Страница 42 из 163
— Я назвал тебе свое имя, Рива. – Ночной страж присел прямо передо мной на корточки и взял мои холодные ладошки в свои большие руки: – Нам будет гораздо удобнее общаться, если ты станешь обращаться ко мне по имени, понимаешь?
Нет. Вообще ничего не поняла, но в жизни в этом не признаюсь.
— Да.
— Прекрасно, – улыбнулся.
Почему у меня так бешено бьется сердце? Это предчувствие беды или счастья?
— У меня есть несколько вариантов наказания, – продолжил офицер, глядя прямо мне в глаза и при этом поглаживая мои ладони, – ты ведь помнишь, что учебник остался у хромого? Так вот, он притащил его к себе в дом. Я точно знаю, потому что лично накладывал охранные печати в виде своего автопортрета на каждое пособие.
— Вот гад! – Я даже ногой притопнула от негодования. – Шантажист косо..
— Именно так. – Ночной страж приложил к моим губам свой указательный палец, да там его и оставил, тихо приговаривая: – Ты только не кричи, а то весь дом раньше времени перебудишь.
А я и не думала кричать, я собралась.. помереть. От счастья. Он так близко – стоит мне немного пригнуться, и два наших дыхания сольются в одно.
— Вот и умница. – Палец очень медленно сполз с моих губ, скользнул по подбородку и.. скрылся из поля зрения. А у меня с грудью что-то странное случилось: она словно приподнялась и напряглась, хотя в комнате не было холодно. Точно – меня лихорадить вот-вот начнет.
— Итак, что ты хочешь, чтобы я сделал с Вантеем при попытке открыть учебник? – услышала вопрос офицера.
— А что можно? – уточнила, вытащив свои руки из его захвата и натягивая платок, стараясь прикрыть бесстыжую грудь.
Офицер переложил ладони мне на колени и, продолжая смотреть в глаза, ответил:
— Все, что пожелаешь, малышка. – Его голос околдовывал: хрипловатый и мягкий, обволакивающий. Руки у него сильные и горячие – даже сквозь ткань домашнего платья я ощущала их жар. По моей коже бежали мурашки, а внизу живота появилась приятная тяжесть. Никогда раньше не испытывала подобного.. Если это болезнь – пусть она не проходит.
— Рива, – он мягко улыбнулся, – я жду.
Что? Ах, Вантей.. Хромой неряшливый мужичонка, вздумавший купить меня, чтобы пользоваться не только телом, но и даром..
— Пусть он станет заикой, – говорю, злорадно хихикая.
— Всего-то? – Офицер явно разочарован. – Он заслуживает гораздо более жесткого наказания.
— А по мне, и этого достаточно, – махнула рукой, а офицер тут же поймал ее, с интересом разглядывая подаренное им украшение.
— Что это на тебе? Откуда? – спросил очень тихо.
— Браслет, – пожала плечами как можно более равнодушно, – вы ведь сами мне его подарили. Там, у Вантеева дома.
Он замолчал, продолжая смотреть на желтую змейку с почерневшими глазками. Странно, мне казалось, что изначально глазки-камешки были красными..
— Ты что-то шептала тогда, – наконец произнес офицер и поднял на меня взгляд черных, как самая темная ночь, глаз.
Я задумалась, а затем, побледнев, еле выговорила:
— Ох.. Я попросила, чтобы Бездна нашла мне другого мужчину, подходящего.. Лишь бы не хромой. Я.. я ведь не знала, что..
— Слова, Рива, повтори точь-в-точь, постарайся, – добавил он бесцветно, глубоко задумавшись о чем-то своем и массируя свою широкую грудь кулаком.
— Пусть такая же тварь бессовестная, как я, в пару мне достанется, лишь бы не насильно и лишь бы не Вантей.
Тишина.
Неужели я очередным неосторожным словом.. приворожила к себе офицера Ночной стражи?! Вот же ж..
И тут он откинул голову назад и захохотал. Громко, душевно так..
— Тише ты, – шикнула я на мужчину, обхватывая его лицо руками, – ты что, ненормальный, Ивар? Сам же говорил..
Он вдруг замер, выпрямился и сжал мои плечи руками, требуя:
— Повтори!
— Ты ненормальный, – прошепала, непонимающе рассматривая его темнеющие глаза и черные вены, выступающие на висках.
— Не это, – его щеки теперь также покрывала тонкая вязь черных вен, – имя!
— Рива. – Мой язык еле ворочался от страха.
— Мое! – взревел он, как разбуженный после спячки медведь.
— Ивар, – повторила, пытаясь хоть немного ослабить его хватку, – ты разбудил весь дом. Знаешь, что теперь будет?
Но он не слышал меня, не слышал, как открывается дверь, не оглянулся, когда ввалившийся в комнату отец принялся ругаться скверными словами. И лишь спустя минуту, за которую я успела просмотреть свою жизнь до одиннадцати лет, выдал:
— Я нашел тебя, Рива. Девочка моя..
В дверях толклись обалдевшие от нашей наглости родственники, у отца в руках появился вчерашний топор, у матушки – шило.. Они осуждающе смотрели на меня и офицера Ночной стражи и ждали объяснений, а я была в силах только моргать и открывать рот, словно рыбка, выброшенная на берег.
И вот когда я уже представила, как лежу в красивом гробу, без вины осужденная и убиенная собственными родителями, Ивар все-таки заметил, что мы не одни.
— Темной ночи, – кивнул он отцу, – топорик не пригодится, господин Ардис. – Хитрый взгляд на меня – и продолжение: – Не сегодня. Или вы всех женихов убить пытаетесь?
К моему удивлению, мама с папой переглянулись и задвинули колюще-рубительные предметы за спины, после чего мама на всякий случай сообщила:
— Невеста обмену и возврату не подлежит!
— Что бы она там ни натворила, – дополнил отец, кося на меня одним глазом не хуже Вантея.
И это родители? Сбагривают дочь первому встречному-поперечному, даже не узнав его толком.
— Согласен, – услышала я голос Ивара, – тем более что возврат априори невозможен. – Он взял меня за руку и покрутил на руке тяжелую змейку-браслет: – Артефакт рода Ривье, призванный одной болтливой одаренной, уже признал в вашей дочери мою пару. А я все гадал, куда он делся и что со мной происходит.
Артефакт рода? Самый настоящий?! Ой, что-то я не готова к таким подаркам..
Вместо эпилога
— Ри-и-и-ва, ну пож-ж-алуйс-с-та, че-че-го тебе с-с-тоит, – конючил рядом со мной Вантей.
— Я вообще не понимаю, о чем ты толкуешь, – ухмыльнувшись, кивнула на появившегося из дома жениха: – Вон Ивару говори. Он, может, поймет.
— Вы ко мне? – спокойно поинтересовался Ночной страж, сжимая в руке мою дорожную сумку, а второй обнимая меня за талию. – Если что-то срочное, готов вас выслушать. Только побыстрее – мы с малышкой уезжаем в столицу.
— Дык-дык-дык..
— Да, на лошадях, в карете, – очень серьезно ответил офицер и, повернувшись ко мне, пояснил: – Интересуется мужчина, как мы добираться будем.
— А ему-то что? – спросила, пряча улыбку.