Антикафе «Чайный час»

Эпилог

Год спустя

– Котик, я дома! – кричу я, скидывая кеды.

В коридоре тут же появляется рыжая мордочка. Кот жалобно мяукает и ластится, выпрашивая еду. Это зрелище каждый раз вызывает смех. Персик – тот еще артист! Я с хохотом подхватываю кота на руки.

– Звала я не тебя, но ты больше всех рад меня видеть. Так ведь? – Я чмокаю кота в лоб и отношу на кухню. – Кто ты у нас сегодня: Персик или Бандит?

Судя по разбросанным по полу игрушкам, второе. Кормлю Персика и быстро убираю последствия его скуки. Денис так и не выходит из своего кабинета. Электронные часы подсказывают, что сегодняшний сеанс затянулся. Прошло уже девять месяцев с начала психотерапии, и я с гордостью могу сказать, что это работает. Нет, Дэн не стал лучшей версией себя через неделю. Даже через месяц не стал. Но тяжесть, лежавшая на его плечах столько лет, наконец-то стала уходить. Надо отдать ему должное: Дэн взял себя в руки. Регулярно ходил на сессии с психотерапевтом, вернулся в компанию к отцу и стал спокойнее. Как море, где после долгой бури воцарился штиль. Не скажу, что это далось легко. Были срывы, ссоры, депрессивные эпизоды. Но Денис старался, как и обещал, и их становилось все меньше.

Проголодался не только Персик – у меня в животе бурчит от голода. Вымыв руки, принимаюсь готовить ужин. Ничего сложного: паста с овощами и курицей в сливочном соусе. Привычный монотонный процесс, который дарит умиротворение.

Из кухонного транса меня вырывает звонок. Уменьшаю мощность на плите, провожу пальцем по экрану, принимая вызов, и прижимаю телефон плечом к уху.

– Привет, пап! Как ты?

– Стася, привет. – Спокойный, но приветливый голос отца вызывает улыбку.

Я давно с ним не виделась. Приезжать в гости я отказывалась, потому что с мамой мы так и не поговорили, а папа никак не мог вырваться в Питер. Или не хотел делать этого без мамы, за что я его не осуждала. Накрыв сковородку крышкой, отхожу от плиты и сажусь на подоконник. За окном все еще светло, и солнце играет мягкими бликами на воде. Вид из нашего окна – настоящее произведение искусства.

– Я-то нормально, ты сама как? Сильно на работе устаешь?

Папа не сильно болтливый, поэтому наши разговоры обычно держатся на мне. Рассказываю, как прошел день на работе. Светлана взяла меня на позицию младшего дизайнера почти сразу, как получила резюме. Она заметила потенциал, и я была безумно ей благодарна. Работа в Highlight оказалась именно тем, что нужно. Сперва мне давали несложные задачки, но постепенно привлекли к более серьезным проектам. Елена по секрету сообщила, что меня собираются повысить. Я никому не говорю, боясь сглазить.

Папа слушает про мой день, вовремя поддакивая и задавая уточняющие вопросы.

– Стась, ты у нас такая молодец. Сегодня видели щит с твоей рекламой, мама… очень впечатлилась. Она… – Понимаю, что папа с осторожностью подбирает слова, и вздыхаю.

– Пап… – предостерегаю.

– Я все знаю, но послушай! – возражает отец, и я слышу в его голосе улыбку. – Я очень горжусь тобой. Моя дочь добилась всего сама. Ты такая талантливая! Мама тоже очень гордится, просто не делится этим. Ты же знаешь, она у нас непростая женщина…

Я тру глаза и поднимаю взгляд в потолок. Эти слова звучали в разговорах уже не раз: «непростая», «пойми», «пойди навстречу»… Я уже даже не злюсь. Осталась лишь бесконечная усталость.

– Я знаю, пап, спасибо. Просто, кажется… Я тоже непростая женщина.

Отец тихо смеется, и я представляю морщинки, лучиками собирающиеся возле его глаз.

– Знаю, пуговка. Я люблю тебя.

– И я тебя люблю, пап. – Мы прощаемся.

Иногда я думаю о маме. Пытаюсь понять, что пошло не так и как можно все исправить. Но вывод всегда неизменен: мама – взрослый человек, который сам принимает решения. Остается лишь с ними смириться. Персик тычется носом мне в ногу, и я отстраненно чешу его за ушком. Удивительно, как в животных порой бывает больше эмпатии, чем в людях.

Погруженная в мысли, я заканчиваю готовить ужин. Денис долго не выходит из кабинета, что тревожит.

– Пойдем проверим, как там твой папа? – говорю я коту, но он лежит, развалившись на полу после ужина, и никуда вставать не собирается.

Тихонько подхожу к закрытой двери и прислушиваюсь. В кабинете не слышно разговоров, и я заглядываю туда. Денис сидит за столом и напряженно смотрит в экран. Дверь скрипит, выдавая мое присутствие, и Дэн сразу же вскидывает голову. Выражение лица смягчается, а губы растягиваются в улыбку. Верхние пуговицы на рубашке расстегнуты, а волосы слегка растрепаны. Он вновь заставляет меня думать, что я никогда не встречала никого красивее.

– Заходи, малыш, мы уже все. – Денис захлопывает крышку ноутбука и отодвигает подальше.

Я торопливо захожу, бросаю свой телефон на стол и проскальзываю к Денису на колени. Он сразу же целует меня, обняв за талию. Родной запах окутывает, даря одновременно радость и спокойствие. Чувствую на губах его улыбку и не могу сдержать свою.

– Привет, – тихо говорю я и кладу голову Денису на плечо.

– Привет, малыш, – усмехается он в ответ, гладя меня по спине.

– Как прошла сессия? Ты сегодня долго. – В голос невольно пробирается тревога.

Дэн чутко улавливает это и целует меня в макушку.

– Все хорошо. Просто после сеанса открыл рабочую почту и застрял…

Я киваю, понимая, как это бывает. Кажется, только открыл одно письмо, а на самом деле провел за просмотром почты целый час. Настоящая черная дыра. Денис быстро занял должность заместителя директора, что ни для кого не стало сюрпризом, а потому работы у него всегда много. Мне часто приходится напоминать ему о важности соблюдения баланса между отдыхом и работой.

– Как прошел твой день?

Я делюсь новостями о коллегах, новом заказе, который получило агентство, а еще упоминаю звонок папы. Заставляю себя звучать спокойно, будто меня совсем не трогает, что мама на год полностью исчезла из моей жизни. Вот только Дениса не обманешь. Кого угодно, только не его.

– Она любит тебя. Просто ей нужно время, чтобы пересилить свое эго. – Дэн нежно потирает мои руки. Мы обсуждали это уже миллион раз. Было сказано все, что только можно сказать.

– Знаю, – киваю я и утыкаюсь носом ему в шею, прячась от проблем. Не хочется продолжать мусолить тему моих неудавшихся отношений с мамой, и я ловко ее меняю: – А как твой день? Как дела у Алексея Михайловича?

– Алексей Михайлович в добром здравии назло Лизе, – смеется Денис, вспоминая старую шутку. – Дел, как обычно, до…