Шепчущие во тьме

Чёрт. Я никогда не думал об этом. Ожидала ли Алина медовый месяц? Хотя бы понарошку?

Я быстро киваю.

— Хорошо. — Вин переводит взгляд на Алекса, сужая на него глаза. — Не делай ничего глупого, пока меня не будет.

— И не мечтал, — отвечает он ледяным взглядом.

Войдя в входную дверь, я снимаю куртку и ботинки, затем направляюсь в гостиную и с удивлением не нахожу Алину на её обычном месте — свернувшейся калачиком в моём любимом кресле.

Хм. Мои пальцы сжимают перила, когда я поднимаюсь по лестнице, прислушиваясь к любым звукам от неё. И только когда я оказываюсь на полпути по коридору, слышу это.

Знакомая, глубокая, ровная вибрация, доносящаяся из-за двери моей спальни.

Неужели она…?

— Ммм… — стон Алины посылает пульсирующую боль прямо к моему твердеющему члену. Я делаю шаг вперёд; небольшая щель между дверью и косяком позволяет мне увидеть её отражение в окнах во всю стену сбоку комнаты.

Убейте меня.

Она растянулась на кровати, её ночная рубашка задралась на торсе, ноги обнажены. Она сгибает колени в сторону и…

Я закусываю костяшку пальца, чтобы не застонать.

Её хорошенькая розовая киска полностью выставлена напоказ, когда она переставляет вибратор на клитор, двигая им вверх и вниз. Дразня себя снова и снова.

О, к чёрту это.

С животной потребностью я расстёгиваю штаны и запускаю руку внутрь, сжимая свой твёрдый член с силой.

Каждый раз, когда она постанывает, я представляю, как скольжу внутрь её тугой киски, которая трепещет вокруг меня в нетерпении.

Я смотрю с хищным очарованием, как она проводит пальцем по своей щёлке, кружит им у входа, прежде чем погрузить внутрь. Её спина выгибается на кровати, губы приоткрываются, глаза закрываются.

Я хочу узнать, какова она на вкус.

Я хочу покрыть свой язык её возбуждением.

Я хочу засунуть пальцы по самые костяшки в неё, найти то место внутри, которое заставляет её видеть звёзды.

Я хочу вонзить свой член в её влажный жар, растягивая её вокруг себя, пока не заставлю кончить.

Я хочу всё это.

Мои движения становятся быстрее.

Мои мышцы напряжены от такой сильной потребности.

— Так близко, — скулит она, скорость вибратора увеличивается.

«Я тоже, детка», — думаю я, когда мои яйца начинают болезненно сжиматься.

— Ох… Ох… Мауро! — кричит она, когда оргазм поглощает её.

Вид её заставляет мой собственный быстро последовать за ним, я всё это время не свожу с неё глаз, закусив нижнюю губу так сильно, что кровь покрывает мой язык.

Я прижимаю ладонь к косяку, чтобы отдышаться, мои плечи опускаются, голова низко свисает, когда до меня доходит…

Она назвала моё имя.

Она видела меня?

Я поднимаю взгляд, чтобы посмотреть на неё, замечая розовый румянец, покрывающий её кожу, и её закрытые глаза, когда она отдыхает, положив голову на подушку, с довольной улыбкой на лице, указывающей на один удовлетворительный оргазм.

Похоже, она меня не видела.

Это значит…

Она думала обо мне, чтобы кончить.

Святое дерьмо.

Она поворачивается на бок, отворачиваясь от меня, и натягивает одеяло до своей талии.

Тихо я заправляю себя обратно в штаны и застёгиваю молнию, затем спускаюсь вниз по лестнице, направляясь прямо к своему креслу, чтобы подумать.

Я не останусь здесь на всю ночь.

Но нет никакой возможности, чтобы я мог сейчас войти в свою спальню.

Не тогда, когда её запах вторгнется в мои чувства, пробуждая во мне первобытную потребность.

И особенно не тогда, когда я знаю, как звучит её сладкий голос, когда выкрикивает моё имя в пик её наслаждения.

Я провожу рукой по лицу и падаю в своё кресло, потёртая кожа прогибается подо мной.

Я в полной жопе.