Антикафе «Чайный час»

Глава 12

Утро пришло неожиданно. Я с трудом разлепила глаза, и на меня тут же обрушилось ощущение, будто меня переехали катком, причем не единожды. На удивление яркий свет, льющийся из окна, резал глаза, и я зажмурилась. Голова гудела, а конечности не сразу отзывались. Только с большим усилием воли я перевернулась на спину. Все-таки уговорив себя открыть глаза, я оглядела комнату и поняла, что не представляла, где находилась. Помещение было залито лучами того редкого холодного солнца, которое выглядывало в Питере зимой. Оно почти никогда не грело, но дарило надежду, что зима не будет длиться вечно. На белых стенах напротив кровати висели черно-белые постеры с городскими пейзажами и книжные полки, которые держались на честном слове, едва не прогибаясь от количества нагроможденных книг. В углу около окна стояло большое кресло, в котором легко было представить себя с очередным романом. Комната была аккуратной и просторной, но абсолютно незнакомой.

От осознания этого факта меня затопило волной страха, и я резко села на широкой постели. Это было ошибкой. Меня замутило, и я тут же схватилась одной рукой за раскалывающуюся голову, а другой – подхватила одеяло, ведь обнаружила, что спала голой.

– Ай-ай-ай, – запричитала я, с трудом удерживая содержимое желудка внутри. Разговоры про ужаснейшее похмелье всегда казались всего лишь преувеличением. Но, как показала практика, все зависело от того, сколько ты накануне выпил.

Когда голова перестала кружиться, я потерла глаза и покопалась в памяти. Прошлый вечер обрывался после первого сета настоек. Потом – сплошные пробелы и отрывочные кусочки, словно пазл, рассыпавшийся на ковре. Память отказывалась сотрудничать и давать хоть какие-то подсказки о том, что я натворила и где находилась. Мысль, что я проснулась непонятно где, да еще и абсолютно без одежды, вызывала волну тревоги. Единственным фактором, сдерживающим мое отчаяние, было осознание, что от этого стало бы только хуже. «Надо найти свою одежду…» – в голове зашевелилась первая за утро здравая мысль, а я шевелиться все еще не могла и не хотела.

Душевные терзания прервал знакомый смешок, я почувствовала резкое облегчение и такой же резкий стыд. О нет!

– Проснись и пой, красавица. – Денис стоял в дверном проеме в футболке и серых спортивных штанах. От этого зрелища я невольно сглотнула и заставила себя не опускать глаз.

Вспомнив, в каком положении находилась, я покрепче прижала к себе одеяло и потупилась. Может, накрыться с головой и сделать вид, что меня здесь нет? Я определенно иначе представляла момент, когда впервые окажусь с Денисом наедине голой…

– У нас что-то было? – замогильным голосом спросила я, стыдясь поднять взгляд. В ожидании ответа сердце бешено колотилось.

Дэн долго молчал. Не выдержав, я подняла голову. В серых глазах плескались непривычное веселье и вызов.

– Если ты называешь свои неуклюжие попытки меня соблазнить «чем-то», то да, у нас определенно что-то было. – Я облегченно вздохнула, а Денис засмеялся и подошел к кровати, протягивая стакан воды: – Пей и пойдем позавтракаем, пока ты мне всю кровать не заблевала.

Я едва не поперхнулась водой. Лицо загорелось, и даже без зеркала было ясно, что оно стало красным как рак. «Никогда в жизни не буду больше столько пить!» Наблюдая за мной, Дэн с неожиданной нежностью убрал мои волосы за ухо и улыбнулся. Ничего не говоря, он направился к двери, но я его окликнула.

– Что? Хочешь все-таки продолжить ночные попытки? – Его улыбка превратилась в слегка хищный оскал.

От вопроса, который я собиралась задать, впору было провалиться под землю. Но выбора не было.

– Дэн, а где моя одежда?

Он смотрел на меня пару секунд, а потом прыснул от смеха. Мой потерянный вид, казалось, был самой смешной вещью в его жизни.

– На кресле, ты настойчиво просила не мять твое платье, и я его сложил. – Денис подмигнул и снова пошел в сторону двери. – Одевайся быстрее, от еды станет лучше, обещаю.

От неловкости и смущения желание исчезнуть достигло максимума. Быстро натянув свои вещи, я посмотрела в зеркало шкафа и обнаружила, что выглядела не так уж плохо. Не знаю, как это произошло, но похоже, ночью я смыла всю косметику, потому что под глазами не было черных разводов туши. Несколько движений, и кошмар на голове приобрел более-менее нормальный вид. Лицо было уставшим и слегка опухшим, но вполне приличным. У меня не было комплексов, и я спокойно порой выходила из дома без макияжа, поэтому на кухне появилась с высоко поднятой головой. Падать ниже было некуда, оставалось двигаться лишь в одном направлении – вверх.

Выйдя из комнаты, я жадно осмотрела квартиру. Было ясно: она стоила больше, чем сумма, которую я вообще могла представить. Потому внутри жгло любопытство. Комната примыкала к большой гостиной, посередине которой размещался диван, а напротив него – внушительных размеров плазма. Тут царил такой же минимализм, как и в спальне: светлые стены и немногочисленная мебель. На стеллаже были разложены книги и стояли несколько рамок с фотографиями, но людей на них я рассмотреть не успела. После похода в ванную, которая оказалась просторнее моей раза в три, я побрела на негромкие звуки музыки.

Денис стоял ко мне спиной и ждал, пока кофемашина закончит варить кофе. Кухня была воплощением мечты любой домохозяйки: много места, широкие кухонные поверхности и куча техники, которая едва ли не сверкала. На столе я заметила тарелки с сырниками, а от аромата кофе на глаза едва не навернулись слезы – это лекарство мне было срочно необходимо.

– Ты умеешь готовить? – спросила я, чтобы сказать хоть что-то, присаживаясь на один из стульев. Сквозь занавески лился солнечный свет, и я машинально подставила ему лицо, словно подсолнух, который всегда тянулся за солнцем.

Денис поставил передо мной чашку, и, открыв глаза, я поймала на себе его теплый взгляд. Но он быстро опустил глаза, и я решила, что мне эта нежность лишь привиделась.

– Я умею заказывать доставку. – Дэн снова усмехнулся. Эта ухмылка выдавала неловкость, ведь такая маска была привычной, и я научилась ее узнавать.