Страница 39 из 163
Она пошла следом, поглядывая на меня исподлобья и тоскливо вздыхая. Мы оба молчали. Не знаю, о чем думала маленькая пакость, но явно не о раскаянии: уж больно хитрое выражение я ловил на ее личике несколько раз, внезапно обернувшись.
— Дальше не пойду, – остановившись, выдала обвиняемая, выдернув свою ладошку из моего захвата. – Я вас не знаю, может, вы действительно бандит.
— И что мне помешает разделаться с тобой здесь и сейчас? – Я с интересом осмотрелся: кругом дома за высокими заборами, тишина, а слева тропинка, ведущая к одной из местных рек, Удиловке.
— Я закричу, и вам конец, – уверенно сообщила эта бестия. – И сейчас могу закричать. – Она злобно зыркнула своими зелеными глазищами: – Мне поверят, а вам нет. Здесь люди друг за друга горой!
— Ну, кричи, – я засмеялся ей в лицо, – хочу посмотреть, кому поверят: темному лорду, владеющему магической силой, или девчонке, что всех достала. Всех, даже собственного отца. – Не заметив особого испуга, добавил проникновенно: – Он ведь отдаст тебя Вантею. Завтра же под него подложит и ритуал организует, мол, дело молодое..
— Он не станет! – Она упрямо поджала губки, глаза заблестели. И снова не от слез отчаяния, а от гнева. Сильная девочка, смелая, только дурочка совсем.
— Станет, – уверенно кивнул. – Особенно когда я ему расскажу, кто полдеревни проклял. А здесь все друг за друга горой.. Знаешь, какой позор твою семью ждет?
— Докажите сначала, что это я, – шепнула она, бледнея.
И я понял, что попал в точку: девчонка страшится кабалы брака, страшится отца и его решения. Она знает, никто из семьи не заступится. Теперь она действительно напугана! Но вместо торжества вдруг почувствовал легкий укол в области грудины. Словно кто-то иглой коснулся. Неприятно, больно и странно. Это еще что такое?
— Мне не нужно ничего доказывать, – раздраженно бросил, обдумывая свое физическое состояние, – мое дело – найти опасную преступницу, доставить ее в столицу и сдать на волю правосудия. Точка.
Снова кольнуло. Что за чертовщина? На этот раз ощутимей и неприятней.
— Я с вами никуда не поеду, – выдохнула она, отступив от меня на шаг и обхватив свои узкие плечики руками.
— Сбежишь? – Мой голос оставался ровным, безразличным и абсолютно не выдавал нарастающего внутри волнения. – Беги. Я обвиню твоего брата, вы ведь двойняшки? Отпечатки ауры очень похожи, он отсидит за тебя, как положено.
Она вздрогнула, словно от удара, а я получил новый укол. Глубже и больнее.
— Не трогайте Хора, он ни при чем. – Опустила голову, поводила ногой в стареньком сапожке по дороге, словно вычерчивая что-то, и наконец созналась: – Это все я. Я одна виновата, больше никто не знал.
— Подробнее. – Я приложил кулак к своей груди и сильно надавил им между ребер, стараясь убрать непроходящее чувство тяжести внутри.
— Я нашла учебник в доме, что отец купил недавно, – она по-прежнему не поднимала головы, – прочла там несколько проклятий, потом порезалась об страничку случайно. Книга нагрелась, – быстрый взгляд на меня и сразу в сторону, – а к вечеру случилось первое несчастье.. – Снова смотрит на меня, теперь в упор: – Ни отец, ни мать – вообще никто не знает.
— Врешь, – уверенно возразил я, – ложь видна в твоих словах так же четко, как и румянец, заливающий щеки.
— Я виновата! – крикнула зло и тут же устало махнула рукой: – Только я. Никто из моей родни не посмел бы совершить подобное. Они – хорошие люди. – Отвела взгляд, глубоко вздохнула: – Делайте что хотите, только побыстрее.
— Не терпится в городской тюрьме оказаться? – осведомился, уже во всю разминая кулаком ноющую грудную клетку.
— Лучше в тюрьму, чем замуж за Вантея, – совсем тихо, на грани слышимости, проговорила девчонка и снова посмотрела на меня, теперь с равнодушным ожиданием.
В следующий миг я замер памятником самому себе, с громким свистом втягивая воздух. Меня словно кто-то ударил под дых, отчего резкая боль на миг заволокла сознание. Не помню, чтобы раньше подобное случалось.
— Вам плохо? – Рива сделала шаг навстречу и тут же уставилась в область паха. – Началось, да? – обреченно выдало ходячее недоразумение.
— Ничего там не началось, – поморщился, прикрывая одной рукой ТО САМОЕ, и посмотрел на нее как можно суровей: – У меня просто непереносимость бестолковых селянок, не следящих за языком!
Она нахмурилась и кивнула. Странно, даже спорить не стала и обзывать в ответ не решилась.
— Что ты задумала, Рива? – Раскаяние и осознание вины я отмел в сторону: таким, как она, это не свойственно. – Хотел отпустить тебя домой, а завтра забрать с собой, но теперь.. Пойдем вместе.
— Куда? – По телу девчонки пробежала дрожь, но не от страха, а от холода. Еще не хватало ей заболеть.
— К вам в дом, – постановил я. Ну не на постоялый же двор ее тащить? Там меня точно не поймут. – Я поговорю с твоим отцом, переночуем у вас, а завтра уедем в столицу.
Сердце забарабанило как бешеное. Я и забыл, что оно у меня есть. Что за ерунда?!
— Мой отец, – она дрожала, уже не переставая, – он не поймет, не простит. Он не даст нам ночлег..
Я стащил с себя мантию с меховой подбивкой и накинул ей на плечи со словами:
— Мне он отказать не посмеет, Рива. Уж поверь, в империи есть люди гораздо страшнее твоего отца, и один из них перед тобой. – Тут я злобно хмыкнул, дабы придать своему образу побольше жути.
Вместо страха, как я рассчитывал, в ее глазах появился восторг. От мантии она отказываться тоже не стала: закуталась поплотнее и довольно заурчала, как кошка. Что это за ненормальная девушка?!
В тот же миг в моей груди разлилось тепло, а на губах появилась самая настоящая улыбка! Мимолетная, непрошеная, но реальная. Я уж и забыл, что так умею. Какая-то важная мысль скользнула в мозг, но тут же потерялась от вопроса девчонки:
— А сам учебник мы выкапывать будем?
— Его уже Вантей твой выкопал, – невольно глянул в сторону дома хромого. – Он его прикарманил, чтобы тебя шантажировать. – Посмотрел в перепуганные зеленые омуты и отчего-то добавил: – Но мы его накажем, если захочешь.
— Как? – радостно уточнила она. От девчонки волнами исходили чувства азарта и предвкушения. – Проклянем?