Страница 86 из 93
Еремеев довольно развалился в кресле, приказчик уселся за высокий стол, достал бумагу и пододвинул ближе чернильницу. Купец медленно начал перечислять чего и сколько он хочет. Я задавала уточняющие вопросы, а Григорий Потапыч записывал, поскрипывая пером.
— И бланки для конторы, правильно вы сказали, — в завершение сказал Еремеев. — Чтоб тоже с особой завитушкой и надписью «Контора трактирных заведений Трофима Кузьмича Еремеева». Чтоб кому на стол ложится — он сразу понимал, что не простая это бумага.
— Что же, Трофим Кузьмич, — я подытожила. — Задача непростая, но типография Лерхен будет рада за нее взяться. Срок сдачи мак.. образцов на выбор, скажем, к понедельнику, крайний срок — к среде. А как с ними определимся, так сразу и в печать возьмем.
Мы подписали с обеих сторон лист заказа.
— Теперь оплата, — сказала я.
Еремеев усмехнулся. У меня не было времени и сил на хождение вокруг да около.
— Сто восемьдесят рублей серебром за весь первый заказ, — сказал Еремеев.
— А предложенные ранее вами бумага и дрова? — спросила я.
Он довольно хмыкнул. Кажется, вопрос ему понравился.
— Включим в счет этих ста восьмидесяти: бумаги на сорок рублей, дров березовых сухих на двенадцать рублей.
То есть сто восемьдесят минус пятьдесят два. Все равно хорошая сумма. Но деньги мне нужны сейчас.
— Пятьдесят рублей задатком сегодня, — сказала я. — Бумага и дрова отдельной строкой. Остальное — по сдаче заказа частями, согласно принятым тиражам.
Еремеев покачал головой:
— Умеете вы торговаться, Варвара Федоровна. Как вы ловко меня в прошлый раз уговорили, когда я сдуру чуть не отказался от ваших листков, — он встал и отошел к секретеру в углу. — Но пятьдесят так пятьдесят. Григорий Потапыч, внеси в бумагу.
Домой я вернулась с жутчайшей головной болью, усталостью, будто по мне пробежало стадо слонов. И мысль о том, сколько всего мне еще стоило сделать, наводила уныние.
Я успела только переодеться и поесть, когда раздался звоночек у входной двери.
— Дуня, проводи поручика в кабинет, — распорядилась я, допивая взвар.
Кормилица убежала в коридор, да только гостем оказался не Градский, которого я ожидала. Это был Григорий Иванович. Тот самый врач, с которым я имела честь видеться на балу.
— Доброго здоровья, Варвара Федоровна, — с коротким поклоном сказал он. — Алексей Дмитриевич просил меня осмотреть Федора Ивановича и, если позволите, составить краткое свидетельство о его нынешнем состоянии.