Страница 50 из 59
Глава 41. Час расплаты
Утро нового дня принесло не спокойствие, а вязкое, липкое напряжение. Заседание совета директоров, которое должно было стать моментом триумфа для Глеба, теперь грозило обернуться его полным крахом. Эмир, Олег и их союзники заняли свои позиции, готовые нанести решающий удар.
Зал заседаний выглядел буднично: длинный стол с потёртой полировкой, стулья, расставленные без особого порядка, проектор, забытый на подоконнике. Присутствовали члены совета — кто‑то листал документы, кто‑то нервно постукивал ручкой по столу, — юристы, представители службы безопасности. Глеб занял своё место во главе стола. Царапина на щеке саднила, отвлекала. Он провёл по ней пальцем, поморщился. На лице — привычная усмешка, но уголки губ чуть подрагивали.
— Доброе утро, уважаемые коллеги, — начал он. Голос звучал уверенно, но в горле пересохло. — Сегодняшнее заседание будет иметь особое значение. Я собираюсь представить вам неопровержимые доказательства…
Дверь резко распахнулась. Вошёл Эмир, за ним — Олег и два юриста. Олег на ходу поправлял галстук, выглядел взъерошенным. Эмир шёл ровно, но пальцы его слегка дрожали, когда он положил папку на стол.
— Глеб, ты не начнёшь это заседание, — спокойно, но твёрдо произнёс Эмир. — Мы здесь, чтобы представить доказательства твоей преступной деятельности.
Глеб замер на секунду, потом рассмеялся. Смех получился коротким, хриплым.
— Эмир? Ты? Думаешь, ты можешь остановить меня? У меня есть компромат, который разрушит все ваши планы.
— Твой компромат устарел, — сказал Олег. Он достал планшет, неловко повертел его в руках, потом развернул экраном к залу. — То, что ты собирался представить, является подделкой. А вот эта информация… — он коснулся экрана, — …это истинное положение дел. Данные, которые ты пытался скрыть. Твои махинации с фондом, незаконное присвоение средств, подделка отчётности — всё это теперь доказано. И, поверь, мы получили гораздо больше, чем ты ожидал.
Глеб побледнел. Усмешка исчезла, сменившись растерянностью. Он открыл рот, закрыл, сглотнул. В виске застучало — громко, ритмично.
— Это… это ложь! — выдавил он наконец.
— Ложь? — вмешался один из юристов Эмира. Он достал папку, начал листать бумаги, не торопясь, с нарочитой неторопливостью. — Мы готовы представить эти документы в суде. И, Глеб, у нас есть показания свидетелей, которые подтвердят каждое слово. Включая показания Марины, которую ты держал взаперти.
В зале поднялся гул. Кто‑то ахнул, кто‑то начал шептаться. Члены совета переглядывались, их лица выражали недоверие и возмущение. Один из них, пожилой мужчина с седыми висками, громко произнёс:
— Что значит «взаперти»?
— Марина… — Глеб растерянно обвёл взглядом зал. Он искал хоть каплю сочувствия, но встречал только осуждение. Ладони вспотели, он вытер их о брюки.
— Она даст свои показания, Глеб, — продолжил Эмир. — И она расскажет не только о твоих махинациях, но и о том, как ты с ней обращался. О твоём насилии.
Слово «насилие» заставило Глеба вздрогнуть. Он почувствовал, как холодный пот стекает по спине, под рубашкой. Дыхание сбилось. Он знал, что проиграл.
— Охрана! — крикнул он, пытаясь вернуть контроль. Голос сорвался на хрип. — Уберите их отсюда!
Но его крик потонул в шуме. Члены совета уже обсуждали происходящее. Некоторые вставали, направлялись к выходу, явно не желая иметь ничего общего с происходящим.
— Глеб, ты арестован, — спокойно сказал Эмир. — По подозрению в мошенничестве, похищении человека и насилии.
Двое сотрудников службы безопасности подошли к Глебу. Он попытался сопротивляться, рванулся вперёд, но его быстро скрутили. Руки заломили за спину, защелкнулись наручники. Ярость, которая ещё недавно казалась такой всепоглощающей, теперь выглядела жалко и беспомощно. Он тяжело дышал, лицо покраснело.
— Вы ещё пожалеете! — прошипел он. — Я вас всех уничтожу!
Эмир лишь покачал головой.
Тем временем Вероника получала отчёты от Маркуса. Она сидела за столом, барабанила пальцами по столешнице, поглядывала на экран ноутбука. На столе — чашка остывшего чая, раскрытая пачка сигарет.
— Всё идёт по плану, — передал Маркус. — Глеб задержан. Информация, которую мы подменили, сработала. Он полностью разоблачён.
Вероника выдохнула, откинулась на спинку кресла.
— Отлично, — ответила она. — Он получил по заслугам. А теперь… пора разобраться с последствиями.
Она закрыла ноутбук, потерла виски. В голове уже складывался план: кто из акционеров поддержит, кого нужно убедить, какие контракты пересмотреть.
Михаил, увидев первые новости, удовлетворённо кивнул. Его ставка сыграла. Глеб был устранён, не без помощи других, но его собственная роль в этом была решающей. Он встал из‑за стола, подошёл к окну. Город внизу жил своей жизнью — машины, люди, вывески. Всё казалось таким… обычным.
«Теперь наступает время для меня», — подумал он. Но вместо триумфа ощутил лишь усталость. Он провёл рукой по лицу, вздохнул. Где сейчас Марина? В безопасности?
Марина наконец оказалась в безопасности. Её вывели из комнаты, и она увидела людей Эмира — двух крепких мужчин в тёмных костюмах. Она была слаба, измучена, руки дрожали, под глазами — тёмные круги. Но в глазах горел огонёк надежды.
Один из мужчин протянул ей бутылку воды. Марина взяла её дрожащими руками, сделала глоток. Вода оказалась тёплой, но это не имело значения.
— Всё позади, — сказал он негромко. — Вы в безопасности.
Она кивнула, вытерла слёзы.
— Да, — прошептала она. — Позади.
Она знала, что всё только начинается, но первый, самый страшный этап был пройден. Впереди — восстановление, новые решения, возможно, новая жизнь. Она глубоко вдохнула, расправила плечи. Впервые за долгое время она чувствовала, что может дышать свободно.