Страница 238 из 284
Глава 127
Взирать на настоящее с удовлетворением и предвкушать будущее с оптимизмом.
Калвин Кулидж, 1928
Двадцатые годы XIX века – это десятилетие, когда непостижимый ужас сменяется призрачной надеждой на будущее, раздувается до иррационального восторга, а затем срывается в бездну всепоглощающего страха. Десятилетие начинается с испанского гриппа и болезненно шаткого Версальского договора, а заканчивается «черным вторником» и ликвидацией фондового рынка.
В своем последнем обращении «О положении страны», спустя месяц после выборов 1928 года, уходящий президент США Калвин Кулидж размышляет о силе и ясности, если не о красоте, экономики США. Герберт Гувер только что избран 31-м президентом, но Кулидж не намерен упускать последнюю возможность воспеть собственные заслуги. Его сила, сила Америки – это его политика.
Довольство! Спокойствие! Гармония! Свобода от трудовых споров!
Кулидж словно пожимает самому себе руку за успехи во внешней политике.
Мир. Добрая воля. Взаимопонимание. Явная дружба
. «Потребности существования вышли за пределы необходимости в область роскоши», – говорит он. Мир во всем мире и финансовое процветание – эти два столпа демократии. Прочный фундамент для американской мечты. «Никогда прежде Конгресс Соединенных Штатов, оценивая положение страны, не видел перед собой более радужных перспектив, чем те, что открываются ныне», – говорит он. Никогда в истории американской политики не было произнесено более печально известных «знаменитых последних слов».
Девять месяцев спустя тотальная распродажа на фондовом рынке США в «черный вторник», 29 октября 1929 года, становится одним из самых разрушительных дней в истории человечества. Это хуже всего, что кому-либо доводилось видеть. Ужасающее зрелище. Неописуемое. Большинство компаний – «голубых фишек» – закрывают день, сохранив лишь треть от своей утренней стоимости, и это если им повезет. Определяющая черта этого краха, согласно канадско-американскому экономисту Джону Кеннету Гэлбрейту, состоит в том, что ситуация становится только хуже. Каждый час и каждый день людям кажется, что рухнувший рынок наконец нащупал дно, но он проваливается все глубже.
Последствия для экономики США разрушительны. И долгосрочны. Валовой внутренний продукт США сокращается на треть. Безработица раздувается до огромных масштабов. Даже десять лет спустя 20 % американцев все еще остаются без работы.