Страница 113 из 163
Я подняла взгляд на Винсента. Синие глаза сверкали, дыхание у парня сбилось, он медленно осмысливал услышанное.
— Это все ненастоящее, Винсент. Я просто проклята и не люблю тебя. А ты сам еще утром сказал, что я не в твоем вкусе. Тебя влечет ко мне из-за отката.
Руэда упрямо поджал губы. Взял стул и демонстративно сел в самый дальний от меня угол. Я же подняла тетрадку с пола и начала быстро пролистывать страницы, ища нужную.
— Здесь несложно, – через четверть часа произнесла я. Винсент же не проронил за это время ни слова. – Но нужен запас энергии. Моего может и не хватить, но ты ведь маг, магия тоже сойдет, так что..
— Хель, у меня ни капли магии.
Я удивленно посмотрела на Винсента:
— Как так? Ты же учился..
— Учился, – жестко усмехнулся парень. – Смотри.
Он поднял руки, словно собирался хлопнуть в ладоши. С одной ладони на другую проскочила яркая искра. Затем искра поменьше. Затем просто свет. И дымовой след.
— Тебя выжгло.. – Я с ужасом посмотрела на парня. И с не меньшим ужасом поняла, почему каждый раз он мрачнел, когда я смеялась и называла его магом. И поведение его одноклассников стало еще более омерзительным.
— Это была дуэль? – спросила быстрее, чем осознала собственную нетактичность. – Прости, я не должна спрашивать.
— Это была «светлая». – Винсент взъерошил волосы. Я же закусила губу.
«Светлая» – это когда на одного мага в открытую нападают несколько. И бой продолжается до тех пор, пока не закончится магический резерв у одной из сторон. Нетрудно догадаться у которой.
— Ты помнишь дроу, что была со Скамом? Это моя невеста. Точнее, была ею. Безупречно красивая, пламенно-страстная, невероятно умная. А еще хитрая, бездушная, расчетливая. Но я был влюблен и идеализировал ее. Примерно так же сильно, как ты меня сейчас. А она.. она искала лучшей жизни. Сначала со мной. Потом со Скамом. Ослепленный ревностью, я был уверен, что только сила может вернуть мне невесту и собственное уважение. Но Скам никогда не играл по правилам. И вот перед тобой некогда лучший ученик Академии Темных Искусств, вынужденный обучаться проклятиям.
— Но это же подсудное дело!
— Скам – бастард одного влиятельного человека. Очень влиятельного, Хель. Никто не станет свидетельствовать против него. Так что итог сегодняшней дуэли уже предрешен, – пустой взгляд синих глаз. – Но я рад, что могу побыть в такой чудесной компании эти несколько часов до рассвета.
У меня подкосились ноги. Я покачнулась и вцепилась в столешницу. Винсент умрет на рассвете. Сердце пронзила невыносимая боль, а по щекам побежали слезы. Моя ненастоящая любовь выворачивала меня наизнанку.
— Зачем же ты вызвал его?!
— Потому что ты приглянулась ему. Я слишком хорошо знаю Скама. Он теперь не оставит тебя в покое. А если меня не станет, то и интереса к тебе тоже.
— Винсент, это смешно. На адептах Академии Проклятий лежит защита. Он даже тронуть меня не сможет!
— Он найдет способ, поверь. Приворот, проклятие, сила – что угодно, лишь бы отнять тебя у меня.
— Меня у тебя нет, – хмуро ответила я. Винсент лишь скривился в ответ. – Это просто проклятие, мы его снимем, и дело с концом!
— Ты знаешь, что это – проклятие. Я знаю, что это – проклятие. Но все остальные видели, что видели. И для них это любовь. Истинная, – улыбнулся Винсент, смотря на меня с бесконечной печалью.
— Нам стоит обратиться к лорду-директору. – Разумное, в общем-то, предложение. В моем состоянии это практически подвиг.
— Лорд Тьер и так оказал мне огромную услугу, приняв в Академию Проклятий. И его это не касается. Это мое и только мое дело.
Я открыла рот, чтобы возразить и возмутиться – лорд-директор может помочь! Тьер один из немногих людей с такими высокими моральными качествами, каких я почти никогда не видела у аристократов.
— Давай просто попробуем снять проклятие, – устало произнес Руэда, жестом не давая мне разразиться очередной тирадой. – Я не могу видеть твои слезы, пусть даже они неискренние.
Я совершенно некрасиво шмыгнула носом и кивнула.
Оставшуюся часть ночи мы провозились с нашей ненастоящей любовью. Мне было тяжело не то что думать, даже дышать. На рассвете Винсент погибнет. И погибнет из-за ужасной несправедливости. Просто потому, что какому-то выродку посчастливилось иметь ну очень влиятельного отца.
Я часто сбивалась со слов, путала потоки и иногда просто захлебывалась слезами. Мы останавливались, я переводила дыхание, стараясь сосредоточиться на ненависти к Руэде, мы пробовали снова. В конце концов, когда небо уже начало светлеть, перед моими глазами рассыпался сноп золотых искр, означающих успешное снятие проклятия.
Я вздохнула полной грудью и, кажется, впервые трезво посмотрела на Винсента Руэду. Растрепанные волосы, помятая форма, потухший взгляд синих глаз. Он казался бесконечно уставшим, но я не могла не восхититься его невероятной внутренней силой. Он потерял любовь, магию и будущее, но не потерял себя. И готов умереть, только лишь чтобы защитить девчонку, которую знает второй день и случайно проклял. Девчонку, которая, в сущности-то, не представляет для него никакого интереса.
— Мне пора, – негромко произнес Винсент, поднимаясь со стула. Подошел ко мне, внимательно посмотрел и неожиданно тепло улыбнулся: – Ты такая смешная, когда заплаканная. Но пусть это будут последние твои слезы. Договорились?
Винсент хотел еще что-то добавить, но передумал. Вместо этого крепко меня обнял и поцеловал в лоб. А я стояла опустошенная и растерянная и не понимала, что чувствую на самом деле. В животе не порхали бабочки, а в голове не зудела назойливая мысль пуститься в мелкое пакостничество. Я снова была собой, но так и не проронила и слова, когда за Руэдой закрылась дверь.
Внезапно навалилась такая усталость, что я рухнула прямо в одежде на кровать. В голове не было ни единой мысли, а в груди осталась лишь сосущая пустота. Это ощущалось как похмелье или возвращение из бреда лихорадочного жара. Бесконечная слабость и тяжелое осознание реальности. Винсент гордый и упрямый и уж точно не известит лорда-директора о дуэли. А значит, сегодня он погибнет. Почему-то по щекам снова побежали слезы, а сердце пронзила нестерпимая боль.
И дело было не в проклятии. Дело было во мне.
* * *