Страница 15 из 107
12
12
Лейла
— Верно.
— Почему я здесь?
— Потому что я не мог оставить тебя там, где нашел. Добро пожаловать в мое убежище. Это скромное жилище обеспечил мне капитан Брайс, чтобы я мог спокойно работать вдали от суеты рудников. Это мое королевство.
— Этот трухлявый трон когда-то нес службу в черной башне, как и кровать.
Он садится в ветхое скрипящее кресло напротив кровати и смотрит на меня. Маска остаётся у него на лице, как будто он не хочет, чтобы я видела его без неё.
— А теперь наш друг Брайс мертв. И я слышал — это ты убила его, Лейла Валенс.
— Я не убивала.
— Знаю, — кивает он. — Его убила его собственная самонадеянность. Он посчитал что может обуздать то, что не под силу самым одаренным. Наивный глупец.
— Он думал я владею темными знаниями. Но я ничего не знаю, — говорю я. — Совсем ничего…
— Я нашёл тебя на дне расщелины. Не представляю, как ты выжила. Если бы я не увидел это своими глазами, я бы подумал, что ты и правда используешь тёмную магию. Никто не выживает после такого.
Я пытаюсь приподняться, но голову тут же прошивает острая боль.
— Значит, ты спас меня? — выдыхаю я едва слышно, чувствуя, как от боли по вискам струятся слёзы.
— Похоже, спасло тебя нечто иное…
Я поворачиваюсь и вижу, что он указывает на мою шею. Касаюсь её пальцами и чувствую, словно на коже появились тонкие шрамы, тянущиеся от шеи к груди и дальше. От этого прикосновения шрамы начинают едва заметно вибрировать, и я вижу, как тусклый свет красных камней в фонаре начинает мерцать, а потом совсем гаснет, и всё вдруг погружается в темноту.
Нет, всё это был не сон.
— А вот это уже интересно, — бормочет Сайрус, и свет снова разгорается, когда он достаёт несколько красных камней из мешка.
— Буду тебе очень признателен, если не станешь гасить эти. У меня их не так много осталось, и не хотелось бы проводить ночи в темноте.
Он бросает на меня суровый взгляд, но я чувствую, что за внешним равнодушием как будто скрывается нечто большее. Все мои чувства обострены до предела: я вижу слишком отчётливо, мне слышны даже мельчайшие звуки, и мне кажется, что я почти могу читать мысли этого загадочного человека.
Перед моими глазами проносятся картины моего собственного прошлого, на этот раз настолько болезненно яркие, что мне приходится зажмуриться. Красная капля света вспыхивает у меня в груди и разливается по телу, наполняя кости и ткани тела теплом.
Я, превозмогая боль, всё-таки сажусь на кровать и оглядываюсь по сторонам. Прилив сил от красной капли позволяет мне даже встать на ноги и сделать несколько шагов к выходу.
Я должна найти его, нужно найти Лордуса… Я слышала крик ребёнка, значит, он жив, он где-то там. Я нужна ему.
— Я должна идти, — говорю я едва шевелящимися губами, и хватаюсь за стену, чтобы не упасть. И замечаю спокойный взгляд Сайруса, пытливо глядящего на меня.
— Куда? — спрашивает он, когда я пытаюсь открыть тяжёлую дверь, сделанную из грубо сколоченных досок.
— Я должна найти его, Лордус забрал ребёнка.
Всё вдруг начинает кружиться, и вдруг земля начинает лететь мне навстречу. На мгновение я теряю сознание и прихожу в себя, снова лёжа на кровати.
— Если будешь делать глупости, я привяжу тебя к кровати, — мягко говорит он. — Я не для того рисковал жизнью и целой горстью красных камней, чтобы тебя сожрали мракоплавы. Сейчас никуда идти нельзя, да и ты слишком слаба. Понимаешь? Боюсь, что не понимаешь.
— Лордус забрал его, забрал…
— Кого ты собралась искать? Мертвеца?
— Не может быть…
— Я сам видел его тело. Никто даже не удосужился его убрать. Гарт, похоже, не захотел делиться властью и прикончил своего любимого напарника.
— Нет… — шепот застревает у меня в горле. Картины прошлого снова вспыхивают перед моими глазами – лицо Лордуса, плач ребенка, темнота… Но теперь к ним примешивается новое ощущение. Мой обостренный слух ловит не только дыхание Сайруса и завывание ветра за дверью, но и что-то еще… далекий, тонкий зов, похожий на эхо детского плача. Или это игра воображения?
Красная капля в моей груди пульсирует сильнее, тепло расходится волнами, и шрамы на моей шее отзываются легкой вибрацией. Я смотрю на Сайруса, и мне кажется, что за его маской и показным спокойствием скрывается тревога и что-то еще, какой-то огонь, который он едва сдерживает.
— Я… я слышала его, — пытаюсь заставить сердце не биться так отчаянно, чтобы хотя бы набрать в легкие воздуха, — Мой ребенок… он жив. Я чувствую. Он должен быть жив.
Сайрус наклоняет голову, его взгляд сквозь маску становится еще более пытливым.
— Если он жив, ты найдешь его, но не сейчас, Лейла, тебе нужно лежать. Эти знаки, что на твоем теле, — я не знаю, что это такое, — но они как-то лечат тебя. Я уверен, если бы не они, ты бы не выжила. Чем бы оно ни было, я думаю, ему лучше не мешать.
— Мерцающий змей, — говорю я, — он был в камне, в розовом камне.
— В розовом камне? О чём ты?
— Я нашла розовый камень, там, в тоннелях, он словно звал меня, словно откликался на моё присутствие. А потом, когда я упала, что-то случилось, как будто что-то жило в нём и высвободилось в этот момент.
— О чем ты говоришь? Какой змей?
— Он убил мракоплавов. Они терзали Дару, а он убил их всех, я думала он хочет убить и меня…
Он лишь качает головой.
— Ты горишь, — говорит Сайрус, трогая мой лоб.
— Он сказал, что отдаёт их мне, отдаёт хорошие души, сказал…
Сайрус, слыша это, лишь качает головой. Сознание моё мутится, и я в этот момент чувствую, словно змей сжимает всё моё тело, совсем как тогда, в расщелине, но теперь, словно пытается заставить меня замолчать.
Моё тело бьёт крупная дрожь, и я чувствую, как, заметив это, Сайрус накрывает меня плащом и берет мою руку в свою.
— Можно я возьму ещё красного света? Пожалуйста. Я верну… — спрашиваю я, почти перестав понимать, где нахожусь, чувствуя лишь пульсирующий сгусток энергии в фонаре, который затмевает всё остальное.
— Можно, — говорит он, и комната снова погружается в темноту. Боль утихает, когда свет снова разливается по телу.
Проходит какое-то время. Может, минута, может, час, а може ти день. И когда сердце перестаёт стучать и меня перестаёт бить дрожь, я тихо говорю:
— Сайрус.
— Да? — отзывается он.
— Что такое Кархан? — спрашиваю я шепотом, вспомнив вдруг слово, навязчиво крутящееся в голове, мне кажется что слово это как-то связано с Сайрусом, но я, сколько ни пытаюсь, не могу вспомнить, откуда я его знаю.