Психо Фейри

Глава 33. Сэди

Монстры

Толпа фейри ревела, их голоса сливались в симфонию кровожадного восторга. От этого оглушительного шума у меня горели уши, но впервые в жизни мне не хотелось зажать их руками и спрятаться. Я принимала эти вибрации, пока они проносились по моим костям и сотрясали тело. Это было приятным отвлечением от боли в животе и жгучей дыры тревоги в груди. По лбу градом катился пот от стресса, и я вытерла его скованными цепью руками.

Снова, в предрассветные часы, фейри постучал в нашу дверь и объявил, что пора идти на следующее состязание. Мы все смертельно замолкли. Прошло всего несколько дней после той секс-клиники. И с тех самых пор в нашей группе воцарилось дикое напряжение. Тайны раскрылись, и никто понятия не имел, что со всем этим делать. Все были слишком взвинчены и напуганы из-за вампира, чтобы выяснять отношения по поводу того, что Кобра оказался вечным змеиным монстром, а у меня в голове живет кровожадный голос. Не говоря уже о главном слоне в комнате — о том, что Джакс больше часа доводил меня до грани возбуждения и так и не дал кончить, пока остальные парни на это смотрели. И все это из-за моего дурацкого желания лишиться девственности в секс-клинике фейри.

Напряжение вибрировало в воздухе, напоминая о том, почему мы оставили все недосказанным. Сначала нам нужно было выжить. А уже потом мы сможем переживать из-за отсутствия коммуникации и хреновых эмоциональных отношений в группе. К тому же нам приходилось мириться с тем, что Ксеркс — омега-страж королевы фейри, который должен держать нас в узде, а Ашер сдал наши задницы. Если говорить о групповой динамике, то у нас не было проблем. Мы сами были одной сплошной проблемой. Сборище доминантных альф, жаждущих все контролировать. Огромное количество убийственной энергии и омега с фиксацией на ножах, который терпеть не может альф.

Я тяжело вздохнула, бросила попытки переживать из-за этого филиала ада, в который превратилась моя жизнь, и попыталась сосредоточиться на неминуемой угрозе. Мои запястья были скованы спереди наручниками и прикреплены к цепи, связывающей меня с моими альфами. Эта цепь живо напомнила мне о подземелье королевы, и от воспоминаний об этой зловонной яме по спине побежали мурашки.

Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как Леголас рассказал, что нас всех продали в рабство из звериного царства. И как он ошибочно видел в нас свое спасение. Это разоблачение должно было стать самой тяжелой психологической травмой в моей жизни. А теперь я стою у входа на гладиаторский стадион, скованная по рукам и ногам, готовая драться с одним из самых жутких монстров, когда-либо ходивших по земле.

И дело было не только в цепях. Атмосфера на Играх Фейри сегодня была совершенно иной. Всех участников согнали в одно крыло стадиона. Нас не стали разделять, как обычно. И, что самое страшное, наша группа стояла в первых рядах.

Я до боли закусила губу, чувствуя, как она горит. Воздух звенел от напряжения, а интуиция истошно орала, требуя обратиться в альфа-форму и драться. Я попыталась пробиться сквозь покалывающее ощущение магии, но, как обычно, безрезультатно. Запрет на превращение все еще действовал.

Я перевела взгляд на огромные экраны, проецируемые над трибунами, и прикусила губу еще сильнее. Королева фейри занимала весь экран. Она восседала в самом центре первого ряда. Но тошноту у меня вызвало не ее лицо. А бирюзововолосая красавица, сидевшая рядом с ней.

Аран.

Моя лучшая подруга не светилась здоровьем, как обычно. Она не брызгала яростью и огнем. Нет, все было с точностью до наоборот. Бриллиантовый ошейник на ее шее казался еще больше и тяжелее, а голова бессильно опустилась вперед, словно шея не выдерживала этого веса. Аран шевельнулась, повернувшись в профиль, и у меня перехватило дыхание. Под обоими ее глазами красовались страшные налитые синяки.

И это было еще не все. Вся левая сторона бледного лица Аран представляла собой сплошное месиво из жутких зелено-синих гематом. Они спускались по шее, уходили под ошейник и терялись где-то под черным платьем. Аран ерзала, словно ей было чертовски неудобно и больно сидеть, и невидящим взором уставилась в собственный подол. Она ни на кого не смотрела. Сидевшая подле нее королева фейри удовлетворенно ухмылялась. Каждые несколько секунд эта тварь косилась на изувеченное тело своей дочери и расплывалась в улыбке.

Эта сука избила мою подругу.

В темном проходе стадиона я повернула голову и испепеляющим взглядом уставилась на полукровок-воинов. Прошло два дня после катастрофы в секс-клинике, и с тех пор я ничего не слышала о своей лучшей подруге. Сложить два и два было несложно. Эти ублюдки настучали королеве, что Аран развлекалась в секс-клинике вместо того, чтобы тусить на тупой элитарной фейри-вечеринке, где ей полагалось быть.

Это их вина.

Королева никогда бы не узнала про клинику, если бы эти шестерки не настучали.

Ксеркс прислонился к стене рядом с нами, монотонно затачивая свои клинки, и я до безумия пожалела, что мои руки скованы цепями, а не сжимают оружие. Деметр и близнецы даже не повернулись в мою сторону, хотя я буквально прожигала в них дыру взглядом. Все трое завороженно смотрели на огромный экран с выражением кромешного ужаса на лицах. Они не отрывали глаз от Аран, которая была покрыта синяками из-за их длинных языков. Их буквально воротило от собственной подлости.

Отлично, блядь, надеюсь, они чувствуют себя полнейшим дерьмом.

Я закашлялась, когда их резкие альфа-запахи стали тяжелее и затмили более приятные ароматы моих мужчин. Обычно от Деметра пахло раскаленной сталью, но сейчас этот запах напоминал взрыв на литейном заводе. Пороховой шлейф Шейна вызывал четкую ассоциацию с пулеметом, из которого без остановки палили во все стороны. Даже кожаный запах Ноа стал глубоким и едким. Теперь он напоминал не выделанную кожу, а горящую человеческую плоть.

Их феромоны были ядовитыми.