Страница 18 из 79
Роза встала напротив Олега и заговорила — громко, чтобы слышали все:
— У нас есть традиция, — объявила она, — рассказывать у костра истории. Но сегодня я хочу рассказать не выдумку. А правду. Про одного человека.
Лагерь затих.
— Он сидит среди нас, — продолжала Роза, и её голос дрогнул, но тут же окреп. — Вы все его знаете. Вы его боитесь. Вы думаете, что он сильный. А знаете, почему он стал таким? Потому что когда‑то он был слабым. У него была сестра. Маленькая. Она упала с качелей. А он стоял рядом и не поймал. И теперь она заикается. Всю жизнь.
Тишина стала абсолютной. Даже искры перестали трещать.
— Он вам не рассказывал? — Роза обвела взглядом собравшихся. — Конечно, не рассказывал. Он вообще ничего не рассказывает. Но я знаю. Я знаю о нём всё. Потому что когда‑то, два года назад, здесь, в этом лагере, он рассказал всё мне. Когда мы сидели вдвоём у костра, и он думал, что может мне доверять.
Лиза перевела взгляд на Олега. Он сидел неподвижно. Лицо — каменное, как всегда. Но в глазах — что‑то страшное. Не ярость. Боль.
— А теперь он нашёл себе новенькую, — продолжала Роза. — И думает, что она его исправит. Но она не исправит. Потому что такие, как он, не исправляются. Они ломают. Всех. Всегда.
Она замолчала. Никто не хлопал. Никто не смеялся. Тишина длилась вечность.
Потом Олег встал. Он не смотрел на Розу. Ни на кого не смотрел. Просто развернулся и ушёл в темноту. И когда он проходил мимо Лизы, она заметила — его руки дрожали. Впервые. Её Дракон дрожал.
Она встала и пошла за ним.
Тени от деревьев на тропинке казались рваными — то длинные, то короткие, будто кто‑то дёргал их за ниточки. Лиза шла быстро, почти бежала, боясь потерять его в темноте. Олег не оглядывался, но она знала, куда он идёт — к озеру, к мостку.
Она нашла его там. Он стоял, свесив руки над водой, и смотрел в чёрную гладь. Луна отражалась дрожащей дорожкой.
— Олег.
— Уходи, — бросил он, не оборачиваясь.
— Нет.
Она подошла ближе, встала рядом.
— Она рассказала не всё, — сказала Лиза. — Ты не просто стоял. Ты пытался поймать. Но не успел. Так бывает.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я знаю тебя. Уже немного знаю.
Он повернулся. Лунный свет упал на его лицо — и Лиза впервые увидела то, что он всегда прятал: не зверя, не короля. Просто мальчика, который не смог спасти сестру и теперь боится не спасти всех остальных.
— Она права, — повторил Олег. — Я ломаю тех, кто рядом.
— Ты не сломал меня.
— Ещё нет.
— И не сломаешь. Потому что я тебе не разрешу.
Он смотрел на неё долго. Потом сделал то, чего она не ожидала: взял за руку — грубовато, по‑своему, за запястье. И держал.
— Спасибо, — сказал тихо.
— За что?
— За то, что пошла за мной.
Они стояли на мостке, двое в свете луны. Ни Розы, ни лагеря, ни прошлого — только они и вода, которая всё помнит, но ничего не рассказывает.
Позже, когда они вернулись в комнату, Олег снова поставил стакан воды на её тумбочку. Но теперь он не отвернулся. Смотрел, как она пьёт. И в его глазах было что‑то новое — не страсть, не желание. Что‑то более глубокое. Как будто он наконец позволил себе видеть в ней не проблему и не жертву, а человека, который остался. Даже когда все ушли.
— Завтра будет новый день, — сказал он.
— Ты опять будешь делать вид, что я не существую?
— Нет. Надоело.
Он лёг. Она легла. И впервые их разделяла не пропасть, а два метра пола — которые уже почти ничего не значили.
За окном шумел лес. Где‑то вдали догорал костёр.