Брошенная в тайге

Глава 25

Срочно вызвали Суханова и Вьюжанина, чтобы представить им новое лицо во всей этой истории и обсудить, что делать дальше.

— Матвей говорил, что он ездит на заработки, — стала рассказывать женщина, представившаяся Елизаветой Вичук-Бредневой. — Появлялся пару раз в год. Я посылала ему деньги. Потому что он жаловался, что с работой проблемы. Потом, когда выехать стало невозможно, мы с ним долго не виделись. Сама я смогла приехать сюда год назад. У меня есть своё небольшое дело, работаю в интернете, доход хороший, стабильный. Матвей, узнав, что я в Москве, приехал ко мне. Говорил, что совсем перебраться пока не может, просил денег. А недавно я увидела новость о том, что его убили, что у него есть жена… Выяснила, где он жил, и приехала.

— То есть вы даже не догадывались, что Матвей с шестнадцатого года женат на другой женщине? И что после её смерти он женился на своей любовнице? — спросил Суханов.

— Нет, я ничего не знала.

— Но как такое вообще возможно? — удивилась Юля. — Неужели в ЗАГСе никак не проверяют, состоит ли уже человек в браке?

— Вообще проверяют. Но есть такой нюанс, — стал пояснять адвокат. — Если человек имеет несколько гражданств, и не уведомляет свою страну об этом, или об этом не знают в России, или если он заключил брак в третьей стране и не уведомил ни свою родину, ни Россию — из-за этого и возникают вот такие ситуации.

— И что, все браки Матвея были заключены в разных странах? — поинтересовался Илья.

— Как я понял, да. На вашей маме он женился, уже будучи в браке с гражданкой Украины Елизаветой Вичук. Брак был заключён ещё в…

— Две тысячи одиннадцатом году. На тот момент Матвей и сам был гражданином Украины, — вставила Елизавета. — В четырнадцатом он получил по упрощённой системе паспорт гражданина России.

— И, скорее всего, не прилагал к документам свидетельство о браке, а украинский паспорт «потерял», — скептически заметил Суханов. — Потому и смог в шестнадцатом году беспрепятственно жениться на вашей маме. А с Алисой Даниловой он расписался уже после смерти второй супруги, будучи, якобы, вдовцом.

— Но зачем ему всё это было нужно? — поражённо спросила Юля.

— Он обычный брачный аферист, охотник за деньгами и наследством обеспеченных женщин, — сказал Юрий Александрович. — Так же хочу вас обрадовать. Если есть информация, что супруг уже когда-то был женат, то можно обратиться в суд с иском о признании текущего брака недействительным. Для этого необходимо собрать доказательства того, в какой стране и городе заключён брак, в каком году. Таким образом, брак вашей мамы с Бредневым будет признан недействительным, как и его брак с Даниловой. И никаких претензий на имущество вашей мамы покойный Бреднев, а значит и его супруги не могут предъявлять. Имущество, нажитое в таком недействительном браке, не может считаться совместно нажитым.

— Мне кажется, я знаю, почему мама умерла, — тихо сказала Юля, глядя перед собой. — Она, наверное, узнала, что Матвей женат и обманывает её. Что на ней он женился из-за её денег. Это её убило.

— Подождите. А как Бреднев мог быть гражданином Украины, если его мать живёт здесь? Юля хорошо её знает, — сказал Илья.

— В четырнадцатом году он перевёз сюда мать. Как беженке ей предоставили жильё, — сказала Елизавета Вичук.

— Ах вот как.

Елизавета замялась, явно желая добавить что-то ещё.

— Вы знаете, в последнее время Матвей был сам не свой. Он что-то скрывал. После того, как он приехал ко мне, мы стали общаться. Виделись очень редко, но периодически созванивались. И я заметила в нём разительные перемены. Он просил у меня крупные суммы денег. Я думала, что у него проблемы в бизнесе. Он жаловался, что ему угрожают какие-то серьёзные люди. Даже показывал пистолет, который купил на чёрном рынке. Сказал, что всегда теперь носит с собой оружие. А потом он как-то поделился со мной, что стал язычником и предлагал тоже поучаствовать в их встречах. Матвей давно увлекался какими-то экзотическими духовными и психологическими практиками. Рассказывал, что в одно время жил в Индии, а вернувшись, стал кришнаитом и веганом. Но на момент нашего с ним знакомства он это всё забросил. Мне так казалось. Но, видимо, у него появилось новое увлечение — язычество. Думаю, он попал в какую-то секту. И они тянули из него деньги. Мне кажется, он их боялся.

— Кого? — тихо спросила Юля.

— Не знаю. Этих язычников.

— А как секта называлась? — спросил Суханов.

— Понятия не имею. Что-то вроде Дети Солнцерода или Солнцеворота. В общем, как-то похоже. Он показывал мне фото, говорил, что это просто его друзья. А на снимках были люди в белых длинных рубахах, как, знаете, у язычников по телевизору показывают.

— Вы с ним никогда на таких встречах не были?

— Нет, я отказалась.

Она мялась, будто не решается сказать о чём-то ещё. Покраснела, собираясь с духом.

— Я думаю, он узнал о них что-то такое, о чём знать не должен был, — наконец произнесла женщина. — И за это его убили.

— Почему вы так решили?

Она молча достала из сумки какой-то предмет и положила на стол.

— Мы с ним виделись последний раз примерно за месяц до его убийства. Он приезжал ненадолго, переночевал у меня. У нас был интим. И он забыл в моём ноутбуке флешку. Я посмотрела, что на ней, и была в ужасе.

— А что там? — нахмурился адвокат.

— Посмотрите. Там какие-то дикие оргии.

Женщина смутилась.

— Хотите сказать, что на встречах этих людей происходят сексуальные оргии?

— Да, похоже на то.

— А почему вы не пошли с этой информацией в полицию?

— Я не очень доверяю правоохранительным органам. Прежде чем решиться и прийти сюда, я изучила всё, что могла найти о Матвее, узнала, что он меня обманывал, и то, кем была его покойная супруга. И про Юлю. Я не верю, что эта девочка могла убить Матвея. У него были враги покруче.

— Я изучу содержимое флешки, — Суханов забрал устройство и положил в свой портфель.

Проговорили они долго, несколько раз выпили кофе, и, в конце концов, разошлись. Когда провожали Суханова с Вьюжаниным и Елизавету Вичук, Илья с Юлей выглядели как пара, или даже молодая семья. Едва гости ушли, и молодые люди вернулись в дом, как Илья поймал Юлю, прижал к стене, заглянул ей в глаза.

— Прости меня. Пойти, Алиса сама ко мне липла. Она мне не нужна. Мне нужна только ты, Юля. Я тебя люблю, — проговорил он.