Страница 45 из 55
Рассудок упорно твердил ей, что все надежды на их совместное счастье иллюзорны, поскольку между скандально известной актрисой и богатым английским аристократом уровня Дэра возможна связь лишь определенного сорта, даже при его подмоченной репутации. Ослепленный любовью, Дэр отказывался считаться с этим неписаным светским законом.
Она же знала, что сердце ее разорвется, если ей будет отведена постыдная роль его любовницы, пусть и купающейся в роскоши. Подачек и милостей ей было мало. Бурная реакция Дэра на ее рассказ о своем грехопадении, ставшем следствием изнасилования, которому она подверглась, удивила Жюльенну. Но она не была склонна придавать ей серьезное значение, не без оснований полагая, что в тот момент в нем горели мужская ревность и уязвленная гордость.
Все чаще Жюльенна приходила к мысли, что благоразумнее порвать с ним всякие отношения, как только Калибан будет установлен, обнаружен и разоблачен. Ее истерзанные нервы и так были натянуты до предела.
Порой она даже начинала сомневаться, что поступила мудро, поехав с Дэром во Францию. Ведь он вполне мог бы изобличать и обезвреживать опасного государственного преступника и без ее помощи. Он уже не был прежним легкомысленным повесой, годы сделали его проницательным и решительным мужчиной, беспощадным к личным врагам и готовым рисковать жизнью в борьбе с предателями Англии.
Мартина Перрина в Париже им удалось обнаружить не сразу. Только на третий день пребывания в городе его выследил Филипп Бартон, постоянно общавшийся с англичанами, посещавшими бар в английском посольстве. От них он узнал, что Перрина видели вместе с лордом Абердином, когда они выходили из одного особняка в соседнем переулке. Было решено разыграть случайную встречу с подозреваемым, обставив ее наиболее естественным образом.
Организовать этот спектакль для знаменитой актрисы, известного бонвивана, снискавшего себе славу Принца наслаждения, и светской львицы не составило никакого труда. Едва прибыв в Париж, они тотчас же стали завсегдатаями званых обедов, раутов и салонов. Правда, соотечественники не выказывали особого восторга от знакомства с Жюльенной, парижская знать глядела на дочь казненного графа де Фольмона свысока и не желала признавать себе равной пусть и блистательную, но бедную актрису. Поэтому она держалась подчеркнуто холодно и отстраненно с этой высокомерной публикой.
В первые дни пребывания в столице Франции им не удалось увидеться с лордом Каслреем. Английский министр участвовал в переговорах с могущественными первыми лицами правительств европейских государств — русским царем Александром, прусским королем Вильгельмом, австрийским канцлером Меттернихом, а также с французским министром Талейраном.
— Пожалуй, нам даже на руку, что Каслрей почти не показывается на людях, — сказал однажды Дэр Жюльенне. — Его привычки и распорядок дня ни для кого не являются секретом. Говорят, что он обожает посещать турецкую баню, где можно вздремнуть после купания и массажа, а потом прогуливаться по дворцовому парку и галереям Пале-Ройяля. Я уверен, что именно там нам следует искать Перрина, коль скоро Калибан задумал убить министра.
Пале-Ройяль сулил состоятельным господам не только разнообразные развлечения, но и возможность завести новые знакомства как с влиятельными людьми, так и с очаровательными красотками. Здесь сосредоточились роскошные ювелирные салоны, модные ателье, рестораны, бары, кафе, бордели, и каждый вечер в них было многолюдно, шумно и весело.
На пятый день своего пребывания в Париже Дэр, Жюльенна и мадам Соланж наконец-то увидели во время дневного променада по городу лорда Каслрея. Одетый в неброский серый костюм, этот усталый и сутуловатый джентльмен абсолютно не походил на одного из вершителей судеб мира. Однако наблюдательная Жюльенна заметила двух крепких мужчин, которые его охраняли, — выправка и стать выдавали в них английских гвардейцев.
— А вот и наш любезный приятель Мартин Перрин, — с ухмылкой промурлыкал Дэр, сжав локоть Жюльенны. — Он сидит в кафе, откуда прекрасно просматривает весь парк. Не понаблюдать ли нам за ним какое-то время?
