Страница 37 из 93
Софья кивнула мне, а сама отошла. Видимо, поздороваться с кем-то еще. Ко мне же приблизилась дородная дама неопределенных лет в тяжелом темном бархате. Ее наряд кричал о деньгах, а взгляд был цепким, оценивающим.
— Супруга купца Мамонтова, — представилась она. — Это ваши листки для трактиров Еремеева давеча по городу висели?
— Наши, сударыня, — ответила я.
— Интересно сделано. Мой супруг глядел-глядел, а потом говорит: «Пустого места многовато, а глаз цепляется», — заметила она, а я внутренне торжествую: ну говорила же, что будут работать. — Если нам для мануфактуры понадобится, возьметесь?
— С превеликим удовольствием, — сдержанно кивнула и мысленно потерла руки. — Типография работает исправно, будем рады заказу.
Купчиха кивнула одобрительно и отошла. Первая победа, первая галочка.
Но спокойствие длилось недолго. Ко мне подплыла сухонькая дама в летах, с тонко поджатыми губами и улыбкой, от которой веяло ядом.
— Баронесса, какая радость видеть вас в добром здравии, — пропела она. — А ведь ваш дядюшка, Карл Иванович, буквально вчера говорил, что вы от слез света белого не видите, того и гляди сами сляжете.
Я мысленно досчитала до трех и осторожно вдохнула — корсет не позволял сделать этого глубоко, но даже этого хватило, чтобы взять себя в руки.
— Карл Иванович обладает редким даром преувеличивать от чрезмерной любви ко мне, — спокойно, глядя ей прямо в глаза, ответила я. — Папеньке лучше, дела типографии не терпят отлагательств, а слезами горю не поможешь.
— Неужто, вы сами занялись делами, баронесса? — спросила она, не сводя взгляда с коробки. — Не тяжело ли для юной девицы?
— В трудные времена приходится находить в себе силы, сударыня, чтобы дело отца жило и могло быть полезно обществу, — осторожно, с легкой улыбкой ответила я.
Дама еще больше поджала свои губы, махнула веером, но книжечку все же взяла. Раз уж даже у губернаторши есть.
Я выдохнула, поискала глазами Софью, но не нашла. Зато заметила, что несколько дам, стоявших у окна, перешептываются, время от времени поглядывая на меня. Хочется надеяться, что они обсуждают книжечки, а не платье прошлогоднего фасона. Я решила, что лучше всего сейчас уйти в бальную залу, сделала шаг к двери и едва не упала.
Словно чертик из табакерки передо мной появился сам Карл. В своем фраке он выглядел чинно и высокомерно. Его и так вытянутое лицо вытянулось еще больше от изумления, которое быстро сменилось холодной яростью.