Клетка сладкого кошмара

Глава 18

Нэнси

*

Утром я почувствовала, что меня наглым образом притягивали к себе за ягодицы, даже не удосужившись разбудить. Спросонья я недовольно дёрнулась, ещё не понимая, что происходило.

Сильные руки сразу же оплели моё тело, не давая отстраниться, а ладонь предостерегающе легла на мою шею. Стив не стал меня душить, этот жест скорее напоминал мне, что я его и полностью в его власти.

Горячее дыхание опалило затылок, а по телу побежали мурашки. Я расслабилась, полностью подчиняясь моему мужчине. Обжигающая ладонь скользнула по талии, обрисовывая её черты, и принесла приятное тепло его пальцев к клитору. Он нежно провёл ими меж складочек, слегка пододвигая меня к себе, и я заёрзала, прижимаясь к его разгорячённому торсу спиной.

Шеи коснулись его губы, сначала еле заметно, а затем впиваясь страстным поцелуем, от которого внизу живота всё сжалось. Я отвела руку назад и сразу же наткнулась на его упругий член, жаждущий проникновения. Не сомневалась, что его обладатель опять будет со мной играть, а я безумно по нему соскучилась и хотела слишком сильно, чтобы терпеть сладкие пытки. Не в этот раз.

Выгнувшись назад, я направила его головку в себя, и для уверенности сама двинулась навстречу. Тело пронзила приятная боль, но я не остановилась, загоняя его в себя целиком. Стив довольно проурчал, а затем укусил меня за ухо и стал двигаться во мне так сильно, что я замерла, вцепившись в сжимавшие меня руки.

Вычислил, как быстрее всего довести меня до оргазма? Я было хотела сопротивляться этому, не желая такого короткого акта, но это оказалось невозможно – его член выбил из меня все мысли о жалких попытках к противостоянию, проникая так глубоко и заполняя меня собой вновь и вновь, что оргазм вспыхнул яркой вспышкой. Моё тело задрожало в его руках, стиснувших меня ещё сильнее, и вскоре я почувствовала, как он замер и сразу же расслабился.

Как-то слишком быстро. Я подозревающе обернулась к нему, пытаясь найти ответ во взгляде, но он прикрыл глаза и страстно поцеловал меня, гоня из моей головы все дурацкие нахлынувшие мысли.

На тумбочке зазвонил телефон Стива, и он нехотя ответил. Судя по выражению его лица, человека на том конце не ждало ничего хорошего, но Стивен с холодным спокойствием сказал несколько раз «да» и положил трубку, не прощаясь.

Встал, быстро сходил в душ – всего за минуту, я успела только до него доплестись. На ходу Стив поймал меня, поцеловал в висок и поспешил дальше. Я решила не мешаться – ему было явно не до утренней романтики. Наспех одевшись, он бросил «завтракайте без меня» и куда-то умчался.

Наверное, Стивен часто так делал. А донимать его и требовать к себе внимания я не буду. В конце концов, кто я такая? Ну, любовница, которая больше всех приглянулась, и то – не факт. Кто знает, сколько у него было таких, как я? Хм. Судя по тому, сколько он работал, ему и моего неуёмного либидо будет многовато.

Грейс была чуть приветливее камня, но сегодня на меня смотрела с меньшим раздражением. Или мне так показалось. Завтракать особо не хотелось – слишком много мыслей в голове роилось, и я минуты две безостановочно мешала ложечкой в чашке с кофе. Устав за этим наблюдать, домоправительница безучастно выдала:

– Нэнси, там нет сахара. Если нужен, положи сама, будь добра, – она пододвинула мне сахарницу, которая и так стояла почти под самым моим носом.

Я уставилась на неё, пытаясь сообразить сквозь пелену задумчивости, что от меня вообще хотят. Отложила ложку и выпила кофе залпом. По идее, запрет на вопросы распространялся только на хозяина дома, верно? Я многое спросила бы у Грейс, но решила остановиться пока что на одном, самом важном для меня вопросе:

– Грейс… если тебе нельзя отвечать, я пойму. Но… мне важно знать. У Стива есть семья или другая женщина?

– Нет, – медленно ответила она, – если бы были, все об этом знали. Но, мой тебе совет, чисто из женской солидарности. Не влюбляйся. Шанс быть одной-единственной для такого мужчины – почти нулевой.

– Спасибо за честность, – я рассеянно кивнула и поднялась.

Ответ меня воодушевил, но нужно было побыть одной и во всём разобраться, а то так я выглядела для Грейс тупенькой куклой. Не исключено, что при таком мнении она останется на весь период нашего вынужденного общения, но видеть её недовольное лицо мне не хотелось.

Нет, я не зазналась, скорее наоборот. Сколько фильмов о том, где господа недооценивают прислугу. Мало ли, что Грейс в голову взбредёт, если я совсем её достану своим присутствием.

С этими мыслями я поблагодарила её за завтрак и поспешила убраться в свою комнату. Нашу комнату. Спальню Стива… Я села на кровати, понимая, что моего тут нет ничего. А что было – на работу свою драгоценную умчалось.

Взяв в руки телефон, привезённый Стивом вчера, я обнаружила в записной книжке с контактами его номер и слабо улыбнулась. Не знаю, какой конец света должен был произойти, чтобы я ему позвонила на работу. Что ж, в нём будет ещё пара номеров – мамы и папы. У бабушки телефона нет, хотя она наверняка уже родителям все уши прожужжала, что я забыла про неё и не приезжаю.

Разговор вышел обычным, как будто ничего в моей жизни не случилось. Делиться тем, что со мной произошло – идея далеко не самая здравая. Да и чего, по сути, такого случилось? Я живая и здоровая, была крыша над головой, меня кормили-поили, прекрасно трахали… так, об этом тем более лучше не распространяться. То, что долго не звонила, объяснила почти правдивой историей о потерянном телефоне. Всё, один гештальт был закрыт, родители не переживали.

Хотела бы я тоже ни о чём не переживать. Вот только розовая пелена с глаз спала, уступая место суровой действительности. Грейс права. Стать для Стива одной-единственной и неповторимой я никак не смогу. Потому что сказки со счастливым концом – это только сказки.

В реальности даже самая шикарная принцесса однажды надоест принцу, ну, или наоборот – он ей. Будут ссоры-скандалы, недопонимания, хлопанья дверьми… Я видела это всю свою жизнь у родителей. Да, они так и не развелись, но давно спали в разных комнатах и скорее терпели друг друга по привычке.

У нас такого точно не выйдет. Уж кто-кто, а Стивен явно не из тех мужчин, кто готов что-либо терпеть. Я помрачнела. Да, я никогда не была какой-то особенной, хамской бой-бабой, что прёт напролом, какой-то «нитакулей», которую с какого-то хрена любят за стервозность. Это всё байки для девочек пубертатного возраста.