Страница 32 из 69
Глава 22
Я переодевалась в ванной торопливо, вздрагивая от каждого звука.
Скрип половицы в коридоре. Далёкие шаги. Хлопок двери где-то в глубине замка. Каждый звук заставлял меня замирать с поднятой рукой или с платьем, зажатым в пальцах до побеления костяшек. Каждый раз несколько секунд я просто стояла и прислушивалась, пока сердце не переставало колотиться в горле, и не приходило осознание, что на меня больше никто не нападёт.
Я натянула первое попавшееся тёмно-зелёное платье из шкафа, с простым кроем и без корсета, коим меня мучили последние два дня. Платье оказалось немного велико в плечах, но мне было глубоко наплевать на это. Главное, что оно закрывало всё то, что должно было быть закрыто. Я больше не желала ловить на себя раздевающие взгляды Кириана.
Вспомнив об этом несносном драконе, я заскрипела зубами. Сказать, что он меня раздражал, ничего не сказать. Самоуверенный. Наглый. Уверенный в том, что любая женщина должна лежать у его ног и с восторгом заглядывать в его лицо.
Вот только я не любая. И в этих политических играх и дворцовых интригах я участвовать на собиралась. Я уже ждала момента, когда покину этот замок. Конечно, я не знала, что меня ждёт за его пределами, но в любом случае, я попытаюсь там устроиться и начать жизнь с чистого листа. Там, где меня не будут считать гадюкой-редкостной и смотреть со страхом и презрением.
Я вышла из ванной, полная решимости как можно скорее уехать отсюда. И едва не столкнулась с Таэном, который стоял под дверью в ванную комнату.
Я ахнула, отшатнулась назад, схватившись рукой за дверной косяк. Мужчина стоял, привалившись плечом к стене, в своей привычной расслабленной позе. Вот только с каждым мгновением нашего знакомства мне всё больше и больше хотелось сравнить его с пантерой. Нарочито расслабленной, но готовой разорвать на части уже в следующее мгновение.
— Кириан велел проводить тебя в допросную, — сказал он, охватывая меня своим медовым взглядом с ног до головы.
Я выдохнула и прижала ладони к груди, где испуганной птицей сердце рвалось прочь.
— Мог бы предупредить, что будешь здесь стоять. Ты меня напугал.
— Мог бы, — согласился он равнодушно.
И почему-то его равнодушие больно царапнуло меня.
Таэн оттолкнулся от стены и сделал шаг в мою сторону. Я подавила в себе желание отшатнуться и скрыться в ванной вновь. Надоело, что здесь все пытаются меня зажать и схватить, будто я переходящий из рук в руки трофей.
Таэн подошёл ко мне вплотную. Я проследила, куда направлен его взгляд и осознала, что мужчина смотрит на мои запястья, на которых темнели отметины.
Синяки от захвата Адриана. Один маленьким, другой — сплошным пятном. Кожа вокруг них была натёртой и красноватой. Я даже не почувствовала их, слишком была занята собственными переживаниями.
Таэн взял мою руку. Горячие пальцы обхватили запястье осторожно, повернули ладонью вверх. На его лице я увидела злость, которая исказила черты до неузнаваемости. Я сглотнула и замерла.
Почему он злится? На меня или на того, кто причинил мне боль?
Ответ я не находила.
Из кармана появился знакомый пузырёк. Таэн открыл его одной рукой, нанёс мазь кончиком пальца на покрасневшую кожу. Медленно. Аккуратно. Точно так же, как делал это с ожогами, с той же сосредоточенной бережностью, которая не вязалась с его обычной ленивой насмешкой.
Я смотрела на его склонённую голову, на длинные ресницы и ровный нос. Мой взгляд сам собой скользнул на упрямо поджатые губы. И я вспомнила, что всерьёз размышляла над тем, чтобы его поцеловать.
Щёки немедленно запылали от стыда.
Какой позор! Что вообще со мной происходит? Ладно бы Кириан. Там метка истинности и тягу к нему можно объяснить. Но Таэн? Почему стоит ему только появиться рядом, как у меня все мысли становятся спутанными и колени подгибаются?
Таэн поднял на меня взгляд. Медовые глаза встретились с моими, и уголок рта дрогнул. Он что-то увидел на моём лице. Что-то достаточно красноречивое, потому что улыбка стала чуть шире и чуть загадочнее.
— Ты покраснела, — произнёс он с каким-то особым удовольствием.
— Тут очень жарко, — ответила я слишком быстро и вспыхнула ещё сильнее.
— Конечно. Очень жарко, — лёгкая насмешка в голосе почему-то щекотными мурашками прошла от затылка до пят.
Он убрал пузырёк в карман, но руку не выпустил. Вместо этого чуть шагнул вперёд, большим пальцем провёл по запястью. Я не отступила, хотя следовало бы. Просто стояла и смотрела, как он наклоняет голову. В его медовые глаза, которые горели странным блеском. Его щека медленно прижалась к моему виску. Меня опалило такой волной жара, что с губ чуть не сорвался стон.
— Он целовал тебя? — спросил мужчина с хрипом в голосе.
В его голосе было что-то острое, живое. Я хлопнула глазами. Потом ещё и ещё раз. Потом отстранилась, чтобы заглянуть в красивое лицо, на котором ходили желваки.
— Прости? — шепнула я.
Он не повторил. Смотрел на меня.
— Это, — я попыталась найти нужные слова и не находила, потому что от близости этого мужчины и его запаха мысли разбегались в стороны, — это странный вопрос. Не понимаю, к чему ты клонишь и зачем суёшь нос в то, что тебя не касается. Мои отношения с мужем, — это слово далось мне с усилием, — касаются только нас двоих.
Что-то изменилось в его лице.
Медленно, почти незаметно. Будто кто-то провёл рукой по поверхности воды, искажая изображение. Мужчина будто закрылся, стал ледяным.
Он убрал руку и спрятал пузырёк с мазью обратно в карман.
— Следуй за мной, — произнёс он ровно.
Развернулся и пошёл на выход из комнаты. Я смотрела ему в спину секунду. Что-то неприятное укусило изнутри. Ощущение, что я сказала что-то не то. Что-то, чего не следовало.
Я пошла следом за мужчиной, нервно сминая пальцами юбку платья. Я смотрела в его широкую спину, на разворот плеч и чувствовала странное тепло в груди.
Коридоры становились всё уже и темнее. Мы спускались по многочисленным лестницам, а я едва успевала за Таэном, который и не думал сбавлять шаг. Я цеплялась пальцами за поручни и радовалась, что надела обувь на плоской подошве, а иначе бы давно полетела вниз.
Подвал встретил меня холодом и запахом сырого камня. Коридор здесь был узким, с редкими факелами на стенах, свет от которых не разгонял темноту, а только очерчивал её границы. Здесь было страшнее, чем в любом фильме ужасов. У меня возникло непреодолимое желание оказаться как можно ближе к мужчине и прижаться к его спине, прячась от этого ужаса.