Неправильные клятвы

Глава 8

Глава 4

Алина

Стараюсь не показывать, что лечу бизнес-классом впервые, но уверена, что стоит хоть одному волоску выбиться из прически, и все вокруг поймут, что я самозванка. Когда я впервые летела из Лос-Анджелеса в Лондон, это был обычный эконом, и, если честно, я думала, что так будет всегда. Но вот она я, с билетом в Нью-Йорк, бизнес-классом в обе стороны. И, должна признаться, пока мне все это очень нравится.

Ладно, возможно, я не очень хорошо скрывала свой восторг, когда поднялась на борт. Конечно же, мне хотелось прочувствовать все от и до, поэтому, как только объявили посадку, я оказалась одной из первых в очереди.

— Шампанского? — предлагает стюардесса, как только я устраиваюсь в своем кресле.

— Нет, спасибо, лучше просто воды. — Она протягивает мне стакан и уходит, а я откидываюсь в кресле и наблюдаю, как заходят остальные пассажиры. Мужчины в дорогих костюмах, женщины с дизайнерскими сумками, даже несколько детей занимают места впереди. Вау. Мне кажется, если бы я испытала это в детстве, я бы больше никогда не смогла летать экономом.

Мой обзор внезапно перекрывает мужчина в идеально сидящем синем костюме. Сначала меня это раздражает, но потом мой взгляд опускается ниже. Офигеть, а у него отличная задница. Кажется я определенно могу привыкнуть бизнес-классу.

Я медленно сползаю глубже в кресло, и, пытаясь быть незаметной, разглядываю мужчину поверх края своего стакана. Взгляд скользит выше по его телу. Он снимает пиджак и передает его стюардессе. Та принимает его с улыбкой, явно наслаждаясь видом спереди. Теперь мне тоже интересно, что там спереди. У него широкая спина, хорошо очерченные плечи. Даже через голубую рубашку видно, что он в отличной форме.

Мне кажется, или здесь действительно стало жарче?

Черт… похоже, прошло слишком много времени с тех пор, как у меня был мужчина, если я так откровенно на него пялюсь. Делаю глоток воды.

Стюардесса отходит, и в этот момент я вздрагиваю от его голоса:

— Ты на всех пассажиров смотришь этим «трахни меня» взглядом, миледи? — произносит он, поворачиваясь ко мне лицом.

Вода непроизвольно вылетает у меня изо рта прямо на него. Его рубашка, которой я только что восхищалась, теперь слегка просвечивает, а голубые глаза сужаются, когда он смотрит на меня, затем на свою рубашку. И в них снова вспыхивает озорной блеск.

Вы, блядь, издеваетесь?!

Этот мужчина — ходячая катастрофа.

— Если бы я хотел намокнуть, уверен, я бы нашел куда более интересный способ, — говорит он, оглядывая меня с ухмылкой.

Жар заливает мои щеки и я убеждаю себя, что это просто от унижения. Женщина, сидящая наискосок, смотрит на нас в ужасе, но Уилл заслоняет ее от меня, так что я вижу только его.

— Уверена, что сталкинг — признак дурного тона, — шепотом, но с нажимом говорю я.

Он приподнимает бровь и выразительно смотрит на свою мокрую рубашку.

— Ты сейчас правда хочешь поговорить об этикете?

Скрещиваю руки на груди. Что я сделала в прошлой жизни, чтобы заслужить это наказание?

— Сэр, вам пора занять свое место, — мягко напоминает стюардесса, касаясь плеча Уилла.

Закатываю глаза, понимая, что этот придурок будет сидеть прямо передо мной весь полет. Он одаривает меня мальчишеской улыбкой и садится.

Когда стюардесса снова проходит мимо с подносом напитков, я останавливаю ее.

— Пожалуй, я все-таки возьму шампанское.

Она улыбается и протягивает бокал. Я осушаю его почти сразу, пока самолет готовится ко взлету. Все будет нормально. По крайней мере, я продолжаю себе это повторять.

Нам подают еду, и я его не вижу. Он не встает. Даже не оборачивается. Включаю фильм и беру еще один бокал шампанского. И именно в этот момент он решает подняться и открыть верхний багажный отсек. Я наблюдаю за ним поверх бокала — его рубашка слегка задирается.

Он все еще полный придурок… но, блядь, нельзя отрицать: боги постарались, когда создавали его. Он выглядит потрясающе. И пахнет тоже.

Нажимаю кнопку вызова, чтобы заказать еще шампанского. Как только я заканчиваю разговор со стюардессой, он смотрит на меня сверху вниз, а потом наклоняется ближе, вторгаясь в мое пространство.

Ну и наглость

. Изо всех сил пытаюсь сосредоточиться на планшете, где изучаю новые материалы и идеи для дизайна.

Он молчит, просто изучает меня своими синими глазами, отчего я начинаю ерзать в кресле. Я, блядь, не могу сосредоточиться.

— Тебе что-то нужно? — рычу я.

Он самодовольно улыбается.

— Нет. Я просто потягивался, — после чего отступает и садится на место

Господи.

Этот придурок знает, как действовать мне на нервы. Выпиваю еще бокал шампанского, пытаясь успокоиться.

Теперь мне нужно в туалет, и я чувствую, как алкоголь уже начинает действовать. Я не планировала пить во время полета, но его присутствие требовало жестких мер. Это чудо, что я не напилась до беспамятства вчера за ужином. Но требовать от меня выдержки, чтобы терпеть его два дня подряд — это уже слишком. Стоит мне подняться, как он делает то же самое, и мы оказываемся лицом к лицу. Он намного выше меня, но я все равно смотрю на него сверху вниз.

— Какое совпадение… — начинает он, но я прижимаю палец к его губам, заставляя замолчать.

— Не называй меня больше «миледи». Я что, похожа на старуху?

Его губы под моим пальцем растягиваются в медленной, уверенной ухмылке. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но мой палец все еще там.

Что я творю?

Я резко отдергиваю руку, сгорая от смущения, и протискиваюсь мимо него по приглушенно освещенному салону в сторону туалета.

Едва я подхожу к двери, чья-то рука хватает меня и заталкивает внутрь. Вздрагиваю, но понимаю, что это он, еще до того, как поворачиваюсь и тут же утыкаюсь лбом ему в грудь. Я в шоке застываю, пока он закрывает за нами дверь на замок. Этот туалет больше тех, что в экономе, но здесь все равно тесновато.

— Алина, — произносит он, и я смотрю на его губы, когда мое имя срывается с них. Они дерзко розовые, и я знаю, какие они мягкие, ведь касалась их всего мгновение назад. — Предпочитаешь, чтобы я называл тебя так?

Мой взгляд намертво прикован к его рту. Он поднимает руку, и большим пальцем касается моей нижней губы. Я резко вдыхаю, понимая, что должна отстраниться.

Мне не нравится этот мужчина.

Я не знаю этого мужчину.

Но мне нравятся его прикосновения, даже если он полный придурок.