Страница 43 из 122
Крис подошла ко мне, её глаза по-прежнему были полны ужаса и растерянности. Она пыталась, что-то сказать, но её слова были едва слышны. Рыдания вырывались непроизвольно и, стараясь успокоится, она поднимала глаза к потолку и шумно дышала носом.
— Как ты думаешь, что с ней? Марин, ты же каждый день сталкиваешься с такими ситуациями, хоть какое-то предположение у тебя есть? — спросила она, прислонившись к стене, словно ища в ней опору. — Это действительно сердце? Она же не жаловалась…
— Не уверена, — ответила я, продолжая проверять пульс. — Может быть, это, что-то другое. Нужно сделать полностью обследование. Она ничего не говорила о лекарствах, ухудшения самочувствия или про другие недомогания?
Кристина покачала головой, её руки дрожали.
— Нет, ничего. Она всегда была здоровой. Только головные боли последнее время, но она думала, что это просто усталость и стресс.
Внезапно в сознании промелькнула мысль. Действительно, последние недели она была другой: раздражённой, замкнутой, говорила, что постоянно устаёт. Возможно, Оля скрывала что-то серьёзное?
Секунды текли как часы. Наконец, в тишине раздался долгожданный звук — сирена скорой помощи, подъезжающей к дому. Я вскочила и метнулась в коридор, распахнув двери, чтобы встретить врачей. На лестничной площадке послышались шаги и причитания консьержки, медики в ярко-синих жилетах, поспешно поднимались по лестнице.
— Она на кухне, — коротко сказала я, указывая направление.
Коллеги вошли в квартиру, их слаженные действия вселяли надежду. Я отошла в сторону, стараясь не мешать им, работать, но не могла оторвать взгляд от того, что происходило. Один из них приступил к осмотру, проверяя её жизненные показатели, другой готовил препараты.
— Пульс слабый, давление падает, — сказал молодой ординатор, быстро взглянув на меня. — Мне передали, что вы операционная медсестра, ваша подруга жаловалась на сердце?
— Нет, не жаловалась, — ответила я. Только на головные боли и перепады настроения. Но в нашем возрасте мы периодически жалуемся на это друг другу. Знаете ли, время пришло. Гормональные изменения в женском организме и прочее.
Врач на секунду задумался, бросив взгляд на пузырьки и таблетки, которые лежали на столе и валялись на полу рядом с Олей.
— Вы уверены, что она принимала эти лекарства? — спросил он, глядя на один из пузырьков.
— Нет, я не видела, чтобы она их пила. Мы пришли уже позже, но некоторые лежали рядом, на столе. Будто она собиралась их принять.
Врач нахмурился и указал на упаковку.
— Это серьёзное лекарство, его не назначают просто так. Может быть, она, что-то скрывала или принимала его без назначения?
Я почувствовала, как ледяная волна побежала по спине. Неужели Оля действительно скрывала от нас проблемы со здоровьем.
Доктор, что-то быстро записал себе в блокнот и не поднимая глаз, сказал;
— Везём в больницу. Соберите документы и одежду, сейчас принесём носилки. — продолжал медик. — Родственники у неё есть? Или вы можете поехать с нами.
— Да, конечно! — я уже схватила сумку, готовясь бежать за ними.
Одеваясь на ходу, я кинулась к комоду, где Оля хранила паспорт и полис. К моему облегчению они оказались на месте.
Подруга бестолково бегала за мной из комнаты в прихожую, растерянно заглядывая в глаза. Перед тем как выйти, я повернулась и, взяв её за плечи двумя руками, легонько встряхнула. Глубоко вздохнув, спокойно сказала:
— Кристина, соберись…Мне очень нужна твоя помощь, плакать будем потом. Пока оставайся здесь, дозвонись Сашке, собери вещи в больницу и осторожно поговори с родителями Оли. Возьми ключи от машины. Я позже позвоню и скажу, куда тебе ехать.
Её губы дрожали, она вытерла дорожки слёз тыльной стороны ладони и часто закивала…
Вручив Кристине документы на автомобиль, я вновь попросила её связаться с Сашей. Торопливо побежала вниз за врачами и нырнула во внутренности жёлтого реанимобиля. Эта ночь обещала быть долгой. Я не знала, что нас ждёт дальше, но одно было ясно: Оле срочно нужна помощь.