мягкий, заботливый и нежный, какого никто не видит за вечным амплуа шутника, – заставляет сердце таять.

Я наотрез отказываюсь превращать сердце в сентиментальную размазню из-за него. При всей доброте серьезных отношений он не заводит, и уж точно вряд ли изменит принципам ради девушки, обреченной до конца дней нуждаться в опеке и медицинской помощи.

Пожалуйста, сердце,

умоляю я,

только не влюбляйся.

И готова поклясться, внутренний голос ехидно шепчет в ответ:

Слишком поздно.

— Пойду перенесу Эмми в кроватку.

От низкого, вкрадчивого голоса я невольно вздрагиваю. Спешно пытаясь скрыть минутное замешательство, я ставлю телевизор на паузу и собираюсь подняться с дивана, но Киран молниеносно протягивает руку, удерживая меня на месте.

— Останься.

Одно-единственное слово.

Одна мольба.

Один миг – и зревшее между нами напряжение внезапно лопается.

Взгляды встречаются, и меня снова затягивает в опасный водоворот глубоких, как океан, глаз Кирана Эшфорда.

— Пожалуйста, — шепчет он.

Проходит мгновение.

Затем второе.

И тут губы сами собой приоткрываются, и прежде чем рассудок успевает взять верх, я шепчу:

— Хорошо.