Страница 59 из 100
Зелёная пыль! От неё умирают, если слишком долго используют. Сколько дней Равиой получала эту проклятую пыль? Можно её исцелить или я безнадёжно опоздала?
Она приходила ко мне, когда пласты её разорванного времени совмещались с моими. Но, как она говорила, каждый раз мы живём, как в самый первый. От моего выбора и моих действий зависит наше будущее. И что, если я уже опоздала, Равиой умрёт или получит необратимые повреждения мозга из-за проклятой пыли?!
Мне было страшно. Так страшно, что слов найти для описания своего ужаса я не могла. Каждый раз, – каждый! – когда я думала, что уже всё, хуже не будет, жизнь макала меня головой в лужу: будет, ещё как будет, рано радовалась!
Потому что я, кажется, начала понимать, с какого конца следует искать выход. И понимание мне очень не понравилось!
***
Мне повезло. Просто невероятно, космически, нереально повезло: на посту дежурного врача я наткнулась на самого доктора Зимавта! Он не выглядел выдернутым из постели к какому-нибудь сложному случаю. Аккуратный, подтянутый, в меру бодрый, удивительно даже. Как будто нарочно меня ждал.
Впрочем, не удивлюсь. Если Зимавт паранормал, и хорошо своей паранормой владеет, то очень даже мог провидеть всю сегодняшнюю ночь…
– Камнеломке следует вернуться в постель, – невозмутимо сказал он, ничуть не удивившись моему появлению.
Я соединила кончики пальцев, выдохнула. Как бы ни хотелось мне сходу начать орать, я понимала, что поступать так нельзя. Меня не услышат. Хуже того, отвесят порцию успокоительного. И пока я буду лежать в больничной койке бревно бревном Равиой, могут куда-нибудь перевести. Куда-нибудь туда, где я её ни в жизнь не найду. Где она умрёт. И я останусь запертой в разорванном времени навсегда. Темнодар ведь пропал с концами! А другой Тени для меня сюда не подвезли.
– В одной из палат лежит сестра Камнеломки, – сказала я, стараясь пропустить дрожь в свой голос. – Сестра пропала, а вот теперь нашлась. Доктор Зимавт…
Врач поднял ладонь, показывая, что меня понял, и не надо ему здесь орать. Я стиснула зубы, сжала кулаки. Я не буду орать! Только помогите мне, пожалуйста, доктор. Спасите Равиой! Если и может кто-нибудь вытащить меня из разорванного времени, то только она.
Доктор поднялся из-за стола, кивнул мне:
– Надо посмотреть.
От надежды можно умереть, подумалось мне. Слишком резкое и сильное переживание. Сердце колотилось как сумасшедшее. А вдруг! Вдруг случится чудо?!
Как-то же Равиой выжила. Как-то же она ходила по разорванным временам как к себе домой!
Доктор Зимавт вошёл в палату, я указала ему на нужную койку. Но он смотрел слишком уж недолго. Даже не прикоснулся. Никакого лечения не будет, поняла я. Совсем.
Зимавт кивнул мне на дверь. Я послушно вышла, он вышел тоже.
– Разговор не для коридора, – сказал доктор печально и строго. – Но, если коротко, сестра Камнеломки жить не будет.
– Потому что её накачали зелёной пылью? – спросила я с горечью. – Вместо того, чтобы нормально лечить!
– Зелёная пыль, – мягко выговорил доктор, – облегчает страдания. Не каждого больного можно вылечить, но дать избавление от боли необходимо каждому.
У меня волосы зашевелились сами собой от ужаса. Я вспомнила паранормальное восприятие смерти, висящей над каждый телом в той жуткой палате. Расширенное зрение и сейчас показывало ровно ту же картину, стены ему не помеха. Да, лежавшие внутри той палаты от боли избавлены. Но и от жизни тоже…
– Сестра может выжить, – непреклонно заявила я. – Надо спасти!
– Однорукой и одноногой девушке непросто жить в мире, безжалостном к слабости, – сказал доктор. – Если не достаёт духа на подобную жизнь, человек начинает наносить вред себе и всем, кто его окружает. Зелёная пыль стала необходимостью, а не намеренно нанесённым злом.
Он пошёл по коридору, я побежала следом. Что же мне делать, что… Заорать? Ударить? Убить себя головой об угол? Отчаяние переполняло меня. Здесь же не Федерация, чёрные дыры в полосочку! Это у нас можно клонировать руку, ногу, да хоть голову, если мозг сохранился в жестяной баночке! Ладно, про мозг и голову – перебор, не делают ничего подобного и у нас, но остальное-то! А здесь…
Равиой впала в отчаяние. Я не знаю, что она творила, придя в себя и осознав весь ужас своего состояния. Но доктора впечатлились. И успокоили её зелёной пылью. Им так было проще, не могу осуждать, но, но, но, но!
Но это же
Равиой
!
***
Доктор Зимавт привёл меня в свой кабинет. Мягко зажглись при его появлении напольные лампы. Жестом врач велел мне сесть на стул, сам устроился за столиком.
– Случай у сестры Камнеломки безнадёжный, – непреклонно сказал он.
Я поняла, что вписываться за таммеотскую принцессу паранормально добрый доктор Зимавт не станет в принципе. Ему его жизнь ещё дорога. Безнадёжный случай – не тот диагноз, при котором врач может позволить себе лезть в паранормальную коррекцию. Это – смерть с гарантией. И для пациента, и для целителя.
– Остаётся исключительно паллиатив, – продолжал Зимавт. – Шансов мало.
– Но шансы есть, – заявила я. – Не так ли?
– Надо, чтобы Камнеломка понимала хорошо, – сочувственно выговорил доктор Зимавт. – Лечение не будет простым и спокойным. И оно не будет дешёвым.
– Сколько? – спросила я. – Сколько нужно? На всё.
– Нужны непростые, редкие лекарства, – тихо сказал доктор. – Нужна отдельная палата. Нужен присмотр. Вывод пациента из-под зелёной пыли всегда идёт неровно и сложно. Нужен уход. Камнеломка – хороший человек, но, прежде всего, человек небогатый. Камнеломке не поднять лечение сестры даже в самой малой его части. Проще дать бедной девочке дожить в забвении. Не так уж долго и осталось…
– Нет! – крикнула я, беспощадная правда в словах врача резала меня без наркоза. – Ни за что!
– Но где же Камнеломка возьмёт необходимую сумму?
– Это уже не забота доктора Зимавта, – отрезала я, чувствуя, как разгорается в сердце ледяной огонь.
Я
знала
, где я возьму деньги на лечение Равиой. Знала.
– Тогда пускай Камнеломка принесёт для начала задаток, – доктор назвал сумму, и я бы поразилась её размеру, но размер уже не имел никакого значения.
Главным сейчас было спасти Равиой.
– Иногда пределы Верхнего Города соприкасаются с пределами Нижнего, – извиняющимся голосом пояснил доктор Зимавт. – Чаще, чем принято думать. Ходящие по грани… ловят момент. Но и берут за услуги много. Часть лекарств придётся брать там.