Сестра Огня 3

Я еле выжила тогда, я помнила. Что спасло, не берусь даже гадать. Чудо, случайность, не больше. Спасибо брату Ану за науку. Он словно предвидел. Дал мне именно то, что помогало здесь драться. Паранормальная интуиция? Скорее, прямое ясновидение, как у целителей, только мощнее, мой брат как паранормал очень силён. Да ведь мама его, тётя Йеллен, тоже не слабенькая. У них это семейное, одним словом. Мне бы подобный взгляд, способный пронзать насквозь не только простое время, но и разорванное тоже!

– Твои противники испытали на себе все прелести тюремного содержания, да ещё и получили по шеям от предыдущего бойца, – спокойно пояснил враг. – А вот чего ты стоишь против равных?

– Ты о чём? – мне не нравились его слова.

– О том, что, как я уже говорил, слабаки мне в напарниках ни к чему.

По его знаку из-за его спины выдвинулись двое, нивикиец и тавконойса, оба широкоплечие и поперёк себя шире, но не от жира, а от мышечной мощи. Нивикиец к тому же двигался совершенно бесшумно. Его копыта не создавали характерного цокота. Обернул тканью? Или специальные шумогасящие подковы заказал?

– Разбирайтесь тут сами, мне недосуг, – лениво выговорил враг. Победитель получит награду, – он вынул из-за пазухи увесистый мешочек и кинул его наземь.

Мешочек упал глухо, как будто внутри находилось что-то мягкое. Если бы деньги – а деньгами здесь являлись кусочки золота, серебра и синеватой кости (самый дорогой номинал!) – звук от падения был бы другой...

– Покажется мало,

человек

, приходи на Арену и спроси там Фоургаля! Что-нибудь придумаем. Только не вздумай сдохнуть сейчас, я на тебя поставил!

И пошёл вниз, подлец! Насвистывая какую-то песенку и отмахивая такт рукой. А двое громил синхронно шагнули ко мне. Сверкнули на солнце их клинки – что-то вроде короткого меча или длинного ножа. Огнестрела нет, хорошо. Разума нет, вот что плохо. В их зрачках отражалось сумеречное небо: расширены до предела. Накачались какой-то дрянью. И в чём тогда справедливость?

Одурманенный боевым коктейлем воин очень силён и быстр, но у него затуманен разум. Это я уже проходила с Белоголовыми!

Мне вдруг вспомнилось, как дамийк Тихоречка расправился с одним из врагов: попросту отступил в сторону, и тот улетел в пропасть. Крик его вспомнился настолько живо и ярко, будто прозвучал только что. А в следующий миг я уже уходила от удара, едва успев развернуть на полную длину шест.

Ненавижу! Как же я ненавижу драться! Почти так же, как убивать. Удар, блок, удар, уход перекатом в сторону, ещё удар. Я пятилась к парапету, ни на миг не забывая, что лететь вниз впереди собственного визга придётся долго, и полновесный шлепок тело о воду сюда донесётся очень не скоро. И уж лучше они, чем я. Им явно хочется.

Головорезы шли на меня как два танка. Под их кулаки лучше не подставляться. И нельзя позволить им зажать меня с двух сторон. Я тогда ничего не сделаю вообще! Даже паранорма не поможет, её ещё развернуть надо успеть.

Но я совсем забыла про копыта! Эволюция подарила нивикийцам отличное умение лягаться, а боевые искусства это умение вывели на запредельную высоту.

Пропущенный удар копытом в солнечное сплетение порвал бы меня напополам, и я не шучу, если бы не паранорма. Плевать на слова другой Равиой. Меня убивают. Я буду использовать всё, что поможет мне выжить! Выстроить подобие щита удалось лишь в самый последний момент, всё же как паранормал я была не в форме. Проклятые Врата! Высосали из меня всё до последней капли, ненавижу!

Возвратным движением шеста я зарядила нападавшему по шее. Паранормальный выхлест получился слабеньким, вдобавок я промахнулась и угодила в висок, но так тоже неплохо вышло. Нивикиец умер ещё до того, как свалился с ног. При падении грохнулся лицом вниз, что не добавило ему красоты, перекатился и уставился слепыми мёртвыми глазами в небо.

По его щекам потянулись дорожки слёз, тёмные в оранжевом свете вечерних фонарей. Меня ударило паранормальным восприятием его распадающейся ауры, ослепило и выкрутило болью. Когда умирает кто-то на твоих глазах это всегда безумно больно, я никак не могла к этому привыкнуть.

Второй молча бросился на меня, мстить за приятеля. Так бы я и пропала, ни за что ни про что, но невесть откуда взявшийся Уголок подсунулся под ноги нападавшему. А дальше моё тело сделало всё само: захват, бросок через плечо, и – в пропасть.

Я оперлась о парапет. Несмотря на щит, попало мне знатно. Я заново училась дышать, даже не пытаясь остановить катящиеся по щекам слёзы. Снизу дохнуло болью чужой смерти, скрутило, выжало, и отпустило не сразу. Я никогда не привыкну к этим смертям. Никогда! И однажды отсутствие подобной привычки лишит меня жизни…

Фоургаль, он сказал. Не помню, как его звали раньше, но, по-моему, не так, по-другому. Когда мой Томпаль лишил его имени, имя сразу как будто стёрлось из мира, будто его никогда не существовало. Потому-то я и не запомнила.

Да какая разница! Самое страшное, что Фоургаль или как его там, не собирался именно убивать меня. Он на меня поставил в споре. Наверняка, много выиграл. Про бои, ставки и проигрыши с выигрышами я читала в нивикийских книгах неоднократно. Подобный азарт составлял изрядную часть их жизни. И Фоургаль прекрасно вписался. Арена, он говорил. Боги глубокого космоса, ещё и Арена.

Какая же мерзкая шароглазая сволочь! Мало мы их били тридцать лет тому назад!

Я сложила шест и прицепила его на пояс. Пора приходить в себя. Как же больно, до сих пор искры из глаз вперемешку со слезами. Это не дружеский спарринг и не испытание, меня действительно убивали. Ненавижу! Домой хочу!

Уголок прошествовал по моей руке и устроился на плече. Он умел быть незаметным, но умел и действовать, когда считал нужным. Я накрыла его ладонью. Молодец. Помог, чем смог. Ценю. Ответом ко мне пришла волна тепла и любви. Чужое создание, абсолютно чуждое моей расе, а вот ведь, сопереживает…

Воздух разорвал синхронный перестук копыт по мостовой. Он не сулил ничего хорошего, и я обозлилась: опять драться? Да сколько же можно. Я с трудом разогнулась, мне по-прежнему не хватало дыхания. Уголок на плече мысленно вздохнул, почти по-человечески. Ему не хватало энергии, свободный запас он потратил на подножку нападавшему.Теперь кристалл перешёл в пониженный энергорежим и мог лишь отсиживаться на моем плече, не больше. Жаль, но что сделаешь. Сама без сил.

В следующий миг вокруг сразу стало слишком много копытного народу. В форме и при оружии. Бежать бессмысленно, разве только головой в пропасть. Раньше надо было убегать! Я промедлила, и поплатилась.