— По-моему, лучше поприветствовать его, возможно, что он тоже нас увидел, — возразила Жюльенна. — Пошли, я с ним пококетничаю.
Они неторопливо направились к столику, за которым сидел Перрин, и Жюльенна, ослепительно улыбаясь, воскликнула:
— Боже мой, это вы, господин Перрин! Какая приятная встреча!
Перрин вскочил и, поклонившись, произнес:
— Рад вас видеть, мисс Лоран и лорд Уолвертон. К сожалению, не имею удовольствия быть знакомым с вашей очаровательной спутницей.
— Позвольте мне представить ее вам, милорд! — сказала Жюльенна. — Это мадам Брогар, моя подруга. Вы не станете возражать, если мы присоединимся к вам? Я бы с удовольствием выпила вина.
Дэр подозвал официанта и сделал заказ.
— Что вас привело в Париж, мисс Лоран? — поинтересовался Перрин, когда она села рядом с ним за столик.
Подперев подбородок рукой так, чтобы лучше было видно усыпанный бриллиантами браслет, подаренный ей маркизом Уолвертоном, Жюльенна с очаровательной улыбкой промолвила:
— Мы с Дэром хотим посетить юг Франции и осмотреть мое бывшее родовое имение. Но ходят слухи, что сейчас там небезопасно, шалят разбойники… Вы не могли бы порекомендовать нам хороших охранников?
— Я всегда готов вам помочь, мисс Лоран, — внимательно посмотрев на нее, ответил Перрин.
— Тогда приходите завтра в четыре часа в гостиницу на улице Клиши, мы выпьем чаю и обо всем поговорим, — предложила Жюльенна.
— Хорошо, я приду непременно, — обещал Перрин.
— А что вас привело в Париж? — спросила Жюльенна.
— Я здесь в гостях у своего друга лорда Абердина, английского посла в Австрии. Он участвует в международной конференции, на которой решается судьба Европы.
В разговор включились Дэр и Соланж, и в течение получаса Жюльенна слушала их, пила вино и молчала. Но, прощаясь с Перрином, она все-таки сказала:
— Было приятно снова вас увидеть, господин Перрин. Итак, до завтра!
— Буду с нетерпением ждать новой встречи с вами, мисс Лоран, — ответил он любезным тоном. — До свидания.
Вечером, после приема в британском посольстве, устроенного послом сэром Чарлзом Стюартом, они встретились с Филиппом Бартоном и обсудили с ним план дальнейших действий. Затея Жюльенны Дэру совершенно не понравилась, однако он в конце концов признал, что побеседовать с Бартоном лишний раз не помешает, тем более с глазу на глаз.
На другое утро мадам Соланж отправилась в гости, а Жюльенна заказала в номер чай и закуски и начала прихорашиваться, готовясь к встрече с Перрином. Дэр и Филипп Бартон засели на всякий случай в соседнем номере.
Маркиз Перрин пришел в апартаменты Жюльенны точно в условленное время. Наполняя чашку гостя чаем, она промолвила:
— Должно быть, вы несколько обескуражены моим предложением встретиться наедине. Дело в том, что я хотела предупредить вас кое о чем… — Она многозначительно взглянула в глаза своему собеседнику и продолжила: — Маркиз Уолвертон разыскивает коварного предателя, известного как лорд Калибан. Вам о чем-нибудь говорит это имя?
Перрин молча пожал плечами, мастерски изобразив удивление, и покачал головой.
Жюльенна протянула ему чашку с чаем и добавила:
— Он подозревает, что Калибан — это на самом деле вы! Либо как-то связаны с этим предателем.
— Что позволяет ему так думать обо мне? — спросил Перрин.
— Перстень с головой дракона, которым вы одно время владели, ранее принадлежал Калибану, — ответила Жюльенна.
— Неужели? — Перрин удивленно вскинул брови.
— На прошлой неделе был арестован граф Айверс, он дал компрометирующие вас показания, — невозмутимо продолжала Жюльенна.
Лицо Перрина оставалось бесстрастным.
— Признаться, то, что я сейчас от вас узнал, меня огорчает, — наконец сказал он. — Но не слишком удивляет. Граф задолжал мне значительную сумму и, вероятно, решил, что сумеет уклониться от уплаты долга, возведя на меня поклеп. Что ж, это не делает ему чести…