Страница 42 из 67
ГЛАВА 21. О, сладость гнева, сладость примирений .
Ревность – очень плохой советчик, и, находясь под ее влиянием, я себя не контролирую.
В конце концов, каждый имеет право на ошибку. Никита тем более. Поверю ему. С Агатой мне придется тоже общаться, ведь, это я ее искала. Она должна была внести кошмар в жизнь моего бывшего мужа, но пока только моя напоминает чехарду. Это тоже результат, верно?
- Приходи ко мне сегодня, - произнесла я.
- Приду. Хочешь посмотреть воочию, как меня скручивает от боли, когда я приближаюсь к тебе? Я готов. Больно делают самые дорогие нам люди.
Я наложила заклятье, и Никита его слышал. Он имеет право слышать и то, как я сниму его.
- Ведьма летела над человеком,
дала ему защиту оберегом.
От земли до неба, от воды до хлеба,
От крика до шепота,
Защищаю тебя от слова злого,
Своего ли, чужого.
- Я могу подойти к тебе? Ты сняла свое несправедливое заклятье?
-Я жду тебя, - сказала я просто. -Ты обещал прийти, и я, может быть, поверю, что значу для тебя немного больше, чем Кузькина мать.
- Бегу! - услышала я самое красивое слово за эти дни.
Ураганом я носилась по квартире, раскладывая брошенные шарфы, повешенные на стулья брюки, на пару со мной работал робот-пылесос. А лентяи Яр и Васька играли в карты у окна. Яр лидировал. Васька «продулся» в пух и прах.
- Не мой день,- сказал он, почесав пятку. Сандалии ему надоели, и он вернулся к босым ногам - своему обычному образу.
- Бессовестные мужики! - прикрикнула я. - Ведьма тут спины не они в «дурака» играют.
Ребят моих на мякине не объедешь, они бровью не повели. Правда, домовой, чтобы успокоить меня, сдунул паутину под батареей.
- Михалыч, - обратился он к пауку, - шуруй за шкаф. - Как ее кавалер утром уйдет, вернешься под батарею и новую паутину совьешь.
- Может, он просто чай попить, - строго сказала домовому.
- Да, конечно, - отозвался Яр. - К десяти вечера за этим к ведьмам и ходят.
Никита пришел с тортиком. Я обернулась к Яру и Ваське и покачала коробкой перед их глазами. Мол, намерения его невинны.
Васька вытащил из штанов сторублевую бумажку и передал коту. Все понятно. Они поспорили придет он с «чем-нибудь к чаю» или нет. С ума с ними сойду! Зачем коту сто рублей? Что он купит на них? Не так вопрос ставлю. Зачем, в принципе, коту деньги?
Чай никто из нас не хотел. Васька и Яр деликатно ушли на кухню. Никита остался у меня, и для нас это стало естественным окончанием вечера.
- Зачем вы с Агатой пошли к магическому детективу? - спросила я его, уютно чувствуя под его боком.
- Она убеждена, в этой истории что-то не так. Кстати, Агата считает, что есть во всей истории умелая рука режиссера. Женщины.
- За Клочкова всегда работают женщины, - пожала я плечами. - Сначала мама, потом девушки, потом дура-жена, то есть я, а теперь Катюха и Аня. Большой молодец он по жизни.
- Он никогда мне нравился, - тихо сказал Никита. – Моя ревность к нему будет жить еще долго. Наверное, поэтому я понимаю, почему ты так меня «наказала» за встречу с Агатой.
Потом все разговоры ушли на второй план.
Никита утром отвез меня на работу, а вечером сказал, что приедет за мной. Я была такой счастливой, что даже готова выслушать Кузькину Мать. Завтра пятничный Хэллоуин посмотрим, как она проявит себя в этот день.
Сегодняшний день был до зевоты предсказуем, ничем не отличаясь от предыдущих. Однако, несмотря на всю эту обыденность, меня не покидало странное ощущение – будто кто-то невидимый, нечто потустороннее, притаилось совсем близко. Неужели наша начальница, эта самая Кузькина мать, решила устроить нам подселение? Может, кого-то из тех самых «сущностей», как их называют эти скоморохи из «Битвы провидцев»? В голову лезет всякая чепуха. Но вечер, как оказалось, подтвердил мои тревожные предчувствия.
Агата пришла ко мне после того, как посетила «Сережу» - для меня и коллектива Сергея Николаевича.
- Я знаю, что у вас с Никитой все отлично, и я рада этому, – заявила она, словно невзначай.
- Что он тебе сказал об этом? – возмутилась я, не веря своим ушам.
- Ой, дождешься от него. Кстати, он сказал, что я хотела нанять магического детектива, но тот отказался? А ты уж и приревновать успела! Детектив, противный мужик, позвонил какому-то важному человеку и заявил, что инквизиция справится лучше. Похоже, магические детективы неплохо зарабатывают, раз от такой работы отказываются.
- Откуда ты это узнала? – снова повторила я свой вопрос.
- Михалыч сказал. Твой паук. Я с ним в прошлый раз контакт наладила. Мне нужен свой человек в твоем доме.
Хорош человек - вредная жуть с восемью лапами. Зато его уважают мои домовой и кот. Ужас! Я попала в окружение в собственном доме.
- Я не собираюсь оправдываться за свои действия, тем более что Никита никогда не был объектом моих желаний. Оставь свои подозрения и займись делом. Ты ведь знаешь, что твоего бывшего мужа завтра освобождают? И не просто так, а вечером, - дерзко заявила Агата.
- Ну, если его вечером забрали, то и вечером отпустят, – прозвучал мой ответ, даже мне это понятно. Там же сутки высчитывают.
- Но вечер пятницы плавно перетечет в ночь Хэллоуина! – возразила она очень эмоционально.
- Он никогда не относился к этому празднику серьезно, – парировала я.
- А вот нам с тобой стоит отнестись серьезно! У тебя есть прекрасная возможность Клочкова задеть, может быть, от страха или злости он выдаст что-то важное! – настаивала Кузькина мать.
Идея, конечно, блестящая. Я даже уже приготовила «парадный» наряд для хэллоуинской вечеринки. Но...
- Я бы и Катьке, его подружке, тоже устроила бы такую ведьминскую ночь, – мечтательно произнесла я.
- Ну, почему бы и нет, если уж пошла такая пляска, – поддержала меня Кузькина мать.
В этот момент в дверь постучали. Как говорится, помяни черта – он и явится. Это была Катя.
- Ты не вовремя, – спокойно сказала я, пытаясь собрать в ладонях воздух, чтобы вытолкнуть ее. Но... не смогла. Я попыталась захлопнуть дверь, за которой она стояла, но и это мне не удалось.
Агата, заметив мое замешательство, подошла к Кате, которая явно наслаждалась моей беспомощностью, и вытолкнула эту неприятную особу за дверь.
- Иди к моему Сереженьке, пожалуйся, – бросила она ей напоследок.