Сломленные во тьме

Глава девятнадцатая

Скарлетт

С усилием распахнув дверь спортзала, я ощущаю, как меня накрывает волна нервозности. Нервозности от того, что рядом со мной будет кто-то, кто не мой муж. От осознания, что я недостаточно сильна — ни морально, ни физически — для этого. И больше всего от простого, старого-доброго страха провалиться.

Но это Мауро. Мой деверь. Человек, рядом с которым я всегда чувствовала себя в безопасности. И тот, кто, едва получив неделю назад сообщение от Лео, тут же составил для нас график тренировок и план действий.

Тот самый план, с которого мы начнем сегодня.

Мой взгляд сразу же натыкается на внушительную фигуру Мауро в ринге, где он сражается с другим мужчиной. Его мускулистое тело блестит от пота, пока он двигается влево-вправо, словно танцуя с противником. Волосы собраны в низкий пучок, но несколько прядей выбились и колышутся перед его глазами. На лице — сосредоточенность, когда он бьет правой рукой, попадая оппоненту точно в челюсть, и тут же разворачивается на пятках.

Тот поднимает руки в знак сдачи, и оба останавливаются.

— Черт, ты меня хорошенько приложил, — мужчина потирает челюсть, двигая ею туда-сюда. — Видимо, мне нужно потренироваться уворачиваться.

Он усмехается, а Мауро хрипло хмыкает в ответ.

— Увидимся на следующей неделе, — бросает незнакомец, хлопая Мауро по плечу, и пролезает под канаты, направляясь к раздевалке.

Мауро поворачивается и его взгляд падает на меня.

Я робко машу, а он резко кивает подбородком, давая знак подойти. Глотаю комок в горле, поправляю футболку (точнее, футболку Лео) поверх лосин и, ухватившись за канат, неуклюже залезаю на мат, почти по-пластунски, пока наконец не оказываюсь на ногах. Ремень сумки соскальзывает с плеча, и я бросаю ее рядом.

Оглядываю зал. Здесь есть и другие мужчины, занятые своими тренировками, но мне кажется, будто все смотрят именно на меня. Скрещиваю руки на животе и отступаю к углу, пока спина не упирается в стойку.

— Я не думала, что здесь столько народу, — выдавливаю вялую улыбку. — Хотя, наверное, стоило ожидать.

В этот момент внутрь заходят еще несколько мужчин, шутя и смеясь, направляясь к тренажерам. Они безобидны. Даже не смотрят в мою сторону. Но когда я окидываю взглядом зал, замечая, сколько здесь мужчин против женщин (то есть меня одной), меня охватывает паника. Я чувствую себя слабой и больше не готовой к этому. Дергаю за край футболки, трясу головой и поднимаю сумку, перекидывая ремень через плечо.

— Может, это была плохая идея. Прости, что потратил на меня время, Мауро.

Он наклоняет голову, изучая меня. И как только я делаю шаг к выходу, он внезапно разворачивается и уходит.

Отлично. Наверное, теперь он меня ненавидит.

Но Мауро просто достает из сумки воздушный гудок и включает его на полную громкость, одновременно поднимая палец вверх, давая всем понять, что нужно уйти. Уже через пару секунд зал пустеет. Остаемся только мы вдвоем.

— Ох, — я потираю затылок, смущенная. — Тебе не нужно было этого делать.

Он поворачивается ко мне, достает блокнот с ручкой и быстро пишет. Потом показывает мне:

«Хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно».

Я расслабляю плечи и снова опускаю сумку.

— Спасибо.

Он снова пишет:

«Сегодня разберем базовые приемы самообороны. Сначала стойка, затем удар основанием ладони, пинок в пах и удар „молотом“».

Я киваю.

— Это то, что сможет сделать такая, как я?

Он подтверждает. Прыгает из ринга, хватает манекен на подставке и затаскивает его на мат, ставя в центре. Потом указывает двумя пальцами на свои глаза, а затем на грудь — видимо, это значит «смотри на меня».

Я сосредотачиваюсь на Мауро. Он стоит перед манекеном, ноги на ширине плеч, руки по бокам. Делает небольшой шаг левой ногой, слегка сгибает колени. Приподнимает пятку задней ноги, поднимает руки на уровень лица ладонями вперед, слегка опускает подбородок и приподнимает плечи.

Потом смотрит на меня, широко раскрывая глаза, и показывает большой палец вверх.

— Да, вроде поняла, — киваю я и копирую его позу.

Но он подходит и указывает на мою левую ногу. Я не понимаю, что не так, и качаю головой.

— Я не…

Он наклоняется, чтобы поправить мою ногу, и я инстинктивно отпрыгиваю, спотыкаюсь о сумку и падаю на задницу.

— Ой! — кряхчу, перекатываясь на бок. Больше всего болит гордость. — Прости, я не хотела…

Мауро присаживается рядом и показывает мне блокнот:

«Я не причиню тебе вреда. Я хочу помочь. Хочу, чтобы ты могла защитить себя».

Я слабо хихикаю, качая головой.

— Я же полный раздрай, да? Мой деверь, человек, которому я доверяю жизнь, просто пытается поправить мою позу, а я дергаюсь, как ошпаренная.

Подтягиваю колени к груди, обхватывая себя руками.

Он сжимает губы, что-то пишет и поворачивает блокнот:

«Ты не раздрай. Ты — крутая сука».

Он ухмыляется, а я смеюсь. По-настоящему, от души.

— Спасибо за веру в меня.

Он показывает следующую запись:

«Готова попробовать снова?»

— Да. Готова.

Он встает и протягивает руку, помогая мне подняться. Снова принимает стойку и жестом предлагает мне сделать то же самое. Осматривает мою позу, почесывает подбородок, потом указывает на мою ногу — на этот раз спрашивая разрешения. Я киваю. Он аккуратно двигает мою левую ногу чуть вперед и в сторону, улучшая мое равновесие. На этот раз я не отпрыгиваю. Позволяю ему поправить меня, и когда он отходит, чувствую гордость.

Мауро приподнимает бровь, будто ждет, что я сама оценю свою стойку.

Я слегка покачиваюсь на носках, распределяя вес, и внутри меня расцветает нечто незнакомое: уверенность.

Впервые за долгое время я чувствую себя готовой — не только к сегодняшнему уроку, но и к жизни вообще.

Потому что, как сказал Мауро, я — крутая сука.

И давно пора начать вести себя соответственно.

После тренировки с Мауро, которая добавила мне уверенности в своих силах, я отправилась в центр для женщин и детей, где провела день, читая малышам книги и помогая раздавать обед. А вечером завалилась к Мэдди, где мы устроили марафон реалити-шоу с контейнерами китайской еды на коленях — так далеко за полночь, что я еле держала глаза открытыми.

Лео:

Я на улице.