Страница 74 из 163
— Бездна сжалилась над нами. Она послала нам наследника! – Он кинулся меня обнимать и покрывать поцелуями мои щеки.
Я же находилась в полнейшем ступоре, не понимая, когда ошиблась..
Пока доктор выдавал Лайонелу рекомендации по уходу за мной и правильной диете будущей матери, я самостоятельно встала с постели, чтобы пройти к ванной комнате и извлечь из ящика замаскированное под флакончик духов противозачаточное зелье. Я пила его ежедневно, не пропуская ни дня, и регулярно обновляла запасы у знакомой колдуньи на окраине города. Откупорив крышку, я принюхалась к снадобью. Аромат такой же, как и всегда, – терпкий, кисловатый, только от него меня опять замутило. Я отставила склянку в сторону и вернулась в спальню.
Рой мыслей кружился в голове, не давая успокоиться и понять, как жить дальше и что же делать?
Мысли избавиться от ребенка я даже не допускала. Запоздало осознала, что где-то в животике теперь живет и развивается маленький комочек. Мой ребенок, моя кровинушка от любимого мужчины.
— Что же мы наделали? – всхлипнула я, когда мой лорд вернулся в спальню, проводив доктора.
— Ты не рада? – удивился он, садясь рядом и обнимая за плечи. Его в голосе проскользнуло удивление.
— Я же рассказывала о проклятии! – почти обвинительно воскликнула я. – Лайонел, наша дочь будет еще уродливее, чем я. Только представь, на какую судьбу мы ее обрекаем.
— Опять ты на себя наговариваешь. Ты у меня красавица, и вообще, кто сказал, что будет дочь? – изумился он, ласково целуя меня в макушку и кладя теплую руку на низ живота. – Милая, я всегда запоминаю все, о чем ты мне говоришь. С твоим проклятием я разобрался еще в первый год брака. Снять, увы, не получилось, но лично лорд Тьер помогал мне распутать это плетение и найти в нем лазейку.
— Какую? – вытирая слезы тыльной стороной ладони, спросила я.
— На мальчиков проклятие не распространяется, – утешил меня муж. – И я, темный лорд Лайонел Фрейм, гарантирую, что у меня будут только мальчики. Я хочу, чтобы ты родила мне много-много маленьких лордиков.
Я покачала головой и уткнулась в плечо Лайонелу. Мне была слишком сомнительна моя способность к рождению множества лордиков. Не с моим коротким сроком жизни, когда каждое утро я просыпалась и чувствовала себя мотыльком-однодневкой.
Тьма в очередной раз сыграла злую шутку, подкинув в сюрпризы беспокойство не только за свою жизнь, но и за жизнь еще не рожденного ребенка.
Пока я душила в себе набегающие слезы и вытирала их о рубашку мужа, решила одно: теперь я вынуждена любыми способами найти и расторгнуть свой кредитный контракт, будь то развод с Лайонелом или снос здания фирмы «Уж замуж невтерпеж» до самого основания.
Но прежде всего я была обязана разобраться, где просчиталась с противозачаточным зельем.
Уже следующим утром, когда Лайонел покинул дом по своим темнолордовским делам, я выпила обязательное снадобье от токсикоза и собралась к колдунье-травнице, с собой предусмотрительно прихватив пузырек с противозачаточным.
Добравшись на экипаже до окраины города, я решительно миновала ухоженную лужайку перед домиком ведьмы. Здесь росли безобидные садовые цветы: розы, флоксы, герберы, которые были лишь маскировкой. Все самые интересные травки знахарка выхаживала в теплицах на заднем дворе. От хищных мухоловок для борьбы с вредителями до волшебных помидоров, повышающих потенцию.
Я дернула за шнурок колокольчика, тотчас же в глубине дома раздался мелодичный звон. Хозяйка открыла быстро и немало удивилась, увидев меня на своем пороге:
— Леди Фрейм? Не ожидала увидеть вас так рано. Неужели ваше противозачаточное закончилось или пузырек случайно разбился? Но вы заходите, заходите.
Вслед за приглашением войти в дом я проскользнула внутрь, отказалась от предложенного чая и, уже сидя в гостиной, протянула колдунье пузырек, который та продала мне два месяца назад.
— Ваше зелье не сработало. Я беременна, – обвинительно выдала я.
Травница нахмурилась и, нацепив на глаза очки-половинки, с прищуром изучила склянку. Посмотрела снадобье на свет, откупорила крышечку, принюхалась, попробовала на вкус и только после этого победно выдала:
— Это не мое зелье. Я вам такой контрафакт продать не могла. Искусная подделка!
— То есть? – возмутилась я.
Внутри меня все вскипало от возмущения. Как же так? Колдунья однозначно виновата, сама где-то ошиблась с рецептурой и теперь еще не хочет признавать собственную вину!
— Это обычная вода, – пожала она плечами. – Только с запахом, как у моего зелья. Но составлял явно очень грамотный парфюмер, аромат в точности как у правильного противозачаточного средства! Так что вынуждена констатировать – этот пузырек куплен не у меня!
Она сказала это так уверенно, что я, пусть и нехотя, была вынуждена поверить. В этом случае выходило, что кто-то тайком подменил настоящее зелье. Да и версия с парфюмером звучала вполне правдоподобно, ведь флакончик всегда маскировался мною под духи, а значит, и заменить его могли в одной из лавок ароматов.
— Быть может, вы знаете, кто из мастеров мог выполнить заказ на такой необычный запах? – напоследок перед уходом полюбопытствовала у колдуньи.
— Ищите среди вампиров или оборотней. Только они обладают настолько чувствительным обонянием, чтобы составить столь точную копию.
Уехав от травницы, первым делом я решила не рыть землю носом и не искать, кто же приложил руку к подмене зелья, а заглянуть в ненавистную кредитную фирму.
За последние пять лет я несколько раз порывалась навестить «виновников моего замужества», но каждый раз, подходя к крыльцу и уже берясь за ручку, передумывала. Мне нечего было им сказать. Оснований требовать прекращения контракта тоже не было. Как не было и возможности показать договор гномам-юристам, чтобы они поискали лазейки в его пунктах.
В соглашении о неразглашении было четко прописано: если я кому-то расскажу о договоре, меня тут же ждет показательный штраф в размере пятидесяти процентов от моей непрожитой жизни. То бишь, если я додумаюсь ляпнуть хоть кому-то словечко, мгновенно рискую свалиться замертво.
Но вчера расклад изменился, и теперь у меня появился повод сказать работникам грабительской конторы все, что я о них думаю.
* * *
— Я требую расторгнуть договор! – почти рявкнула я на давнюю знакомую.
Демонесса, ни капли не изменившаяся за годы, даже бровью не повела, лишь лениво ткнула пальцем на табличку, висящую на двери: «Не входить. Совещание».